Согласившись с боссом - Оливия Хейл

— Вот так, — шепчет он. — Вот так.

Я тяжело дышу, когда пик проходит, руки крепко обвивают его шею.

— О боже.

Его пальцы описывают последний круг, прежде чем он возвращает мои трусики на место. Ткань кажется грубой на чувствительной коже.

— Хорошо, — говорит он, — Что я не знал, какая ты на вкус. Я бы никогда ничего не сделал, будь ты моим ассистентом.

Мой голос прерывается.

— Да. Ты бы трахал меня.

Он усмехается, я тянусь к нему, снова находя его губы. Он тверд, прижимаясь ко мне. Он имел в виду то, что сказал. Ему нужно быть во мне.

Но я тоже имела в виду то, что сказала раньше.

Я хочу подразнить его за то, что он сделал со мной за этот год.

Поэтому я сползаю с консольного столика на дрожащих ногах и нахожу опору среди осколков стекла.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

— Это было… поучительно.

Его самодовольная усмешка превращается в настоящую улыбку, у меня перехватывает дыхание.

— Я бы использовал много прилагательных для того, что только что произошло, но «поучительно» не входит в их число.

— Да. Что ж, у меня нет с собой тезауруса.

— У меня в кабинете есть один. Ты могла бы проводить меня туда.

— В твой кабинет? — я приподнимаю бровь, последствия оргазма делают меня смелой. — Ты бы хотел, да?

— Да, — говорит он. — Как и ты. Мой стол достаточно большой.

— Но не сегодня, — я отворачиваюсь, хотя это больно, направляюсь к лестнице. Туда, где наши спальни, разделенные коридором и двумя дверями без замков.

Никакого расстояния.

— Сесилия, — окликает он.

— Да?

— У меня завтра ужин с деловыми партнерами.

Я выставляю руку, чтобы опереться о стену. Его глаза замечают это, так же как и румянец на моих щеках. Его губы изгибаются в полуулыбке.

— О, — говорю я. — Как захватывающе.

— Пойдешь со мной?

Я сглатываю.

— Как твоя жена?

— Да.

— Пойду.

— Тринадцать картин, — говорит Надин. — Ты представляешь, сколько это денег?

— Да, — отвечаю я. — Ну, почти. Я видела, за сколько ты их продала.

— Это не деньги на пиво. Это даже не деньги на аренду. Это деньги на аренду за год!

— Даже с учетом комиссии галереи?

— Они берут всего десять процентов! Джейк сказал, что обычно они просят тридцать, но поскольку бронь была в последнюю минуту, они взяли десять.

— Джейк сказал, — повторяю я.

— Да. Он сказал, кстати, что был рад познакомиться с тобой. Что сразу видно, какие мы с тобой хорошие подруги, — ее голос становится застенчивым. — Я должна кое в чем признаться.

— Выкладывай, — говорю я. С наушниками в ушах я могу болтать с Надин и одновременно осматривать свой гардероб. Несмотря на то, что это гостевая спальня, она достаточно велика, чтобы в центре поместилась небольшая тахта.

— Думаю, Джейк может быть заинтересован во мне.

Я смеюсь.

— О, правда?

— Да. Прости.

— Не извиняйся! Я догадалась об этом, как только его увидела.

— Не догадалась.

— Догадалась, — говорю я. — Те пять минут, что мы говорили, были только о том, какая ты фантастическая, я была не против, потому что обожаю тебя нахваливать. Мы были, как две фанатки.

— О, прекрати.

— Это правда. Так что. Он тебе интересен?

— Нет. Он не в моем вкусе.

Я улыбаюсь, радуясь, что она не видит этого, и тянусь к нескольким платьям.

— Ты знаешь, я люблю тебя, но ты часто видишь все в черно-белом цвете.

— Нет. Я художница. Я вижу бесконечные оттенки цвета.

— Конечно, видишь. Но не когда дело касается мужчин.

— Он идеален для тебя. Он слишком похож на меня, чтобы у нас что-то вышло.

Я думаю о Викторе, о его точной манере речи, методичных движениях рук. Об амбициях, деловой хватке и дисциплине.

— Не знаю, — говорю я. — Думаю, влечение — это скорее поиск того, кто тебя дополняет.

Надин молчит секунду, но когда она говорит, ее голос звучит заинтересованно.

— Ладно. Выкладывай.

Я смеюсь.

— Как ты поняла?

— Твой голос. Твои слова. Давай, тебе не так уж интересно знать, как я поняла, как мне интересно знать, что ты знаешь.

— Понятия не имею, что ты сейчас сказала.

— Выкладывай!

— Ладно, ладно. Значит так. Прошлым вечером мы с Виктором были на открытии новой оперы в Нью-Йорке.

— Ага. Обычное дело.

— Обычное дело, — говорю я. — Когда ты замужем за Сэнт-Клером. И… кое-что произошло.

Надин молчит, как могила, пока я пересказываю ей всю подноготную случившегося, уложившись в несколько предложений. Я описываю сцену на консольном столике в коридоре так, будто это было рукопожатие, но к тому времени, как я заканчиваю, мои щеки все еще горят.

— Произносить это вслух… ничего себе.

— И что теперь? Чего ты хочешь?

Я смотрю на свои платья. Большинство скучные, те, что я носила миллион раз в офисе. Одно… определенно нет.

— Думаю, для него прошлая ночь была о контроле. Об обладании им. По какой-то причине он всегда должен контролировать ситуацию.

— Похоже на кое-кого, кого я знаю.

Я фыркаю.

— Мне нравится, когда все организовано. Я не должна все контролировать.

— Ладно, промолчу. Продолжай.

— Что ж, я хочу, чтобы он потерял контроль, — я провожу рукой по шелковой ткани платья. — Я собираюсь попытаться соблазнить своего мужа, и я знаю точно, как это сделать.

ГЛАВА 17 Сесилия

Я жду, пока мы усядемся за обеденный стол, чтобы взорвать бомбу. Мы с Виктором сидим рядом, наблюдая за приближающимися мужчинами. Картер Кингсли болтает с медиа магнатом, которого они с Виктором здесь обхаживают. Я? Я обхаживаю своего мужа.

Я наклоняюсь, чтобы прошептать слова.

— На мне нет белья.

Челюсть Виктора напрягается.

— Черт возьми, Майерс.

— Это платье еще и довольно короткое.

Пылающие голубые глаза впиваются в меня.

— Ты играешь с огнем.

— Правда? Или это делаешь ты?

Он улыбается, едва заметный изгиб губ, от которого по мне пробегает жар. Первая половина ужина проходит без происшествий, если не считать того, что рука Виктора лежит на спинке моего стула. Каждый раз, когда его пальцы касаются моего плеча, оголенного из-за платья без бретелек, мое внимание приковывается к этой маленькой точке соприкосновения.

Я бы не поверила, что мы окажемся здесь полгода назад. Что я буду сидеть рядом с ним в шикарном ресторане и чувствовать себя не как трофейная жена, а скорее, как деловая женщина.

Как та, кто идет за тем, чего хочет. Кому все равно, что подумала бы о такой договоренности моя прежняя версия, осуждающая себя.

— Приятно видеть вас