Покойся по кусочкам - Кэндис Райт

Ее пальцы едва касаются меня, когда Дайс ставит наши напитки на стол.

Она тут же убирает руку, а я в уме перебираю все способы убить этого засранца и избавиться от его тела за то, что он так не вовремя прервал нас.

— Спасибо, — Эмити одаривает его широкой улыбкой.

Мерзавка, она прекрасно знает, что делает со мной.

Когда Дайс уходит обратно к бару, она снова поворачивается ко мне, опирается локтем на стол и кладет подбородок на ладонь.

— Так в чем там дело между Легс и Мидасом? Вчера он не казался таким мудаком, так что, теперь я думаю, не ошиблась ли в нем.

Она сейчас серьезно?

Перевела тему, смотрит на меня своими большими невинными глазами, но ни на секунду в это не верю.

Ничего, я могу подождать.

Пожимаю плечами.

— Если бы ты спросила неделю назад, я бы сказал «ни в чем».

Беру колу и делаю глоток.

— Они действительно проводят много времени вместе, но у многих братьев есть девушки, которых они предпочитают остальным. Так меньше ревности и драмы. Я не думал, что между ними есть что-то серьезное, но потом увидел, как они ссорились той ночью. А после того, что только что произошло…

Качаю головой.

— Тут явно всё сложнее.

— Между ними действительно слишком много напряжения.

— Это точно. Просто не хочу, чтобы Легс пострадала.

Она прищуривается, и я спешу объясниться.

— Не имею в виду физически. Мидас скорее отрубит себе руку, чем поднимет ее на женщину в гневе. Но…

Запинаюсь, не желая выставлять брата в плохом свете. Да, сейчас мне хочется его прибить, но он всё равно мой брат.

— В конце концов он может сказать ей то, что она хочет услышать, лишь бы она осталась, — догадывается Эмити.

— Да. Но он не хочет того же, что и Легс. Он говорил тебе, что не может иметь детей?

— А Легс хочет быть мамой, — тихо вздыхает девушка.

— Даже если оставить тему детей, у Мидаса в голове есть образ идеальной женщины, и скажем так… Легс в него не вписывается.

— Потому что она девочка клуба. Она мне сама об этом сказала. Это просто выставляет его идиотом.

Она раздраженно раскручивает крышку на бутылке с водой и делает глоток.

— Если он не может принять ее такой, какая она есть сейчас, то он упустит ту, кем она станет. А я думаю что у нее будет потрясающая жизнь, даже если для этого ей придется оставить всё, что она знала позади.

Эмити делает еще один глоток.

— Да, понимаю. Мне ненавистна мысль о том, что ей нужно уйти, чтобы быть счастливой, но лучше так, чем остаться здесь и быть несчастной.

— Знаешь, для байкера ты довольно милый.

Наклоняюсь ближе, мои губы почти касаются ее.

— У меня репутация, женщина. Нельзя говорить обо мне такие вещи.

Она ухмыляется, пальцы скользят по моей щеке, и холод металла кастета касается кожи.

— Ну, вы тут уютно устроились.

Голос Блейда разрушает момент между нами, и я тяжело вздыхаю. Этот мужик реальный призрак — появляется из ниоткуда. Эмити отстраняется и поднимает взгляд на Блейда. С ним Ганнибал, и оба усаживаются за наш стол. Я недовольно смотрю на них.

— Значит, ты вернулась, — говорит Блейд.

— Джи умеет убеждать, — отвечает она, делая еще один глоток.

Блейд переводит взгляд на мой кастет, который всё еще надет на ее пальцы.

— Да, умеет, — тихо говорит он, глаза перемещаются с нее на меня с выражением, которое я не могу разгадать.

Мы дружим давно, но если Блейд хочет, он может быть закрытой книгой75.

— Ты уже знакома с Ганнибалом, Эмити?

— Кажется, нет. Привет.

Она улыбается ему. Если девушка хоть немного нервничает, то не показывает этого.

Наш клуб — сборище интересных личностей. И хотя святыми нас не назвать, ни один из парней не плох по-настоящему.

Кроме Ганнибала.

Это совсем другая история.

Он хорошо скрывает свое безумие — всегда играет роль обаятельного весельчака. Но стоит узнать его поближе, и сразу становится ясно, что всё — лишь игра.

Единственный момент, когда можно увидеть его настоящего, когда он пытает кого-то. Именно тогда его истинная сущность выходит наружу.

Для большинства из нас пытки — часть работы. Для Ганнибала — хобби.

Он любит разбирать людей по частям, просто чтобы посмотреть, как они выглядят изнутри.

Честно говоря, если бы не клуб, который держит его в узде, он бы наверняка стал серийным убийцей.

Имя идеально ему подходит, особенно если все слухи о нем — правда.

Я качаю головой, стараясь не думать сейчас о наклонностях Ганнибала. Перекидываю руку через плечи Эмити, посылая Блейду понятный сигнал.

Она моя.

Ганнибал улыбается Эмити, но у него получается очень жутко. Обычно он играет куда лучше. Может, это проверка — хочет посмотреть, легко ли ее напугать.

Я слежу за ним, но он меня полностью игнорирует.

— Значит, ты каскадерша?

— Именно, — отвечает она вежливо, пока он изучает ее, словно жука под микроскопом.

— Часто получаешь травмы?

— Время от времени. Но ничего такого, с чем бы не могла справиться.

— Странная работа для женщины. Не думаю, что многим парням здесь понравилась бы мысль о том, что их женщина так рискует.

Напрягаюсь, сверля его взглядом, но чувствую, как Эмити кладет руку мне на бедро.

— Я бы объяснила, почему это идеальная работа для меня, но пытаться разжевать это члену клуба, построенного на мужских привилегиях, — бессмысленно.

Ганнибал широко улыбается — как Серый Волк, прикидывающий, с какого места начать пожирать Лесную Красавицу.

Эмити не ведет и глазом, но я чувствую, как она напряжена. Она умна. Ей стоит быть начеку, но я не позволю ей попасть в беду.

— Мужские привилегии? Забавно.

— Когда заканчиваются съемки? — перебивает Блейд.

Эмити смотрит на него и качает головой.

— Точно не знаю. Меня не нанимали на весь проект. Большинство сцен, для которых я нужна, снимаются в первую очередь. Нет смысла платить человеку за два месяца работы, если можно всё закончить за шесть недель.

Он кивает и подзывает Дайса.

— Принеси мне и Ганнибалу кофе.

Предполагаю, что Дайс выполняет приказ, но сам не свожу глаз с Блейда.

— Значит, как только всё закончится, ты уедешь?

Эмити откидывается на спинку стула, выглядя скучающей.

— Работаю там, где предложат деньги.

— Ну, вряд ли тут еще будут снимать фильмы, так что… — его голос затихает.

— Блейд, — рявкаю я.

Президент или нет, но сейчас он меня реально бесит.

— Что? Просто говорю как есть. Я понимаю, что ты хочешь ее трахнуть,