Только для твоих лап - Элизабет Прайс

— Я вся внимания, — тепло сказала она ему.

Вздохнув, он опустился на её кровать и начал, хотя и неохотно, говорить. Около четырёх лет назад Каттер под прикрытием попытался убить Николаса Марони — волка-перевёртыша и криминального авторитета в Урсе. Он занимался торговлей людьми, отмыванием денег, наркотиками, заказными убийствами... список продолжался и продолжался. Его подозревали в похищении и пытках до смерти своих конкурентов по бизнесу. Каттеру удалось устроиться на Марони через немного расстроенного старого товарища по стае по имени Брюс, который уже работал на волка.

Клейтон был его куратором. Только он и несколько других агентов АСР знали, что он делал. Они подозревали, что у Марони уже был крот в АСР, поэтому операция прошла в секрете. Они устроили грандиозное шоу, показав, что Каттера уволили из АСР. Никто не сомневался, что Каттер сделал что-то, что могло бы оправдать его увольнение.

В течение нескольких месяцев он работал, чтобы заслужить доверие Марони, передавая как можно больше информации Клейтону. Наконец, чуть более трёх лет назад у них было достаточно улик, чтобы засадить Марони и вишенка на вершине торта. Каттер нашел информатора, желающего раскрыть крота АСР. Всё, что ему нужно было сделать, это получить своему информатору неприкосновенность и обещание защиты свидетелей, и тот всё раскроет. К сожалению, так далеко дело не зашло.

Марони узнал, что Каттер по-прежнему работал на АСР. Он и его люди поймали его и заперли в серебряной клетке — размером с большую собаку. Марони оставил свои пытки Брюсу. Чувствуя себя преданным, Брюс часами резал ему кожу серебряными ножами, прежде чем втирать серебряную пыль в раны. Так Каттер получил свою большую коллекцию шрамов. Каттеру казалось, что он умирает. Снова и снова ему хотелось, чтобы Брюс просто сдался и убил его.

В конце концов, Каттер действительно умирал. Чувствуя себя дерзким, Брюс открыл клетку и, из последних сил, Каттер бросился на него. Они сражались, и благодаря огромной силе воли Каттер победил. Он не был в полной силе, но чуть не перерезал Брюсу глотку.

Ему удалось выбраться и найти помощь. Он практически рухнул на вершину семейного минивэна, припаркованного у ресторана «Блинная фабрика».

К тому времени, когда он очнулся в больнице, Каттер обнаружил, что Марони был пойман при попытке бегства. Он находился под арестом по разным обвинениям. Марони молчал, и никто не предлагал ему слова для смягчения срока. Они хотели, чтобы он провёл в тюрьме всю оставшуюся жизнь.

Однако они так и не узнали, кто был крот. Когда Каттер не приехал, опасаясь худшего, Клейтон организовал арест Марони и послал тактическую группу за их информатором. Как только они вошли в дом осведомителя, он взорвался, убив всех до единого из спецназа. К тому моменту информатор был уже мёртв. Они нашли останки его тела. Его шея была сломана. Убийство спецназа было обыденной жестокостью.

Они подозревали, что крот сообщил Марони, чтобы тот уезжал из города, но, к счастью, Марони не двигался достаточно быстро. И они заподозрили, что крот убил информатора, прежде чем тот получил возможность говорить.

Ходило множество слухов, что кротом был Каттер. Он как будто прошёл через тщательное расследование со стороны внутренних расследований, но они так и не смогли ничего доказать. После всего, через что он прошёл с Брюсом, никто, честно говоря, не думал, что Каттер был кротом.

Клейтон был вынужден уйти в отставку. Он взял на себя вину за гибель спецназа. Старый орёл был в ярости и не мог это забыть. Каттер полагал, что последние три года он был одержим этим делом.

Какое-то время Каттер не мог справиться с тем, что с ним случилось. Он был развалиной, пока Ганнер не взялся за него и Каттер последовал за ним в Лос-Лобос, чтобы начать жизнь заново.

Однако затем Клейтон тайно появился, кто-то его убил, женщина, работавшая на Марони, пропала без вести, АСР подозревает, что всё связано с делом Марони, и в его квартире было найдено неопознанное оружие. Незадолго до этого в его квартиру ворвались хорошо вооружённые агенты АСР и подстрелили его серебряными пулями. Похоже на то? Да, похоже.

Люси прикусила щеку, Каттер нетерпеливо фыркнул, ожидая, что она что-нибудь скажет. Она ничего не знала об этом, а здесь думала, что знает о нём почти всё! Она была такой наивной. Её ежиха мяукнула, сочувствуя её сильному волку. Ничто из того, что он ей сказал, не заставило её полюбить его меньше. На самом деле, она может даже любит его немного больше.

— Итак, ты думаешь, что Клейтон всё ещё расследовал это дело? Всё ещё искал крота?

— Да, я не думаю, что он когда-либо перестал бы. Я снова и снова повторял ему, что это не его вина, но он ничего не мог с собой поделать. Он чувствовал вину за то, что случилось с этими агентами, и вину за то, через что я прошёл. Трудно поверить, но я ему нравился.

Люси бросила на него укоризненный взгляд.

— В это нетрудно поверить, ты удивительно милый.

Каттер хмыкнул.

— Я думаю, что только ты и Клейтон когда-либо верили в это, и он убил бы меня, если бы я когда-нибудь сказал кому-нибудь, что, по моему мнению, он нашёл меня милым.

— Разве внутреннее расследование не занималось этим делом?

— Нет, ответственный парень был непреклонен, что это я, он просто не мог этого доказать.

— Это вздор! — воскликнула Люси страстно, и она почувствовала, что её глаза вспыхнули в темноте своего зверя. — Ты бы не стал мучить себя!

— Он считал, что это крайний способ доказать мою невиновность, — ответил Каттер с отвращением.

— Так что, возможно, Клейтон что-то понял, а мы понятия не имеем, что именно. Может, Диас сможет...

Каттер яростным взглядом заставил её замолчать.

— У Диаса уже есть подозреваемый. Он не будет расследовать дальше. Я почти уверен, что найденный мной пистолет — орудие убийства.

— Конечно, это косвенная улика.

— У меня есть связь со всеми жертвами, много денег на моём банковском счёте и орудие убийства в моей квартире. Слишком много всего, что нужно объяснять.

— Тебя пришили…

— Подставили.

— Тебя подставили. Что теперь?

Каттер сжал и разжал кулаки.

— Теперь мне нужно выяснить, кто это сделал.

Люси подошла и встала перед ним. Каттер внимательно наблюдал за ней. Она положила руку ему на плечо, его мускулы напряглись под её прикосновением.

— Я никому не скажу, что ты здесь. Ты можешь оставаться столько, сколько тебе нужно.

— Спасибо, — пробормотал он. — Я знал, что