Измена. Право на истинную - Рин Рууд

Было глупо ожидать, что не поползут сплетни об Иваре и его милой чародейке. На меня накатывает злость и желание вызвериться на муженьке, который лишь хмурится:

— Какие же?

— Ты-то дурачка не строй, — Вестар закидывает ногу на ногу.

— О связи Илины с Вестаром, — Игнар переводит взгляд на меня, — о ваших тайных встречах.

Глава 46. Страсти

Я аж хрюкаю от неожиданности. Прикрываю рот пальцами и шепчу:

— Что?

— Присоединяюсь к вопросу, — Вестар медленно и недоуменно моргает.

В готиную вплывает Лада со служанкой. Они забираю заснувших Анрея и Эрвина и торопливо оставляют нас. Минута напряженного молчания.

— Это ты, урод, в этом замешан? — Ивар разворачивается с рыком к нему. — Это твои фокусы?!

— Не то, чтобы я не находил Илину прелестной милашкой, но… — Вестар издает короткий смешок и продолжает, — но обычно слухи, которые я распространяю, имеют под собой основание.

— А это не основание? — Игнар швыряет на стол письма.

Я недоуменно переглядываюсь с Вестаром, и рык Ивара нарастает, и в нем я слышу не только ярость, но и ревность. Смотрю на него и шепчу:

— Ты серьезно?

Вестар подхватывает письма, пробегает по ним глазами, перебирает и одобрительно хмыкает:

— Да у нас тут страсти такие… Подтверждаю, почерк мой. Про твой ничего не скажу кроме того, что он очень миленький.

Вырываю из его рук письма. Торопливо читаю, перескакивая через строчки, и краснею до кончиков ушей. В витиеватых метафорах, намеках мы не в любви объясняемся, а страстно обсуждаем наши встречи, которые полны сладких воспоминаний и откровений. И да, в письмах от моего имени — мой почерк.

— Дай сюда! — шипит Ивар.

— Нет! — рявкаю я и прячу письма под складками подола. В ужасе вглядываюсь в горящие глаза Ивара. — Это писала не я…

— А где письма-то взяли? — Вестар не выглядит сконфуженным или смущенным.

— В твоих покоях, — сдержанно отвечает Рада. — И надо сказать, в твоем поместье полный бардак.

— Там всегда так, — Вестар пожимает плечами.

— Отдай письма, — зло урчит Ивар. — Я должен на них взглянуть.

— Не должен, — цежу я сквозь зубы. — Я даже тебе подобного не писала.

— Дай их сюда.

Игнар и Рада молча наблюдают за нами и не вмешиваются. Вестар хочет вклиниться в наш разговор едкими замечаниями, но молчит, ведь иначе Ивар не сдержит в себе гнев.

Вытаскиваю письма и протягиваю их Ивару. Смысл мне их прятать и стыдиться, если я их не писала? Медленно вытягивает их из моих пальцев, выдыхает через но и через несколько секунду углубляется в чтение.

— Не только почерк скопировали, — Ивар раздраженно откидывает письма, — но и твой стиль.

— Это не я…

— Я знаю, — переводит на меня мрачный взгляд. — Вестар не твой типаж.

— А вот это обидно.

— Заткнись, — клокочет Ивар.

— С нами вы можете быть честными, — Рада слабо улыбается.

— То есть ты ждешь от меня признания, что моя жена мне изменяет? — Ивар недоуменно вскидывает бровь.

— Учитывая репутацию Вестара… — Рада опускает взгляд.

— Все в курсе того, что питает нездоровый интерес именно к замужним дамам, — Игнар зло смотрит на Вестара, а затем на меня, — то почему…

— Не смейте продолжать, — цежу я сквозь зубы. — Эти письма — подделка. Не спорю, Вестар ведет себя иногда очень вызывающе…

— Милая, я был не в себе.

— Заткнись, — рычу я.

— Я возмущен, что вы притащили эту грязь с собой, — Ивар кивает на письма. — И решили озвучить вслух все эти сплетни.

— У меня вопрос, — Рада немного приподнимает подбородок. — Возможно ли найти письма и в вещах Илины?

— Мам, — голос Ивара звенит сталью. — не переходи грань.

— У меня бы хватило ума их сжечь, — я с трудом держу себя в руках.

Воцаряется молчание. Гнев Ивара нарастает с каждой секундой и все может обернуться скандалом и тем, что охранники выволокут гостей из замка.

— Эти письма не были спрятаны, Вестар, — Игнар вздыхает. — И их, вероятно, прочитали все твои слуги и многочисленные гости, которые у тебя в поместье просто поселились. Да, возможно, подделка, но, — переводит взгляд на Ивара, — это скандал. И мы не знаем, все ли письма мы нашли. Возможно, какие-то из них стащили.

— К чему ты ведешь? — шипит Ивар.

— Я повторяю, это скандал. Ты не можешь эту ситуацию игнорировать.

— Ближе к сути.

— Игнар намекает, — в гостиную неторопливо всплывет босой Верховный Жрец, — что этих писем будет достаточно для развода и позорного изгнания неверной жены вместе с ее якобы любовником из наших лесов.

— Что? — охаю я.

— Есть еще один вариант, — шепчет Рада.

— Милостивая Луна, — Ивар накрывает ладонью лицо.

— Ты должен отстоять свою и жены честь в бою, — Игнар касается перстней правой руке.

— Я готов принять вызов, братец, — Вестар поддается в сторону Ивара с улыбкой. — пусть мизерный, но у меня есть шанс отбить у тебя жену и детей. И твой статус. Я готов рискнуть ради этого жизнью.

— Что ты несешь? — Ивар убирает руку с лица и устало всматривается в глаза брата. И нет в нем гнева к Вестару или раздражения. — Я понимаю, что тебе все это очень по душе…

— Нет, не по душе, — Вестар вздыхает. — И одно дело — слухи распускать, а другое выставлять меня совсем уж идиотом, который разбрасывается письмами от любовниц. Даже в невменяемом состоянии я подобное прячу в специальную красивую шкатулочку с огромным таким рубином в форме сердца, потому что это для меня отдельное удовольствие. Ритуал. В амурных делах — я эстет, Ивар. Ты лучше подумай, кто мог письма подделать.

— Вы нас не слышите, — цедит сквозь зубы Игнар.

— Да мы вас поняли, — пренебрежительно отмахивается Вестар, — изгнание или волчья дуэль с моей смертью.

— Я думаю, что вы должны с писем начать, — Ивар мрачно взирает на родителей. — а не с подарков и требований посмотреть на внуков.

— Мы должны были убедиться, что это твои сыновья… — тихо отзывается Рада.

— Вы должны уехать, — Ивар встает. — Немедленно.

Глава 47. Что-то уже совсем невесело

— Давай согласимся на изгнание, — Вестар очаровательно улыбается мне. — Начнем новую жизнь, будем жить в какой-нибудь дыре, которая станет нашим гнездышком. Я буду тебя любить.

— Прекрати, Вестар, — вздыхаю.

— Сынишек, конечно, Ивар нам не отдаст, но мы заведем новых.

Он опять шутлив в своих словах, но было бы странно, если бы он внезапно перешел на серьезный тон. Понимаю, что он мог бы стать преемником Верховного Жреца, который сейчас хрустит печеньем и пьет чай, оттопырив мизинчик.

— Нет, — отвечает Жрец. — Я его к себе не