Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Ладно. А когда об этом узнали мистер и миссис МакКлайф?

— Они подошли к нам, когда Наталия пошла купить воды. Вот я и им все рассказала и попросила молчать. И слава богу, мистер и миссис МакКлайф согласились.

— У меня нет слов… — качает головой Алисия. — Просто нет слов!

— Да, Ракель… — медленно выдыхает Фредерик, проводя руками по лицу. — Натворила ты делов, девочка моя…

— Я должна сама все рассказать, — с жалостью в мокрых глазах говорит Ракель. — Я не могу втягивать кого-то в это дело.

— Но мы и так фактически втянуты! — восклицает Алисия. — Терренс в любом случае узнает, что они узнали правду намного раньше него.

— Может, к родителям он будет снисходителен, но Эдварду точно не поздоровится, — уверенно добавляет Фредерик. — Терренс может разругаться со своим братом в пух и прах и спустит на него всех собак! А все из-за твоей трусости!

— Мне очень жаль… — издает тихий всхлип Ракель. — Так получилось… Я не хотела…

— Повторю еще раз, извиняйся не перед нами, а перед Терренсом, — спокойно говорит Алисия.

— Пожалуйста, тетя Алисия, дедушка Фредерик… Ничего не говорите Терренсу! Ради бога, не говорите ему про ребенка! Мы договорились, что поговорим об этом, когда он покинет больницу. Я пообещала! Умоляю… Никому не говорите…

— Хорошо, — кивает Алисия. — Мы ничего не скажем и будем ждать, когда его выпишут из больницы.

— Спасибо… — Ракель тихо шмыгает носом. — Спасибо большое…

— Но учти, если ты так ничего не расскажешь, то мы возьмем дело в свои руки. А за последствия ы будешь отвечать уже сама. Мы скажем ему правду, которую ты так бессовестно скрыла, а он пусть решает, прощать тебя или нет.

— Я не хочу потерять Терренса… — со слезами на глазах сильно дрожащим голосом отвечает Ракель. — Я не смогу жить без него… Если он бросит меня, то я никогда не смогу быть счастливой. Этот мужчина нужен мне как никто другой… Я уже сильно привязана к нему… Привыкла к тому, что он рядом…

— Мы знаем, — кивает Фредерик. — Но слезы и мольбы никак не помогут тебе. Если Терренс придет в ярость, то последствия будут ужасные. Уж его мать врать не будет. Она вырастила этого человека и прекрасно знает, что у ее старшего сына непростой характер. Если Терренс вдруг простит тебя, то это можно будет назвать чудом .

— Я раскаиваюсь в том, что сделала… И готова заплатить ту цену, которую должна…

— Мы верим, — спокойно говорит Алисия. — Но думаю, мистер и миссис МакКлайф уже все тебе сказали.

— Да… Конечно…

— Прощение Терренса действительно станет настоящим чудом. Ну и подтвердит слова моей подруги Амелии о том, что вы в любом случае будете вместе, потому что это ваша судьба.

— Клянусь, я расскажу ему всю правду. Он узнает обо всем после выписки из больницы.

— Надеемся, — спокойно говорит Фредерик. — Раз накосячила – сама все и исправляй.

Ракель ничего не говорит и начинает горько плакать, обняв себя дрожащими руками и склонив голову. А спустя несколько секунд Фредерик с Алисией по очереди обнимают ее, хоть и осуждая девушку, но искренне жалея ее и считая, что личное признание может стать для нее плюсом.

— Ну все, дорогая, перестань, — крепко обнимая Ракель и гладя ее по голове, мягко говорит Алисия. — Успокойся, моя хорошая… Успокойся… Мы верим, что ты жалеешь… Хотя и не одобряем твой поступок… Может, Терренс не идеален, но он не заслуживает, чтобы с ним так поступали.

— Я не хотела, чтобы все зашло так далеко… — дрожащим голосом отвечает Ракель. — Не хочу, чтобы из-за моей трусости мои отношения были разрушены. Я люблю Терренса. Люблю!

— Будем надеяться, что он хотя бы постарается понять тебя и в гневе не натворит глупостей, — мягко гладя Ракель по спине, с грустью во взгляде выражает надежду Фредерик.

— Я всегда была открыта с ним, но тогда просто сильно испугалась и растерялась… Но мне правда очень жаль… — Ракель издает пару тихих всхлипов. — Я не хотела…

— Тише-тише, дорогая, тише, — тихо успокаивает Алисия. — Не плачь. Все наладится. Терренс все поймет и простит тебя.

— Не знаю, тетя… Не знаю…

— Кстати, Ракель… — задумчиво произносит Фредерик, поглаживая подбородок и слегка хмуря брови. — А я рассказывал тебе, почему твои родители едва не развелись?

— Нет… — тихо шмыгнув носом и отстранившись от Алисии, произносит Ракель. — А почему ты спрашиваешь?

— Мы можем рассказать, если хочешь, — уверенно говорит Алисия.

— Разве это имеет отношение ко мне и Терренсу?

— Ты все поймешь, когда узнаешь, — отвечает Фредерик.

— Ну ладно… Я слушаю…

— Давай присядем.

Фредерик приобнимает Ракель за плечи, подводит к стульям и присаживается на них вместе с ней. Алисия садится рядом со своей племянницей и поправляет ей прическу, пока та нервно перебирает дрожащие пальцы.

— Понимаешь, Ракель… — задумчиво говорит Фредерик, взяв Ракель за руку. — Если бы обстоятельства сложились удачно… То у тебя мог бы быть младший братик или сестренка…

— Что? — удивляется Ракель. — Братик или сестренка? Но я же всегда была единственным ребенком!

— Ты и есть единственный ребенок. Но могла бы быть старшей сестрой. Но, к сожалению, не стала.

— А почему?

— Дело в том, дорогая, что… — Фредерик быстро прочищает горло. — Когда тебе исполнилось шесть лет, твоя мама узнала, что забеременела вторым малышом.

— Шесть лет?

— Да. Твой папа был очень рад стать папой во второй раз. И прекрасно принял новость о втором ребенке.

— Но почему я не знала об этом? Раз ты говоришь, что тогда мне было шесть, я должна была помнить маму беременной или слышать, как она говорит про братика или сестренку! Но я не помню! И дело не в том, что я плохо помню и маму, и папу.

—