Пробуждение Дракона - Арина Рекк

и переделывая формулу порошка, растягивая и сокращая время и силу действия, но эти знания затерялись в памяти, оказались погребены под ненужным хламом, и сейчас пришлось взять то, что осталось. Не самый быстро действенный из всех, но он не смог вспомнить другую формулу.

Нужно высыпать порошок на любого, кроме девчонки. Она не прошла инициацию и не успела укрепить свою связь с остальными, поэтому нет смысла тратить на нее силы. Но для его плана ему нужно именно это, чтобы девчонка осталась одна. Главное — найти озеро и усыпить сильных драконов, а она… пусть сейчас она не знает ничего, но когда к ней вернется память прошлых воплощений, она сможет ответить ему на все оставшиеся вопросы. Ответить на самый главный вопрос — как использовать озеро!

Алхимик надел на себя амулет, который защитит его от влияния алхимической магии, достал мешочек телепорта и решительно швырнул его под ноги, делая последний шаг на пути к знаниям.

Оказавшись в тропическом лесу, сжал пальцы, и из лопнувшего шарика вырвалось черное облачко, мгновенно растворяясь в воздухе и невидимкой распространяясь по острову.

Отшельник затаился в ожидании битвы драконов.

И только сейчас он осознал, что не считая бесполезной девчонки, на острове всего два монстра. Почувствовал укол досады. План был так прост, собрать всех вместе, натравить друг на друга, выждать момент и усыпить. Отшельник так не хотел осложнений. Но это деталь изменила не много. Чародеи не смогут прятаться от него вечно, он отловит их по одному. Придется повозиться, и, поразмыслив немного, но решил, что так даже интереснее.

Кайд

Я кружу вокруг Мины, не подпуская к ней озверевшего Макса. Чувствую, как с каждой секундой сам теряю контроль над собой. Уже готов разорвать Макса на куски и знаю, что он и сам жаждет того же. Мы еще пытаемся сопротивляться магии подчинения, но отчетливо понимаем — мы можем сорваться в любую секунду.

Почти сразу после появления алхимика нас накрыло незнакомой мне магией, от которой по венам черной патокой растеклось желание убивать, рвать, грызть и желательно друг друга.

Но сейчас мне плевать на все, потому что за моей спиной стоит Мина, а передо мной охотящийся на нее лучший друг.

«Нихрена не могу поделать. Щас вцеплюсь к тебя»

«Соберись»

«Пытаюсь!» — он хрипит, падает на колени и для моего контроля это хуже, чем если бы он пытался напасть. Инстинкты вопят при виде склоненного врага, и я понимаю, что одно быстрое движение, и острые когти отделят его голову от тела. Хуже всего то, что Макс готов к этому, но я стискиваю зубы, напоминая себе, что это еще не конец и даю ему шанс выстоять борьбу с собой.

«Валим отсюда» — Макс с трудом втягивает когти и чешую, упирается ладонями в землю, выгибая дугой позвоночник, осознанно делает себя уязвимым, отдавая мне преимущество.

«Ну так сваливай» — рычу в ответ.

«Не могу. Я уже хочу найти Мину по ее маякам. Просто переместись куда-нибудь. Может отпустит»

Я радуюсь, что Мина так и не научилась управлять магией без рук, потому что после ее смешной попытки поджарить нас с Максом, пришлось ее обездвижить. Но я видел страх от понимания происходящего в распахнутых глазах. Видел, как сопротивляясь навязанным желаниям, она заставила себя сесть на песок и не дергаться, безропотно позволяя моей магии сдерживать ее.

С Максом такой номер не пройдет, ему плевать на любые путы и оковы, но он тоже сопротивляется.

Я делаю шаг назад и Макс вскидывает голову, пристально следит за каждым моим движением. Я готов к тому, что он бросится на меня в любой момент, но пока он еще сдерживается. Замирает. Вижу, как едва заметно его мышцы подрагивают в нетерпении. Я протягиваю руку за спину и когда нащупываю Мину, Макс срывается с места, чтобы стрелой броситься к нам. Мы растворяемся в воздухе, но он дотягивается до меня в последний момент и устремляется следом. Вонзает когти в мое плечо, и я успеваю оттолкнуть Мину в сторону прежде, чем теряю контроль и бросаюсь на друга, не в силах побороть спровоцированный его нападением рефлекс. Мы кубарем летим по пляжу соседнего острова. Он за пределами защитного поля, а потому был шанс, что влияние алхимической магии перестанет действовать. Но эта зараза по-прежнему распространяется по венам, провоцирует злость и желание разорвать противника как можно более жестоко.

Макс трансформируется в дракона. В глазах его обреченность, и я понимаю, что он решил проиграть мне. Это придает сил к сопротивлению отраве, но он нападает и мы вновь сцепляемся, взвиваемся в воздух, пытаясь разодрать чешую друг друга. Мы знаем все свои слабые места, но нам пока удается намерено избегать их. Пока за моей спиной Мина, я не могу позволить себе проиграть, но и убивать друга не хочу. Мы балансируем на грани, дерем друг друга, но пока у нас нет ни одной серьезной раны.

Макс снова берет себя в руки и пикирует вниз, тяжело приземляется и втягивает крылья, в очередной раз оставляя мне преимущество. Мы оба знаем, что этому не будет конца и кто-то из нас должен уйти. И это не я, потому что если умру я, Мина не продержится и секунды. Макс отлично понимает это.

Я стою на песке и возвышаясь над ним черной скалой в то время, как он медленно, прикладывая титанические усилия, уменьшается в размерах.

Мы оба знаем, что мне нужно делать, но я колеблюсь.

«Давай, Кайд. Быстрее. Я не продержусь долго» — хрипит Макс и упирается взглядом в песок, подставляя шею под смертельный удар. Он все еще на четырех лапах, не дракон, но гигантская бескрылая ящерица.

«Извини, Макс»

«Должен будешь» — шутит он в своей привычной манере и наклоняется еще ниже.

Я обнажаю острые зубы, оттягиваю шею, прицеливаюсь, чтобы смерть была максимально быстрой и безболезненной и делаю стремительный рывок.

За секунду до того, как мои челюсти смыкаются на покрытой светлой чешуей шее, Макса вихрем сносит белая дракониха. Они тяжело падают, подминая под собой деревья и пальмы у кромки пляжа.

«Елена, уйди» — говорит Макс с трудом и пытается обернуться человеком, осознанно стать еще слабее, но тело ему не подчиняется, отращивая когти.

«Размечтался»

Она стоит между мной и Максом, спиной к Максу, и тому ничего не остается как продолжать бороться с самим собой, потому что на пару он не нападет никогда.

«Вы