Уля - Альбе Альбертова

Закрывание подвала проходило под пристальным взглядом Ули, настаивающей на сохранении своего имущества в целости. А настолько хороший подвал ей жизненно необходим.

Последним не изученным строением была сараюшка бабы Поли. Покосившийся домик, с кажется целой крышей, но выглядевший жутковато. Как не рухнул — большой вопрос.

— Вы по осторожнее там. Полы прогибались под ногами и во времена моего детства. Ходить безопасно только по некоторым доскам было. А четверть века назад весила я существенно меньше. Да и доски лучше не стали.

Заколоченные двери открыть смогли, а вот войти уже нет, пола не было, вместо него сразу присутствовала пустота. Доски прогнили и рассыпались трухой. Пока народ выяснял как бы пройти и посмотреть, чтобы точно убедиться в отсутствии чего бы то ни было, к Уле подошел эксперт.

— Все понимаю — но почему ваш брат его сразу не снес?

— Не могу сказать, но могу предположить. Он снес второй домик, там, где свой поставил, на этом месте противный дед жил. Сейчас скажу что нормальный, но в пять — семь лет видение мира другое. И рухлядь эта стояла давно. Провода срезали, воды не было и прочее. Домик бабы Поли он берег, и электричество там было и даже холодная вода насколько помню. А еще с другой стороны летная кухня пристроена, с этой самой водой и светом. В начале стройки домик не мешал, далеко, зато коммуникации подведены сюда и это удобно. А дальше… он не мешал, заколотили чтобы никто не полез и не убился.

— Не мешал?

— Вы вчера мастерскую видели? Первый этаж мы вычистили, но все было как на втором. Колька хранил пока мог с идеей — а вдруг пригодится? Завершилась бы стройка дом бы снес, а пока не мешала — пусть стоит, мало ли что…

— Странная идея накопительства для мужчины, но спорить не буду, всякое возможно.

— На момент смерти родителей мне было шесть, ему двенадцать. Не скажу будто я легко это пережила, но ему было сложнее. А потом нас забрала бабушка по матери. У которой до этого вырос один ребенок — дочь. А тут двенадцатилетний подросток и шестилетняя девочка, бабушка сконцентрировалась на мне. Поэтому выросло, что выросло.

— Это многое объясняет.

Тут из дома раздался мат и ругань. Поднявшаяся суета с приездом скорой и выяснениями кто самый умный. Отправленный на исследование дома молодой парень упал и пропорол ногу. Глубоко и нехорошо пропорол, падая он ушиб еще и руку, благо голову защитил.

Уля стояла в сторонке, не зная как помочь, поэтому не мешала. Потом поймала Тимофеича и гладила кота, устроившегося на коленях. Параллельно достав телефон и рассказывая о местный приключениях Денису и Лерке, активно переживающей по этому поводу. После производственной травмы обыск мягко и плавно сошел на нет. Конечно, к Уле подошли с вопросом о детских тайниках, умный эксперт поинтересовался. Она честно рассказала про снесенный уже сарай невнятного назначения, кучу досок, образовавших интересное место, и старые пустые ульи. То что было интересно в детстве. Мастерская это уже взрослый брат, а здесь самое детство. Если он и делал какие-то схроны то осознанно и в возрасте, поэтому ничего в голову не приходит.

Обыск завершился ничем. Подписание актов, с предварительным чтением перед этим. Прощание. И закрытые ворота, отрезающие ее от городской суеты. Вместо отъезда домой Уля взяла лопату и отправилась чистить территорию. С утра машины, люди и масса утоптанного снега. А сейчас тишина, Тимофеич не в счет.

Следующий час буквально выпал из жизни, все мысли были только о снеге: как собрать и куда забросить, чтобы потом не мешал. Огромный участок это замечательно иногда, но чаще наоборот. Стук в калитку заставил подпрыгнуть. Уля испугалась. Дом на отшибе и она одна…

Городская квартира нравилась ей больше в плане близости к людям и соседям.

— Ульян, ты тут⁈ — крик через забор это так мило…

Звонок телефона прозвучал одновременно. Высветилось имя Ромки.

— Да?

— Ты дома? Машина стоит.

— Ага, снег чищу. Это ты шумел?

Она открыла калитку и с удивлением посмотрела на троих гостей из числа недавних участников обысков. Эксперт вежливо уточнил:

— Порядок наводите? Или схрон ищите?

Уля расхохоталась и отошла, запуская людей во двор. Следы ее активной деятельности были видны сразу. Только расчищала она исключительно нужные ей участки около дома и путь к парнику.

— И никаких поисков? — не поверил эксперт.

Уля улыбнулась и ответила:

— За территорией к пруду дерево, там дупло было, даже не дупло, а выемка от корней. Как по весне вспомнила бы — хотела заглянуть. Сейчас откапывать метровый сугроб — ну очень на любителя.

— Покажи. — попросил Ромка.

Уля вручила ему лопату и провела вокруг территории. Сугробы начались почти сразу после угода за угол из-за холмистой местности и открытого пространства внизу. Водоем сказывался… путь до дерева занял минут двадцать с учетом расчистки лопатой. Дерево Уля узнала сразу, а вот откапывание заняло еще прилично времени. Схрон они нашли, но не тот. Вместо кладов, сокровищ или монет как в банке там обнаружилась купа мелких пакетиков.

— Это что? — удивилась она. — Бриллианты так возят?

— Наркотики, — отозвался эксперт. — И судя по рассыпающемуся полиэтилену лежат тут давно, может и со смерти вашего брата.

— Мой брат еще и наркотой торговал что ли? — устало уточнила она.

— Вряд ли, — отозвался третий участник.

Не из начальников, тех сразу видно было.

— И?

— Изымаем, подпишешь протокол, — сообщил Ромка и добавил. — Колька всегда против наркоты был, мог у кого-то забрать и убрать от греха подальше. Партия мелкая чисто на закладки, в смысле на распространение. Даже если искали шума особенного не возникло.

— Ясно. Хорошо, что с вами нашла, — призналась Уля. — Я бы конечно все равно тебе позвонила бы, но вот это… да…

— Можно было сразу сообщить, — укоризненно заметил эксперт.

— А как же сокровища? — возмутилась Уля. — Раз в жизни так обстоятельства сложились и лишиться клада вот так сразу? Нет, я не настолько хороша, честно.

Находка ушла в пакеты, бумаги подписали по возвращению в машины. Уля получила назад свою лопату и призналась не успевшим убежать слушателям.

— Вот так вот узнать о криминальном бизнесе брата было дико. Я не понимаю — почему не видела. Если бы были хоть предположения, то сейчас кивнула, дескать была права. А так… я видела его недостатки, мы близко общались, он был моей единственной семьей и даже если хотел иного — шанса на