Жестокое наследие - Мила Кейн

Пока я яростно обдумывала, как мне избавиться от мишени на себе, в другом конце мастерской зашевелились темные фигуры. Мои глаза уже достаточно привыкли к темноте, чтобы я могла разглядеть других парней. Я знала, что ни один из них не был моим личным роботом-убийцей, потому что они были гораздо меньше и далеко не такими грациозными, как он.

Они продвигались вперед друг за другом, тихо переговариваясь между собой. Последний в ряду исчез и больше не появился.

Минус один.

Мужчины продолжали идти, а мой наемник убивал их одного за другим. Единственным признаком его присутствия был отблеск металла.

В конце концов мужчины поняли, что происходит, и начался настоящий ад. Они начали вслепую стрелять позади себя, время от времени попадая друг в друга. Мой похититель в черном скользил по центру, как ангел-мститель, уклоняясь от выстрелов, словно он был пуленепробиваемым. Он двигался, плавно наклоняясь и уворачиваясь с идеальной грацией, превращая убийство в танец. Когда кто-то ударил его ногой в грудь, он поймал ее и одним резким движением перерезал сухожилие. Ножницы сверкнули, когда он вонзил их в грудь своего противника. Быстрые порезы отправляли непрошеных гостей на колени. Наемник крутанулся и добил одного, перерезав ему шею сбоку, выпустив фонтан артериальной крови прямо на рулон необработанного белого шелка.

Я содрогнулась от этого зрелища. Черт, после этого я больше не смогу сюда вернуться.

Никогда.

Мой наемник расправился с группой мужчин, и быстрее, чем я успела осознать, снова наступила тишина. Он убрал ножницы в карман и, оглядывая беспорядок, запустил руку в волосы. Это простое движение вызвало поток воспоминаний. В тот момент он выглядел так, будто вышел прямиком из моей памяти. Но это был не он… Кровавая бойня на полу мастерской была куда более убедительным доказательством, чем даже его темно-карие глаза. Элио Сантори никогда не хотел стать таким, как его отец… гангстером.

Я уставилась на него, и он перевел свой кровожадный взгляд на меня.

Я еще некоторое время смотрела на него, а потом он отвел глаза.

— Мы уходим. И только попробуй снова сбежать — я оставлю тебя следующей волне этих парней. Не обманывайся, думая, что все кончено. Все только начинается.

С этими словами он развернулся и направился к двери. Я стряхнула с себя оцепенение, схватила сумку и бросилась вслед за ним.

15.Джорджия

Мы не успели отойти далеко от здания, как наемник резко свернул в темный переулок. Он схватил меня за руку и потащил вдоль черных входов ряда магазинов. У последнего он взломал замок и втолкнул меня внутрь, быстро захлопнув за нами дверь.

Внутри царила кромешная тьма, и мужчина был так близко, что я забыла, как дышать. Он быстро провел нас через вестибюль в соседнюю комнату.

Несмотря на темноту, мой похититель двигался уверенно. Над смотровым столом щелкнула лампа. Подождите, смотровой стол? Где-то поблизости залаяли собаки.

Мы были в ветеринарной клинике.

— Иди сюда, — отрывисто сказал он и похлопал по столу.

— Я в порядке. Я не ранена, — запротестовала я.

Он посмотрел на меня.

— Я сказал, иди сюда.

Понимая, что спорить с ним – все равно что спорить со стеной, я вздохнула и села на стол.

Мужчина снял куртку, обнажив черную футболку и татуировки, покрывающие руки до запястий. Он порылся в шкафу, а затем полез в карман.

— Ты ранен? Со мной все в порядке, — повторила я.

— Пока что, — коротко бросил он.

Прозвучало довольно зловеще.

Затем он усилил ощущение угрозы, повернувшись и натянув латексные перчатки. Я застыла, наблюдая, как он аккуратно разглаживает их на мощных запястьях. В его татуированных руках, туго обтянутых футболкой, в кровавых брызгах на лице и в этих перчатках было что-то завораживающее…

Он потянулся к серебристому подносу, и все остальные мысли вылетели у меня из головы, когда я заметила на подносе шприц для подкожных инъекций.

— Что, черт возьми, ты собираешься с этим делать? — Я запаниковала, пытаясь встать.

Он цокнул языком, медленно обходя меня сзади.

Одна рука обхватила мою шею, и вдруг меня пронзила острая боль. Вот ублюдок. Поднос был всего лишь отвлекающим маневром. Все это время он замышлял что-то другое.

— На твоем месте я бы не двигался, — спокойно сказал он, вводя мне под кожу бог знает что и одновременно сжимая шею так сильно, что становилось трудно дышать.

— Что ты мне вводишь?

— Ничего, что ты почувствуешь.

— Что это, черт возьми?

Игла выскользнула из-под кожи, и я невольно вздрогнула. Затем резко обернулась и злобно уставилась на него.

— Скажи мне! Ты меня отравил?

Его губы дрогнули. Это действие было тревожно близко к улыбке. Это обезоруживало. До сих пор я вообще не видела, чтобы он проявлял какие-либо эмоции. Ну, если не считать того момента, когда он выстрелил ростовщику в голову, и еще когда я открыла дверь полицейским. В те минуты он казался более человечным, чем во все остальные вместе взятые.

— Забавно, что ты считаешь ядом других, а не себя, — сказал он.

И что, блядь, это значит?

— Никакого яда… Ничего особо гнусного. Знаешь, такие маленькие чипы, которые ставят непослушным питомцам, чтобы те не сбегали? — Он обошел меня спереди, снял перчатки и с идеальной точностью бросил их в мусорный бак.

— Ты вставил мне микрочип, как какой-то кошке? — выдохнула я, не узнавая собственного голоса.

— Сомневаюсь, что кто-то поведет тебя к ветеринару сканировать чип, так что — нет, не совсем так. Я вживил тебе кое-что куда более совершенное. Пусть тебя не смущает местоположение. Это единственное место со стерильным оборудованием.

— То есть... это все-таки чип?

Он кивнул.

— Это чип, но не тот, что можно просто купить. Это особая разработка. GPS-трекер, отслеживающий тебя в реальном времени. В настоящее время эта технология не используется за пределами спецназа.

— Тогда откуда он у тебя?