Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2 - Дия Семина

А тут ещё я…

Ладно бы мой отец, он человек уважаемый, хваткий и мужчина!

А я девица, вида ветреного и романтического, приехала и пытаюсь строить из себя «хозяйку», собственно, я и есть хозяйка, но людям нужно доверие, а на бумажках это пусть банкиры читают…

Это было краткое изложение пространной речи Мити, после того как я приехала на фабрику и разместилась в своём кабинете.

— Я тебя не спрашивала, но в любом случае благодарна за честный обзор. Сейчас полчаса на то, чтобы разобрать записи, всё систематизировать, а потом пойду в народ.

— Желаю удачи…

Митя теперь говорит гораздо лучше. Хотя бы не тараторит и не повторяет слова по десять раз. А то эта манера его раздражала жутко. Однако появилось в нём слишком много сарказма, решил, что договор между нами делает его неуязвимым. Надо бы его задвинуть, пока не поздно.

Записи свои разложила, заметки записала. Пришло время для непосредственной работы.

— Герман Фирсович! Вы заняты? Мне нужны вы, технолог и управляющий, для обстоятельного разговора в мастерской.

— Управляющий уехал с заказом, а мы готовы. Вы про это новое кресло?

— Да, про него и другую мебель. Но сначала кресло и наполнитель мягкой части сидения, подушек и подлокотников.

Герман улыбнулся довольной улыбкой.

— Ваша идея не новая, но оказалась очень эффективной.

— Какая из них? Про трансформер или про форму подушки?

— Да и то и другое, правда, работники, думают, что сие новаторство от Савелия исходит, не верят, что это вы придумали…

— Мне всё равно, что они думают, главное, чтобы сработало, было дешевле, чем у частников и тех, кто делает кастомизированную, ой, то есть, на заказ мебель.

Ох уж эти мои современные словечки, на слух местного люда, они звучат, как часть призыва нечистой силы, по крайней мере, так показалось, уж Герман посмотрел, так посмотрел…

Мы уже входим в небольшой зал сборки, где стоит голый остов дивана, как скелет динозавра. Рядом диван с наполнителем, но без ткани. И почти готовый диван. Прям наглядное пособие для меня. А в углу грустит моё кресло, но уже сейчас радует своим видом.

— Так, очень кстати, что сейчас и диваны, и кресло здесь. Вижу подушку, слушайте, она отлично держит форму.

— Да, вы в своей записке назвали «сэндвич», а у нас называют «слойка», ну да не в том суть. Мы взяли более грубый войлок на основу, тот, что на стройке используют.

— На стройке? — я сначала удивилась, а потом поняла, утепление, но не большими пластами, иначе от мышей спасения бы не было, а как затычки и прослойки от сквозняка, и холодные полы застилали, и дверь входную оббить. Тут и не специалист поймёт.

— Да, в небогатых домах… Так вот, мы этот грубый войлок, потом мягкий, потом не вату, а ватин. Конский волос дорогой, потому более мягкие кресла с просушенным мхом, или вовсе на ватине и ветоши. Твердовато, но всё равно мягче, чем просто дерюжку подстелить на лавку. Или на коробах спать.

— Точно. Короба! Их бы тоже посмотреть, столько слышала, а не видела.

— У нас в теплушке, где рабочие отдыхают, такие есть. Они там инструмент хранят, иногда отдыхают.

— Принесите, посмотрим, имеет ли смысл их производить, и как бы дешевле сделать, чтобы для людей доступные были.

Герман крикнул какого-то парня, и через пять минут передо мной появился тот самый «комод» — конкурент моим разборным креслам и диванам.

Добротно, кондово сколоченные ящики, вместительные, и довольно широкие. Если для мужчины – то очень легко, разложил, застелил, лёг спать. Для женщины такой вариант мебели тяжелее, но думаю, что небогатые женщины гораздо сильнее нас – кисейных барышень.

Реально конкурент.

У кресла только две функции: сидеть и спать.

Вслух продолжила более жизнеутверждающим тоном:

— Кресла для среднего класса, тех, кто живёт в небольших квартирах, и кто может переехать частично со своей мебелью. Кресло для подростка подойдёт, или для пожилого человека. В любом случае вводим его в работу. Смету сделаем, и детальную, без всяких плюс-минус. Потом произведём с запасом, штук десять и начну рекламировать. Если за первые дни всё продадим, то вещь рабочая.

Жду, пока Герман запишет, к нам уже подошёл технолог, поздоровался и тоже делает записи. Причём лица у них серьёзные, спокойные и без грамма «мужского превосходства».

— Так, продолжаем. Значит, эти волшебные ящики. Надо узнать цену «на заказ» и если мы сможем оптом делать, скажем, по двадцать наборов в месяц, итого шестьдесят типовых единиц, и по цене хотя бы на пять — семь процентов ниже привычной цены и с маржой около тридцати процентов, то делать нужно. Я со своей стороны хочу ещё сделать проект для кухонных шкафчиков и тумбу оптимальную. А также открытые полки для разных нужд, от книг до утвари – это продукт «на сдачу», купил кресло, заметил полки и их до кучи. А нам прибыль. И того сейчас с вас расчёты по креслу, и по ящикам. С меня проект полок и шкафчиков, и стол раскладной. Потом займёмся диванами-кроватями, месяца через три-четыре, а то и позже.

Мои ценные указания и задания записаны.

— Вот ещё один момент, на подушках кресла сейчас простенькая, но надёжная ткань. Нам надо делать в двух вариантах. Один гобелен с орнаментом, он чуть дороже, но женщины будут готовы заплатить за красоту. А мужской, сдержанный дизайн сделаем вот в этом материале, как на этом диване. Напоминает цвет дерева, насыщенный бордовый, можно бы ещё зелёный. И того получается не десять кресел. А двенадцать: шесть женских светлых, нарядных, четыре бордовых и два зелёных из этого материала.

— Отличная идея. Анна Ивановна. Есть ещё один вид мебели, небольшие прикроватные тумбы, столики, мы их давно не выпускали, но они симпатично смотрятся и спросом пользуются, — Герман, видимо, тоже подготовился к нашему совещанию.

— А хорошая идея. Тогда так: у мужских кресел всю деревянную конструкцию покрываем тёмной морилкой, и такой же столик или тумбу, я вспомнила её технологическую карту, да, отличная вещица. Так вот, сделать штуки четыре таких два тёмных и два под светлый «орех». Посмотрим, как пойдёт, и ещё введём белый лак.

Мы так и стоим в этой мастерской, записываем мысли, дополняем идеи, а вокруг собрались