Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Во-первых, срок беременности был небольшой. Живота еще не было видно. А из-за типа фигуры твоей мамы нельзя было сказать, что она была беременна. Даже когда она ждала тебя, у нее был небольшой аккуратный живот. Многие думали, что либо у нее маленький срок, либо ребенок плохо развивается. Но нет. Ты была здорова, родилась в срок и хорошо развивалась.

— А во-вторых?

— Ну а во-вторых, ты просто не успела узнать про ребенка. После того как твои родители узнали о беременности, они немного подождали и решили начать готовить тебя к тому, что ты станешь старшей сестренкой. Все-таки разница в возрасте была большая… Тебе было бы тяжело принять его, потому что ты привыкла к тому, что была у мамы с папой одна. Но тебе не пришлось привыкать к новой роли.

— Почему?

— Я тогда приехала сюда в гости, — с грустью во взгляде говорит Алисия. — Хотела поздравить Элизабет и Джексона. Но спустя пару дней твоя мама почувствовала себя очень плохо. У нее внезапно началось кровотечение и сильные боли в животе. Мы с твоим дедушкой вызвали скорую, и мою сестру немедленно отвезли в больницу. И там мы узнали, что она потеряла ребенка на четвертом месяце беременности. Для всех нас это был огромный шок. Но мои сестра и деверь были потрясены куда больше. Элизабет и Джексон не хотели останавливаться на одном ребенке и хотели минимум еще одного. Но беременность наступила, то ребеночек не выжил.

— Но почему? — недоумевает Ракель, будучи ошарашенной тем, что только что услышала. — Неужели мама тоже сильно переживала?

— Нет, как раз она ничего не делала, — с грустью во взгляде качает головой Алисия. — Твой папа заботился о ней ничуть не хуже, чем Терренс – о тебе. Элизабет берегла себя и отдыхала, когда чувствовала недомогание. Она никогда не перегружала себя делами, а Джексон брал на себя большую часть домашней работы, даже если много работал и уставал.

— А кого они ждали?

— Не знаю, милая. Элизабет не хотела узнавать пол малыша до его рождения. И в случае с тобой, и в случае с тем ребенком. А Джексон не возражал… И я до сих пор помню, как он обрадовался, когда врач сказала ему, что твоя мама родила девочку. С какой огромной любовью он смотрел на тебя, пока держал на руках…

— Надо же… — качает головой Ракель, несколько секунд молчит, уставив широко распахнутые, полные ужаса глаза в одной точке, неуверенно смотрит на Алисию с Фредериком и слегка хмурится. — То есть… Вы хотите сказать, что это стало причиной, почему мои родители едва не развелись?

— Да, солнце мое, — уверенно кивает Фредерик.

— Папа не простил ей тот выкидыш?

— Нет. После того как у твоей мамы случился выкидыш, она впала в глубокую депрессию и ничего не хотела делать. Она винила себя в смерти ребенка. Но мы все с пониманием относились к этому и как могли поддерживали ее.

— Джексон тоже был в глубоком шоке и не верил, что его ребенок погиб, — с грустью во взгляде признается Алисия. — Но он всегда был рядом с Элизабет и утешал ее. Мы с твоим дедушкой тоже не оставались в стороне и помогали воспитывать тебя. Прошло много времени, но ситуация становилась только хуже. Элизабет потеряла интерес практически ко всему. И на мужа стало плевать, и на ребенка… Она перестала заниматься домом и только лишь целыми днями лежала на кровати, плакала и винила себя в смерти малыша.

— И… — неуверенно произносит Ракель. — Это привело к тому, что однажды у папы не выдержали нервы, и он захотел развестись с ней?

— Он пытался держаться до последнего, но депрессия твой мамы забрали у него все силы и нервы, — с грустью во взгляде говорит Фредерик. — А ведь ему надо было работать и содержать тебя и Элизабет. Это был двойной стресс для него. Если бы мы с Алисией не решили помочь им, то все было бы намного хуже. К тому же, нам еще и помогали твои покойные бабушка Тиффани и дедушка Тимоти. Они стали намного чаще приезжать сюда, несмотря на то, что билеты на самолет стоили не так уж дешево.

— Наверное, поэтому я не могу вспомнить ничего подобного.

— Мы решили, что для тебя это будет огромным стрессом и забирали к себе. Подальше от родителей, которые начали постоянно ссориться.

— К сожалению, из-за стресса их отношения ухудшались все больше с каждым днем, — с грустью во взгляде подтверждает Алисия. — Они кричали друг на друга и не могли долго находиться вместе. Причем ссоры всегда провоцировала Элизабет. Джексон стал сильно раздражать ее. Она винила твоего отца во всем, что только можно придумать, и говорила, что не хочет его видеть. Ей не нужен был повод, чтобы закатить скандал. У них и раньше бывали споры, но это было нормально для любой пары. Однако тогда дело близилось к разводу.

— О, господи… — ужасается Ракель.

— Мы с мистером Кэмероном много раз пробовали поговорить с ними. Точнее, с Элизабет. Но она будто бы оглохла и требовала, чтобы мы оставили ее в покое. А однажды, когда я пришла домой к твоим родителям, чтобы проверить тебя и попробовать еще раз поговорить с ними, моя сестра окончательно слетела с катушек. Попытки твоего папы успокоить ее только больше приводили твою маму в бешенство. И мои ее тоже злили. Она пыталась напасть на меня с кулаками, начала обвинять во всех грехах и говорила, что наши отец с матерью всегда любили ее меньше…

— Ничего себе…

— В итоге она также послала меня куда подальше. Да и я была обижена и не хотела мириться с ней. Тогда моя сестра здорово напугала меня. Я думала, что она убьет меня. Поэтому я решила больше с ней не связываться. Общалась лишь с Джексоном, который вел себя куда сдержаннее. Он много говорил о том, что собирается отправить Элизабет на лечение в клинику. И мы с твоим дедушкой полностью поддерживали его.

— С твоим папой вообще было немного легче общаться, — признается Фредерик. — Хотя и он переживал все в себе. Правда