Парижский роман - Рут Райшл

– Очередной ирландец, – прошептал Эшбери, – воображающий себя пророком. – Стоило Патрику сделать паузу, как он начал громко хлопать. – Почему бы нам не послушать еще кого-нибудь? – Он уставился на Дэниела. – Я бы послушал, над чем вы работаете.

– Это недостойно вас, – смущенно возразил Дэниел.

– Ну пожалуйста, – настаивал Эшбери, – мне интересно. Прочтите нам что-нибудь.

Уговаривать пришлось долго, но, наконец, Дэниел очень неохотно отошел в угол, где лежал его рюкзак, и вернулся с блокнотом. Когда он начал, у него дрогнул голос, но Дэниел продолжал читать и вскоре, казалось, забыл о присутствующих.

– Это начало биографии, которую мы все должны написать по настоянию мистера Уитмена. Я назвал ее «Возвращение домой». – Слова были простыми, без прикрас, но настолько искренними, настоящими, что все с раскрытыми ртами слушали рассказ об одиноком парнишке, испуганном и бездомном, прибившемся к этому магазину. Дэниел читал о детстве, наполненном страхом, голодом и нищетой.

– Но здесь, среди книг, – закончил он, – я нашел все, и больше не буду испытывать нужду.

Когда он смолк, долго стояла тишина. Затем Джон Эшбери встал и начал аплодировать. Когда захлопали все, Дэниел залился краской.

– Это еще не окончено, – пробормотал он, опустив глаза.

– И не будет окончено, – сказал Эшбери, – пока ваше время здесь не подойдет к концу. Но когда это случится, я очень надеюсь, что вы пришлете мне экземпляр. Вы поэт.

– Мне было так стыдно, когда голос сорвался, – признался Дэниел Стелле, когда все разошлись, а они складывали стулья и убирали бокалы. – Не знал куда деваться.

– Это пустяки, – возразила она. – То, что ты написал… это прекрасно. Я никогда не умела выразить очень похожие вещи, а ты… как будто мои мысли прочитал.

«Это правда», – думала Стелла, вытряхивая пепельницы. Могла ли она представить, что ей придется по душе такая жизнь? Ведь все это совершенно не в ее характере. Ей вспомнились сетования Селии, постоянно сравнивавшей дочь с монахиней. Стелла считала, что мать права, и только теперь увидела, что та понятия не имела, как обстоит дело. Жизнь перекати-поля, пусть и поневоле, помогла Стелле понять, что значит потерять себя, чтобы стать частью общности.

– Сначала, – рассказывала она Дэниелу, – мне было страшно, но теперь эта жизнь буквально опьяняет. Я отдаюсь этому ощущению, забывая о страхах. Но опасаюсь: что станет со мной, когда эйфория пройдет?

– У меня не прошла, – ответил он. – По крайней мере, пока. Дома, в своей семье я всегда чувствовал себя чужаком, будто не родным. И только попав сюда, я словно нашел ту самую семью, которая должна была быть у меня.

– Что ты имеешь в виду? – Стелла имела о семье очень смутное представление.

– Джордж в некотором смысле идеален: странный, требовательный, непредсказуемый, но бесконечно щедрый и такой оптимист. Патрик эгоцентричный, но зато забавный, а Рейчел все схватывает на лету, так что рядом с ней ничего не страшно. Есть уверенность, что под ее присмотром ничего ужасного не случится. А потом появилась ты и… – Он запнулся.

– Ну? – подбодрила Стелла.

– Ты как будто оказалась недостающим звеном.

Стелла почувствовала, как глаза наполняются слезами.

– Правда?

– О да. Люси это сразу увидела. По-моему, ты старше меня, но я воспринимаю тебя как младшую сестренку, которую всегда хотел. Я чувствую себя защитником, желаю тебе добра. Хочу, чтобы ты нашла картины Викторины. И… – Он снова замолчал, поколебался, но затем продолжил: – Может, тебе стоит поговорить с Ричардом Олни о мужике, с которым у твоей матери был роман? Я знаю, что ты не можешь решиться, но когда-нибудь, возможно, пожалеешь, что не воспользовалась таким шансом.

Он поднял на нее глаза, увеличенные стеклами очков.

– Ничего, что я тебе это говорю?

– Неделю назад я бы возмутилась. Но сейчас… – Стелла помедлила мгновение, а потом сама себя удивила, поцеловав его в щеку. – Я это обдумаю.

глава 15

Охота за сокровищами

Ложилась Стелла почти счастливой, а проснулась с ощущением покоя: у нее появился план. Сегодня они с Люси собирались отправиться на поиски записи о крещении Викторины.

– Куда пойдем сначала? – спросила девочка, когда они пересекли Новый мост.

– В церковь Сен-Дени-дю-Сен-Сакреман.

– Почему туда?

– Я посмотрела кое-какие документы: там написано, что прихожанами этой церкви точно были ремесленники. И еще, она прямо в центре Маре, удобно оттуда начать.

Построенная в классическом стиле, Сен-Дени-дю-Сен-Сакреман больше походила на греческий храм, чем на католическую церковь. Фасад украшали огромные колонны, и внутри повторялась та же тема: греческие колонны выстроились по всему нефу.

Люси, впорхнув внутрь, замерла и внимательно оглядывалась по сторонам, пока не приметила высокого мужчину в черном, с белым воротничком священника. Она вежливо подождала, пока он закончил разговор с прихожанином и подошел к ним. Тогда Люси потянула его за рукав, и он посмотрел вниз с высоты своего огромного роста.

– Oui ma fille?[52] – пропел он.

Люси не успела открыть рот, как он резко ее оборвал.

– Я принимаю прихожан только по вторникам с пяти до семи, – наставительно сказал он.

К удивлению Стеллы, Люси пустила большущую слезу. Пока та катилась по щеке, девочка дрожащим голоском объясняла, что ей необходимо разыскать свою прабабушку безотлагательно, прямо сейчас. Она тараторила так быстро, что Стелла не поняла, что она там напридумывала, зато видела, что священник тает на глазах.

– Oh, mais quel petit ange… Bon, allez, viens![53]

Священник простер руку вперед и повел их в кабинет, где хранились приходские записи. Взяв огромную конторскую книгу, он открыл ее, и они склонились над фолиантом, вглядываясь в записи 1840-х годов. Чтобы разобрать каждое имя, потребовалось много времени, и священник, казалось, искренне расстроился, когда Викторина так и не нашлась.

– Вам, – обратился он к Стелле по-английски с сильным акцентом, – стоит попытать удачи в Сен-Николя-де-Шан. Я, правда, не знаю, когда там у священника приемные часы для прихожан, так что… – Он явно намекал, что тамошний священник так легко не поддастся чарам Люси.

– Не переживай, – сказала Люси, когда они шли к следующей церкви, – я упрошу священника поговорить со мной.

Взяв Стеллу за руку, она уверенно повела ее через обнесенный стеной сад, окружавший огромный дом, розовый, как свадебный торт. Вдоль дорожек в саду зеленели похожие на леденцы кустики-пирамидки. Стелла уже привыкла к тому, как невероятно красив город, и потому ее ничуть не удивило, когда Люси, посмотрев на окна, сказала с тоской:

– Похоже на сказку. Как ты думаешь, здесь живет принцесса?

– Может быть, – отозвалась Стелла (она не хотела лгать, но сдерживать воображение ребенка тоже не хотела).

Неустрашимая Люси подошла