Внезапно замужем, или Как спасти репутацию - Дия Семина

Открыла и улыбнулась.

— М, да! Это письмо о предстоящем благотворительном мероприятии. И я должна присутствовать обязательно. Банк устраивает это действо, — обвожу взглядом свою «команду». — Мы пойдём все вместе, там также будет Виктория Павловна, она поможет нам с обзорной статьёй. У нас есть несколько дней подготовить наряды, изучить программу и провести всё на высшем уровне. И теперь так будет всегда. Заранее прошу простить, что делаю вашу жизнь суматошной.

— Бал? Настоящий? Ура! — воскликнула Клава, улыбнулась, присела в реверансе и сбежала к себе.

— Как мало надо для счастья девушке. Но, Дмитрий Михайлович, вы же не оставите меня на этом светском рауте одну?

— Чтобы тебя присмотрел какой-нибудь толстосум и увёл? Нет, я с тобой, это теперь мой счастливый долг перед родиной.

Рассмеялись, обнялись на прощание, и жених поспешил сдавать материал. А завтра ему предстоит заниматься делом Уварова, пока бедолагу не упекли в тюрьму. Такому красивому мальчику, как мой бывший муж, тяжко придётся на нарах за решёткой.

Дни до благотворительного мероприятия с большой программой наполнились суетой.

Начиная от модисток, камеристок, и заканчивая встречами с распорядителем. Очень обрадовалась, когда узнала, что такой человек существует и весь сценарий уже продуман, но теперь вместо одной из жён наших директоров, выступить на открытии предстоит мне.

Написали речь, всё вызубрила, несколько раз репетировала перед зеркалом.

Также мне придётся провести аукцион подарков, вырученные средства пойдут на поддержку учебного заведения, профессионального реального училища, что-то вроде наших ПТУ, но здесь подростки рвутся, чтобы попасть и бесплатно получить важную профессию.

Я и от нашего семейства купила один ювелирный лот и попросила добавить в список. С удовольствием проведу аукцион, а потом напишем статью об этом заведении.

Другими словами, на волне работы я так закрутилась, что и романтика как-то сама собой отошла на второй план.

Уже перед самым вечером, Дмитрий приехал, чтобы навестить нас и сказать новость, что Андрей, наконец, получил свободу.

— Он молил меня передать тебе низкий поклон за прощение и тысячи извинений. И вот этот букет, наверное, я зря его привёз, но Андрей мне показался искренним.

Жених поставил на специальную подставку корзину с шикарными розами, в маленькой открытке всего четыре слова: «Прости, спасибо за всё!».

Прочитала, вздохнула и не смогла сдержать слёз, оплакиваю не разрушенный барк, а настоящую Наташу:

— Он её любил, ту девушку, какой я была раньше. Я его понимаю, но больше видеть не хочу. Спасибо тебе, мне было бы неприятно думать, что он страдает, когда я купаюсь в богатстве.

— Почему? Это же реальность, каждый на своём месте…

Дима сказал эти слова, и я вспыхнула жгучим румянцем, кажется, что и в животе сейчас словно кислотой плеснули. Боль пронзила всё тело.

От неожиданности вскрикнула, но тут же всё отпустило.

А ведь чуть было не призналась, что я не на своём месте, заняла тело настоящей Наташи.

Но она запрещает мне.

Сегодня я впервые реально ощутила её присутствие рядом и благодарность за спасение Андрея, она в него была влюблена по-настоящему.

Стало ужасно неуютно.

Стою плачу от накативших чувств.

— Что с тобой? Ты покраснела? Может жар? Завтра бал…

— Нет, всё будет хорошо, я просто очень устала, но теперь повторю, что рада отпустить Андрея и прошлое. Я плачу не о нём, а о том, что весь этот кошмар, наконец, закончился и без ощутимого ущерба для репутации.

— Я взял с него долговую расписку.

— Ой, а зачем? Не веришь ему? — подняла голову и с недоумением смотрю на жениха.

— Чтобы случайно не забылся и не начал распускать слухи. Можно было, конечно, кулаком перед носом пару раз потрясти, не скажу, что не сделал этого. Однако пусть он и про долг помнит. Так надёжнее.

— Какой ты у меня прозорливый. Правильно, пусть помнит.

Как бы ни хотелось ещё провести время вместе, но Дмитрию пришлось уехать домой. А мы с Клавой ещё раз проверили свои наряды и разошлись спать по своим комнатам.

А утром началось представление, знакомое каждой девушке: «Сборы на бал».

Обычно тихая квартира, хорошо, не квартира, а целый этаж, и как называет наше жилище дворецкий – резиденция, наполнилась шумом, хаосом, лентами, кружевами, атрибутами женского гардероба и прочей чепухой, без которой приличной девице на балу делать нечего.

Сборы должны проходить по всем правилам. И бальное платье, это вам не костюм…

Казалось, что мы быстро…

Но, как и предсказывала Клава, на сборы ушло четыре часа, а учитывая, что мы хозяйки мероприятия, то и приехать в шикарный павильон придётся заблаговременно. День обещает быть непростым.

— Дмитрий Михайлович приедет позже, а мы с тобой должны всё проверить.

— Да, конечно, подумать только, там же будут наши девушки. Они всегда относились к тебе немного предвзято, мы и подумать не могли, что ты настолько богатая, — Клава смутилась, да я и сама понимаю каждое её слово.

Она постеснялась сказать, что в наш адрес, скорее всего, будут весьма косые взгляды. Прям очень косые, и надменно надутые губы тоже заметим.

— Но, знаешь, я думаю, что наши «соперницы» прижмут свой гонор, и нацепят на лица маски добродетели, первое, это наш новый статус, который невозможно игнорировать. А второе, мы не одни, а с Викторией Павловной, её все в обществе побаиваются. И третье, на людях нам не посмеют сказать «фи», чтобы не получить клеймо невоспитанных простушек.

— Твои слова, да Богу в уши! — прошептала подруга.

— Воистину! А теперь голову выше, улыбаемся и пашем!

Клава рассмеялась, и мы поспешили в экипаж. Пора заявить столице о своих планах.

Павильон, где устраивают бал, нам знаком, это прекрасный зал в театре, где проводят торжественные вечера, дают концерты, и мы из пансиона несколько раз приезжали сюда слушать музыку.

Знакомые стены – это приятно.

Организаторы уже всё подготовили и даже поставили небольшую, украшенную цветами трибуну, шампанское, небольшой оркестр и «подарки».

Нам пришлось на некоторое время выйти в гримёрку, как сказал распорядитель, чтобы сделать сюрприз гостям и представить меня, как хозяйку вечера.

Да, шоу ожидается очень примечательным. Его не забудут долго.

Особенно я, потому что в списке гостей моя, так называемая «семья». Отчасти это возмездие Корнилова моему дяде, за то, как они обращались со мной. Потому что, как оказалось, управляющие из банка несколько раз настоятельно рекомендовали Василию Тихоновичу Соколову быть более заботливым и