Бедовая ученица в академии драконов - Анастасия Милованова

ёрзаю, то складываю руки на груди, то кладу их на подлокотники. Хмыкнув, Райгард, занявший кресло рядом, протягивает руку и сжимает мою ладонь. Не знаю, как у него получается, но я в тот же миг чувствую, как узел в груди ослабевает. Мне даже дышать легче становится. Правда, ровно до тех пор, пока я не ловлю на себе внимательный взгляд императора. Его величество, как и положено, занимает кресло ректора и задумчиво изучает меня и Ноктурну. В кабинете из звуков только мерное постукивание императорских пальцев по столешнице.

— Брат, прекрати нервировать мою жену, — просит Райгард, не понимая, что одними своими словами будоражит меня ещё больше.

Жена… За прошедшие часы он называл меня так при каждом удобном случае. Ноктурна шепнула мне, что таким образом Райгард просто ставит всех в известность, что я теперь под его защитой, но мне от этого не легче. Слишком быстро сменился мой социальный статус.

— Ну-ну, жене, — хмыкает Айрнгард. Придвинувшись к столу вплотную и сложив пальцы домиком, глядит на меня и брата с серьёзностью, от которой у меня волоски на загривке дыбом встают. — Пока ещё не жене.

— Перед богами — жена, — упрямится Райгард, а сам сжимает мою ладонь.

Я молчу, предоставляя драконам самим разбираться с этим вопросом. В конце концов, я и так сделала большую часть работы — проявила нашу с Райгардом метку истинности.

— Рай, ты ведь понимаешь, что вас замучают сплетнями, слухами. А это благодатная почва для манипуляций с двором.

— Мне плевать, — цедит Райгард.

— Да, мне тоже, — поспешно киваю я.

— А мне — нет, — отрезает Айрнагрд. — Ты декан боевого факультета, соблазнил свою ученицу. Поступок в глазах общественности гнилой, как ни крути.

— А может, это я его соблазнила? — запальчиво возражаю я.

— Ещё лучше, — фыркает Айрнгард. — Опоила, привязала к себе, как инари. А может, и метка твоя фальшивая? Нет, Алиса, надо что-то с этим делать.

— Это вообще не проблема, — роняет Райгард и, поднявшись с места, достаёт из внутреннего кармана кителя свёрнутый лист бумаги. — Держи, брат.

Передав документ императору, мой перед богами муж усаживается обратно и подмигивает мне. Такой он — расслабленный, ироничный — нравится мне не меньше его генеральской версии. Робко улыбаюсь Райгарду, пока не подпрыгиваю на месте от звука удара. Император, ознакомившись с бумагой, несдержанно опускает кулак на ни в чём не повинную столешницу.

— Что это значит? Какая, к Бездне, отставка⁈

По кабинету прокатывается протяжный вздох. Ноктурна и вовсе ладонь ко рту прикладывает. Никак не привыкну к её молодой версии, но как же я рада, что нам удалось спасти библиотекаря.

— Моя отставка нивелирует все возможные претензии к нашей семье, — пожимает плечами Райгард. — Я ни на что не претендую. Свою награду я уже получил.

Дракон бросает на меня лучащийся довольством взгляд, а я невольно краснею. Никогда ещё в жизни меня не окружали таким обожанием.

— Погоди. — Император качает головой. — Не спеши с решением. Я могу снять тебя с должности декана, но армию бросить я тебе не позволю.

— Отлично, — тут же соглашается Райгард и подаёт брату новый документ. — Вот здесь подпиши тогда.

— Что это? — Опешив, Айрнгард смотрит на лист круглыми глазами.

— Назначение Райгарда Скайрида командующим штурмовыми войсками, — лаконично поясняет теперь уже бывший декан боевого факультета. — Я возвращаюсь на свою старую должность. Этого достаточно, чтобы тебя не осаждали с нелепыми претензиями, братец?

Я уже достаточно хорошо изучила Райгарда, чтобы понимать: за этими словами кроется завуалированное послание. Райгард для себя всё решил, а страхи брата его не волнуют. Более того, дракон считает их надуманными.

— Делай что хочешь, — вздыхает император, смиряясь с выходкой младшего брата. — Алису ты с собой заберёшь? На передовую?

— В смысле на передовую⁈ — тут же вспыхиваю я, судорожно хватая Райгарда за ладонь.

Тот же, зараза такая, только посмеивается.

— Какая передовая? Я только женой стала, а уже во вдовы мечу? — продолжаю возмущаться я.

Ловлю улыбки Юваля и Граймса. Незнакомый мужчина, возглавляющий охрану императора, тоже понимающе улыбается. Да даже Ноктурна не скрывает, что её мои тревоги веселят.

— Спасибо, конечно, за веру в мои силы, любимая, — мягко произносит Райгард. — Да только передовой мы называем штаб, а не линию боевого столкновения. Знаешь почему?

— Почему? — эхом откликаюсь я, не веря словам мужа.

Ну с чего бы штаб был передовой?

— Потому что сражаться с бюрократией страшнее, чем с тварями Бездны. И Айрнгард прекрасно знает, как я ненавижу работу с отчётами. Братец просто мне мстит, верно?

— Не всё дракону в сокровищнице развлекаться, — философски отмечает император и переключается на сидящую в молчании Ноктурну. — Лотта Пейдж, раз с этими двумя уже всё понятно, давайте поговорим о вашей судьбе.

И тут я снова напрягаюсь. Если мы с Райгардом, по сути, легко отделались и врагов не нажили, то вот с моей сестрой-инари ситуация сложнее. Всё-таки Ноктурне могут предъявить государственную измену.

— Чего бы вы хотели, лотта Пейдж? — задаёт внезапный вопрос Айрнгард.

Удивлена не только я. Ноктурна тоже в недоумении. Она смотрит на меня, будто ждёт подсказки, а я даже не знаю, чем ей помочь.

— В каком смысле, ваше величество? — осторожно уточняет библиотекарь, когда молчание затягивается.

— В прямом, лотта Пейдж. Наша страна обошлась с вами не по-людски. Я хочу загладить вину. Мы изменим закон об инари, но этого мало. Нужны более решительные меры.

— К чему вы ведёте, ваше величество? — хмурится Ноктурна.

— Я хочу предложить вам возглавить комитет по инари. Здесь, в «Ресталии». Сначала была мысль открыть кафедру при боевом факультете. Вы бы могли спокойно помогать молодым инари осваивать их дар, проводить их по пути контроля силы. Но потом понял, что таких, как вы с Алисой, слишком мало, чтобы набрался целый курс. Потому пока только комитет. Если боги осчастливят нас появлением новых инари, вы возьмёте их под своё крыло. Как вам такой вариант?

— Больше никакого насилия, навязанных браков и жизни в изгнании? — хрипло переспрашивает Ноктурна, а я всерьёз переживаю за её состояние.

Библиотекарь бледна от волнения — того и гляди в обморок грохнется.

— Больше никогда, — кивает Айрнгард и мягко улыбается Ноктурне.

Внезапно император вырастает в моих глазах. Признать свои ошибки, взять на себя ответственность за поступки предков и предложить решение, которое вряд ли одобрит привыкшее к старым законам общество — для этого нужны сила характера. И у нашего императора эта сила есть.

— Вы согласны на моё предложение? — спрашивает Айрнгард.

— Д-да, — сдавленно отвечает Ноктурна и растирает горло. — Простите, я переволновалась. Думала, вы меня в катакомбы упрячете, а вместо этого