Развод. Пошел вон! - Елена Владимировна Попова

class="p1">— Да, казалось бы, простая семейная драма, и ее ни к чему выносить в общественность, но история с изменой резко начала набирать обороты, и ударила по отношениям Ольги и ее дочери, которая до последнего момента… не знала, что ее взяли из дома малютки, — с досадой произносит девушка.

Делает небольшую паузу, чтобы люди переварили эту информацию.

— Ольга Баринова подала на развод и на раздел имущества сразу после того, как узнала об измене мужа, и это категорически не понравилось его любовнице. Кира Самойлова пошла на шантаж и поставила Ольге условие, которое у меня до сих пор не укладывается в голове, — снова делает паузу. — Либо Ольга оставляет все имущество мужу, либо, — девушка глубоко вздыхает, — Кира Самойлова рассказывает ее дочери о том, что она… приемная.

Она с такой досадой это произнесла, что, наверное, у тех, кто это смотрел и смотрит прямо сейчас, сжимается сердце.

— И рассказала… — продолжает таким же тоном. — Для дочери Ольги это стало настоящим ударом. Девушка возненавидела мать, ушла из дома, и в данный момент проживает с отцом и Кирой Самойловой. Той самой Кирой Самойловой, которая разрушила их семью, которая поведала ей семейную тайну, которая настроила ее против матери. Ольга обратилась к нам за помощью, и мы конечно же не смогли пройти мимо такой трагической истории, которая вышла за все границы дозволенного. Она пыталась добиться справедливости. Донесла эту информацию до директора школы, до завуча, но все попытки оказались бесполезными, так как завуч является сестрой Киры Самойловой, а директор — подругой. Словам Ольги никто не поверил, и она больше не в силах бороться в одиночку. Ольга понимает, что Кире Самойловой с такими покровителями все сойдет с рук, и она продолжит работать в школе.

Девушка отводит взгляд от камеры.

— А вот, кстати, и директор школы. Анна Рафаиловна! — выкрикивает она, и камера перемещается на директрису. — Можно задать вам пару вопросов?

— Что здесь происходит? — быстро направляется к ней. — Почему ведется съемка на территории школы?

— Почему вы прикрываете Самойлову Киру Андреевну? — протягивает к ней микрофон. — Вы поддерживаете то, что она сделала?

— Я еще раз спрашиваю, почему на территории школы ведется съемка? — строго изрекает Анна Рафаиловна. — Где разрешение? Покажите мне его!

— Как вы прокомментируете вопиющий случай, который произошел в стенах вашей школы? А если быть точнее, то между двумя преподавателями, Кирой Самойловой и Ольгой Бариновой. Вам известно о том, что Кира Андреевна рассказала дочери Ольги, что она приемная? Вы одобряете этот поступок? Как вы считаете, она имела на это право? Она сделала это намеренно?

— У вас есть какие-то доказательства? Если есть, то предъявите их! — гаркает директриса. — Или мы будем верить словам Ольги Алексеевны? Кира Андреевна на хорошем счету в школе, она носит гордое звание «Учитель года», у нее прекрасные отношения с коллегами, с учениками, и она никогда бы не позволила себе разрушить чужую семью. А уж тем более рассказывать семейные тайны. Давайте закончим этот спектакль, — гордо выпрямляется она. — Мне нужно приступать к работе, а вам я настоятельно рекомендую для начала как следует разобраться в ситуации, а уже потом бежать с камерами к школе. И не стоит опираться на слова только одной из сторон.

— То есть вы по-прежнему считаете, что Кира Андреевна не вступала в любовные отношения с мужем Ольги Бариновой, и что она не выдавала ее дочери семейную тайну? — не отступает девушка.

— Да, я уверена в том, что Кире Андреевне пытаются за что-то отомстить. Еще вопросы будут?

— Будут! Скажите, если все-таки выяснится, что Ольга рассказала чистую правду, вы уволите Киру Андреевну из школы? Или продолжите ее покрывать?

— Если слова Ольги Алексеевной подтвердятся, в чем я очень сильно сомневаюсь, то я безусловно уволю Киру Андреевну.

— Тогда я прошу вас взглянуть на экран. — Девушка включает видео, которое мне вчера вечером прислала подруга Киры, и камера перемещается на телефон.

Глава 35. И началась буря

Ольга

— Ольга Алексеевна, — смеясь, вбегает в кабинет моя ученица из десятого «Б», — а спросите сегодня домашку у Николаева. Он всю ночь учил стихотворение и, ну, просто мечта-е-е-ет вам его рассказать.

— Эй, — пихает ее в бок Николаев, — тише ты! Ольга Алексеевна, — виновато смотрит на меня, — я правду скажу: не готов. Но обещаю, что к следующему уроку все выучу.

— Проходите на свои места, — натянуто улыбаюсь я.

В другой ситуации я бы спросила у него, почему не выучил, почему не подготовился к уроку, но сейчас я мысленно нахожусь не в своем кабинете, а в чате, в котором разгорается настоящий скандал.

К слову, видео, которое я выложила туда, три минуты назад было удалено администратором — она же завуч. Быстро подсуетилась. Да вот только это видео уже успели посмотреть почти все мои коллеги.

Мне кажется, что дети старшего блока на предыдущем уроке были предоставлены самим себе, так как учителям было не до них. В чате началась буря. И больше всего, конечно же, моих коллег вывело из себя вот это:

«Ты не жалеешь о том, что рассказала Вике про удочерение?» — спросила у Киры соседка.

«А что мне жалеть? — попивая из бокала, усмехнулась Кира . — Ольга не захотела делить имущество, так вот пусть и получает по полной».

Это просто взорвало наш чат.

«Учитель года» показала себя во всей красе.

Я нисколько не пожалела о том, что заплатила ее соседке за этот компромат. Наконец-то вся правда выплыла наружу, и я не знаю, что нужно предпринять сейчас директрисе для того чтобы спасти задницу Киры. Думаю, ни она, ни завуч, ни кто-то другой уже не смогут ее отмыть от грязи, и свалить всю вину на меня. Кира сама обо всем рассказала на камеру, сама во всем призналась.

Соседка молодец! Ведь после того, как в комнату вошел Сергей, Марина незаметно засняла их с Кирой на камеру, и там прекрасно видно, как они целуются, сидя на кровати, как Сергей ее успокаивает, и при этом слышно, как… Кира спрашивает у Сережи:

«Ты вообще собираешься что-то делать? Машину пригнал к ней, с квартирой ничего не решаешь. Что все это значит?»

«Это значит, что у меня есть план, — ответил он, целуя ее в губы. — Ни о чем не волнуйся. Поверь, я знаю, что делаю».

Вот об этом самом плане я и догадывалась. Понимала, что он что-то задумал, и что неспроста пригнал машину ко мне под окна, при этом