Не нищая жена - Денни Смит

В своей простой юбке и свободной блузе она напоминала жену обычного фермера, а уж никак не угольного короля. Но эта проста невероятно шла ей. Волосы были заплетены на прежний манер, как в те времена, когда ей приходилось делать это самой, поскольку рядом не было умелой горничной. Прежде это делало ее похожей на скромную гувернантку или бедную родственницу, но сейчас ни у кого не хватило бы духу упрекнуть ее в том же.

Эта подчеркнутая простота выдавала в ней женщину, уверенную в собственных силах и знавшую, на что она способна. Она не будет часами прихорашиваться перед зеркалом, стремясь стать лучше, чем есть, чтобы ввести в заблуждение окружающих. Ей просто нет до этого никакого дела. Своим видом она словно говорила: принимайте меня такой, какая я есть, или уходите.

В той самой Эмили, которую он знал прежде, этой уверенности не было и в помине. Когда он только встретил ее в Лондоне, в ней еще тлели остатки былой гордости и бравада неискушенной девочки, но не больше. Сейчас же перед ним была женщина, которая знала цену своим победам и поражениям. Которая за полтора года обрела себя, найдя ту самую внутреннюю силу, о которой он когда-то, в порыве гнева и разочарования, ей твердил.

Ситуация была столь иронична, что при других обстоятельствах он бы посмеялся, если б мог. Он требовал от нее стойкости и воли — она их обрела. И теперь смотрела на него совершенно спокойно, излучая уверенность, а ему приходилось прилагать все усилия, чтобы не выдать себя, чтобы скрыть под маской праздного любопытства случайно проезжавшего этой дорогой путника смесь чувств из признания, восхищения и ревнивой тревоги, что бушевала у него внутри.

И тут же он подумал о том, что его положение от того, что Эмили не узнает его, дарует ему немалое преимущество. Ну просто грех не воспользоваться открывшимися перспективами.

Он для нее всего лишь незнакомец. Она не видит в нем своего супруга. А что, если воспользоваться ее неосведомленностью и посмотреть, что из этого получится?

Эта мысль зажглась в нем не только азартом, но и тлеющей, неутоленной ревностью, что гнала его сюда из Ланаркшира. Томас своими туманными намеками посеял тяжелые сомнения. А что, если проверить их лично, прикрываясь чужим именем? Посмотреть, как она ведет себя с незнакомцем. Услышать, что она говорит о себе, о своей жизни… о своем муже. Уловить в ее глазах или тоне хоть тень того интереса, который, по слухам, вызывал у нее этот самый сэр Лассел.

Авантюризм вместе с ревностью, тягучие и пряные, заструились по его жилам. Он сделал еще шаг вперед, и на его губах непроизвольно появилась легкая, непринужденная улыбка незнакомца, готового предложить помощь. Игра началась.

Глава 1: Неожиданная встреча (5)

Джозеф приблизился. Он не нарушил приличий, но сократил расстояние явно больше, чем того требовала бы простая вежливость между двумя незнакомцами на лесной дороге. Настолько близко — чтобы Эмили не смогла не почувствовать странное притяжение, возникшее между ними и усиливающее по мере того, как Джозеф становился ближе.

На его губах тем временем заискрилась улыбка — фривольная, раскованная, какой Эмили никогда не приходилось видеть у него прежде. Зеленые глаза светились не привычной сталью или насмешкой, а открытым дружелюбием и каким-то игривым огнем. В этом взгляде читался неподдельная заинтересованность, но вовсе не та холодно-пристойная, что она привыкла видеть у сэра Альберта, а совершенно иного толка.

И вопреки рассудку и данному когда-то самой себе обещанию не обращать внимание на все, что делает Джозеф, это наблюдение неприятно укололо ее ревностью и сожалением. И эта улыбка, и этот теплый, заинтересованный блеск в глазах — все это предназначалось вовсе не ей. Не миссис Эмили Эттвуд, а некой мнимой незнакомке, должно быть служанке или дочери фермера, за которую он, очевидно, ее принял.

Откуда у него вообще взялось это мягкое, кошачье обращение и гипнотизирующий взгляд? В Шотландии он перенял у кого-то из горцев подобные манеры? Сколько же было таких вот беззащитный девушек, попавших в беду на горном перевале, на которых он оттачивал свое обаяние?

Уж для своей настоящей жены он, должно быть, приберег совсем иное выражение лица. Презрение, ледяную ярость, упреки — все что угодно, но только не эту обезоруживающую и немного, совсем чуть-чуть, непристойную симпатию.

— Похоже, Фортуна сегодня не на вашей стороне, — проговорил он с легкой бархатной хрипотцой от долгого молчания, продолжая улыбаться, — Но, возможно, на моей. Джон Блейк. К вашим услугам. Чем могу помочь вам, мисс…?

Невинные слова, сказанные в таком тоне с тем блеском в глазах, что она видела, показались не простой любезностью, а самым настоящим флиртом. А его поза, легкий наклон корпуса в ее сторону, лишь подтверждали очевидное. Это было внимание мужчины, заметившего привлекательную женщину и не желавшего это скрывать. Щеки Эмили обдало жаром и предвкушением чего-то волнительного, какого-то увлекательного приключения, а вкупе к тому, что это предназначалось не ей, а мнимой незнакомке, она позволила вовлечь себя в эту игру.

Будет весьма интересно узнать, куда она их приведет. А еще девушка предвкушала, как вытянется лицо у Джозефа, когда он узнает, что именно свою жену, забытую и брошенную, он встретил в лесу. Только этой причины достаточно, чтобы выдать себя за кого-то другого и сполна насладиться тем моментом, когда супруг поймет, кого он спас.

Она растянула губы в открытой, чуть дерзковатой улыбке, слегка откинула голову, обнажив шею — жест, который никогда не позволила бы себе дочь маркиза Крэмби, но который казался естественным для веселой, разбитной служанки.

— Мэри, — выдохнула она, назвав первое пришедшее в голову имя, и тут же поразилась своей глупости.

Ну как в самом деле можно было назваться столь просто? Джон и Мэри. До смешного банально.

Не лучше ли было сказать настоящее имя? Но тогда она ни за что не сможет насладиться торжеством своей победы в Крэмби-Холле. Да и отступать теперь поздно.

— Да, вы правы. Это колесо, — продолжала храбриться она и, не в силах выдержать пристальный взгляд мужа, посмотрела на то место, где ось пошла трещинами, а упомянутое колесо сиротливо лежало на земле, — решило, что с него хватит.

— Мэри? — переспросил Джозеф, и в его зеленых глазах на мгновение мелькнуло не недоумение, а что-то острое и ликующее — как у охотника, загнавшего лань. Но ресницы дрогнули, и