Проклятие короля фейри - Джейми Шлоссер

— А теперь ты вдруг перестал вести себя прилично?

— Давай не будем обманываться, любовь моя. — Я обнимаю её, прижимаю к себе и целую в шею. — Мы оба знаем, что я никогда не отличался хорошими манерами.

Она стонет, когда я провожу носом от её ключице к уху, и этот звук словно ударяет кувалдой по моему пульсу. Моё сердце никогда так не билось, даже в разгар битвы.

Куинн по-прежнему лежит поверх покрывала, нас разделяет стёганое одеяло, но я чувствую тепло её тела. Положив руку ей на бедро, я двигаюсь вверх. У неё такая теплая и гладкая кожа.

У меня начинают дрожать пальцы. Чтобы унять дрожь, я сжимаю в кулаке её трусики. Тонкая ткань растягивается от движения, и мне больше всего на свете хочется разорвать их в клочья.

Я не знаю, что со мной происходит, но я теряю контроль над собой.

— Почему ты не дала мне расстегнуть платье? — вопрос звучит грубее, чем я хотел, но мне не понравилось, что человечка-фейри трогала мою женщину.

— Бритни была рада помочь. К тому же ты знаешь почему.

Моя рука скользит вверх, к изгибу её талии, и я чувствую обнажённую кожу. Проводя рукой вдоль её позвоночника, я останавливаюсь, когда мои пальцы нащупывают резинку и застёжку. Я чувствую механизм и понимаю, как легко расстегнуть бюстгальтер одним ловким движением.

— Тебе не кажется, что нам стоит отдохнуть? — Куинн дышит прерывисто. — Нам нужно быть начеку завтра. На всякий случай…

Ах. Она играет на моих опасениях за её безопасность

«Умная девочка».

Но она не понимает, что только что заставила меня желать её ещё сильнее. Когда я думаю о том, что могу её потерять, моё желание становится ещё сильнее.

Мои пальцы сжимаются на её спине, притягивая ближе.

— Сейчас я не хочу ничем другим заниматься.

Я слегка переворачиваюсь, чтобы она оказалась сверху. Её нога соскальзывает в сторону, и я подхватываю её под колено, чтобы раздвинуть её ноги ещё шире, пока она практически  оказывается верхом на моем эрегированном члене.

— Мне нравится, как ты сидишь на моем члене, — хриплю я, касаясь губами пульсирующей жилки на её шее.

— О, Боже, — стонет она, её выдох щекочет мне ухо. — Я это непереживу.

— Что? — Теперь я встревожен. — Не говори так. Не говори о смерти.

— Я не говорю о смерти. Я говорю вот о чём. — Она поднимает голову и машет рукой между нами. — О нас с тобой. Я не могу сдержаться. Безумно хочу тебя поцеловать.

— Не нужно сдерживаться. Целуй.

— Я такая эгоистка. — Она пытается отвернуться от меня, но я не позволяю ей.

— Если ты эгоистка, то и я тоже. Я хочу этого так же сильно, как и ты.

Её ладонь ложится мне на грудь, и на секунду мне кажется, что она собирается меня оттолкнуть.

Но она этого не делает. Она проводит ладонями по груди, кончиками пальцев цепляются в коротких волосах. Когда ноготь ее мизинца задевает один из моих сосков, я стону.

— Куинн.

Пытка продолжается. Её рука скользит вверх по моей шее, а губы оказываются всего в нескольких сантиметрах от моего лица.

Я бы отдал все звёзды на небе за её поцелуй.

Она так близко. Я чувствую её дразнящее дыхание. Я облизываю губы, желая ощутить хотя бы намёк на её вкус.

Кажется, что проходят минуты, пока мы так сидим. Нас разделяет лишь ткань, но наши тела прижаты друг к другу. Куинн двигается, и её горячее лоно трётся о мой член.

Даже если поцелуй не сделает проклятье необратимым, то я почти уверен, что секс без проникновения — это против правил. Я собираюсь поспорить на эту тему, когда Куинн делает короткий вдох.

— Прости, Киаран, — шепчет она, голос её дрожит, прямо перед тем, как наши губы соприкасаются.

Её губы мягкие, она медленно целует меня. Раз, два, три раза касается меня губами и посасывает. Мы оба стонем, когда она меняет позу и высовывает язык.

«Блаженство. Спокойствие. Счастье».

Всё это она дарит мне в этот момент.

Но я чувствую её эмоции как свои собственные.

Страсть, удовольствие, раскаяние, вина. Они сталкиваются, как раскат грома.

— Прости меня, — говорит она между поцелуями. — Мне так жаль. Так жаль.

— Прекратите извиняться.

— Я не могу. — Поцелуй. — Я обрекла тебя. — Поцелуй. Поцелуй.

— Нет не обрекла, — возражаю я, мои губы касаются её губ с каждым произнесённым слогом. — Моя жизнь именно такая, какой я хочу её видеть, и это лучший момент на данный момент. Не испорти её сожалениями.

Она забавно рычит от раздражения.

— Прости.

Я хихикаю ей в рот, проникая языком внутрь.

— Больше никаких разговоров.

Кивнув, она облизывает мою нижнюю губу. Её тело расслабляется, отпуская напряжение и стыд. И я рад. Я не хочу, чтобы наши отношения были испорчены без необходимости.

«Куинн для меня — всё. Я выберу её. Всегда».

Кажется, время останавливается, когда наши губы сливаются в танце. Мы посасываем, покусываем, гладим друг друга. Мы двигаемся медленно, исследуя друг друга. Познавая друг друга.

Язык Куинн касается моего. Я отвечаю тем же.

Обхватив ладонями её нежное личико, я перекатываюсь так, что оказываюсь на ней сверху. Покрывало всё ещё мешает, но когда она раздвигает ноги, мой член прижимается к стыку её бёдер.

Рыча, я выгибаю свои бёдра.

Куинн вскрикивает, и я замираю.

— Прости. Я не хотела этого делать.

И это правда. Это было непроизвольное движение. Я чувствую себя дезориентированной, словно погрузилась в глубины Иссикского озера и не знаю, где верх, а где низ. Я тону в Куинн, и единственный способ дышать, оставаться в живых — это быть с ней как можно ближе.

Она смеётся, затаив дыхание.

— И кто теперь извиняется? — Её поцелуй становится робким. — Мне понравилось.

— В таком случае я повторю.

Прижимаясь к ней — сначала медленно, — я провожу губами по её шее и целую нежную кожу.

Она вздыхает, и меня это воодушевляет.

Я ласкаю её грудь сквозь кружевную ткань бюстгальтера. Нахожу сосок и обвожу его большим пальцем. Сжимая затвердевший сосок, я удивляюсь, как он натягивается, пока не становится похожим на камешек.

Всё это время я короткими толчками прижимаюсь своим членом к Куинн.

«Как же я хочу, чтобы между