Переиграть судьбу - Лана Лаврова

На улицу мы выходим втроем: я с Сирой под ручку и Вернон.

— Ну, и погодка! — Вздыхает подруга, вздрагивая от порыва ветра. — Я уже обрадовалась что этот треклятый мороз закончился, а он явно передышку брал. Тебя пока не было тут такая благодать была: ни ветра, ни мороза, только солнце и снег.

— Наверно, такая же аномалия, как и в Алаузе. Я когда прилетела, там прям оттепель была, а через пару часов мороз ударил.

— А тут наоборот, ты улетела и потеплело, а вернулась и…

Она не договорила. Ее прервал взбежавший по ступеням Мар с огромным букетом бордовых лионзий.

В нашей империи это редкий цветок и очень дорогой. А в букете их не меньше трех десятков. Их выращивают только в одной оранжереи, принимая заказы на несколько месяцев вперед.

— Поздравляю, Лира. — Мар вручает мне букет и тут же притягивает к себе, чтобы прошептать: — Только не кусайся.

Особо не понимаю его просьбу. Почему я должна кусаться? Не понимаю до момента поцелуя. Его теплые губы еще хранят вкус кофе, чуть горьковатый и терпкий. Я вспоминаю про свою просьбу с вызовом ревности. И мое тело реагирует на того, чью ревность хочу вызвать.

Снова боль. В этот раз словно острые иглы вонзаются в позвоночник. Мой стон выпивают губы Мара, но боль не уходит. Она усиливается. Это ненормально. Так не было раньше. Я разрываю поцелуй и едва держусь на ногах. Перед глазами обеспокоенное лицо Мара, я вижу как его губы шевелятся, но шум в ушах не дает разобрать слова. Через секунду меня накрывает темнота.

Ледяной куб, подвешенный на магические цепях, также выкованных из чистого льда, посылал вибрации магии, рассыпая ее золотыми искрами. В сумраке пещеры руны, нанесенные на грани куба, переливались серебром.

От холода стучали зубы. Он вымораживал до костей, не давая нормально дышать.

Я никогда не видела это место ни на картинках, ни читала его описание в книгах, но сейчас четко понимала где я. Ледяная тюрьма, где томились поверженные Боги-отступники.

Под самим кубом было пять отметок с руническими символами: четыре по краям и один по центру. От него к кубу тянулась сотканная из магии нить.

Все было одновременно и знакомо и одновременно нет. Была ли я здесь раньше, точно сказать не могла, но у меня не такое богатое воображение, и создать такое место оно просто не могло.

Я наконец, решилась сделать шаг. Уже подняла ногу и тут же ощутила резкий запах. Пахло кислой морой, травой с северных болот, где только она и растёт, вытравливая своим запахом все живое. Из нее делают вытяжку и в малых дозах используют в медицинских целях. Она хорошо приводит в сознание, ее запах очень часто висел над полигоном в академии, где оттачивали навыки боя будущие стражи. И у меня на нее аллергия.

Расфокусированный взгляд уперся в потолок. В носу щипало, а горло, кажется, распухло. И немудрено. У меня перед носом кто-то держал кусочек ваты с зеленоватыми пятнами.

— Вот, я же говорила, что от моры любой очнется, — от приторно-сладкого голоса у меня свело зубы. Шанна. Ее то сюда как занесло?

Голова покоилась на жестком подлокотнике дивана. Я немного поерзала, желая принять более удобную позу. Сидящий на корточках перед диваном Мар пытливо вглядывался мне в лицо, не торопясь убирать от меня вонючий кусок ваты. Оттолкнула его руку и громко чихнула. Потом ещё и еще раз, пока от слез не защипало глаза.

— Вы что ей дали? — Влетевшая в кабинет Сира сдвинула Мара и, заняв его место, сунула мне в руки стакан с водой. — У нее аллергия на мору. Я ведь просила ничего ей не давать, пока не вернусь. — Ты как, Лира? Попей водички, я добавила пару капель расслабляющей настойки — должно стать легче.

— Нхге хоргошгхо, — вырвалась у меня невнятное из пекущего жаром горла. Залпом осушила стакан, надеясь хоть немного охладить горло.

— Вот видите! — возмущенно воскликнула Сира, — у нее уже голос пропал. В последний раз, когда она надышалась морой, семь часов не могла разговаривать. Ты вообще куда смотрел, Вернон? Просила же тебя за ней присмотреть.

— Лире будет полезно помолчать. — Вместо Вернона подал голос Даэль. — От аллергии еще никого не умирал, а от молчания тем более.

Он стоял прислонившись бедром к столу, руки скрещены на груди, а взглядом он буквально сканировал меня от макушки до пяток.

Его зрачки пульсировали, серебро чешуи у висков мерцало выдавая напряжение владельца.

Не разрывая с ним зрительного контакта прислушалась к себе. К своим ощущениям. Помимо боли в горле и зуда в носу других неприятных симптомов не было.

Что тогда было там на лестнице?

Глянула на Мара от поцелуя с которым меня чуть не парализовало. На его лице ничего кроме растерянности не было.

— Наверно будет лучше отвезти Лиру домой. — Я мысленно согласилась с предложением подруги. А в ответ кивнула и начала подниматься.

Меня немного вело. Голова от резкого перехода из лечащего состояния закружилась, я пошатнулось и уперлась рукой в бедро Мара. Он как раз присел рядом, чтобы помочь мне, и весьма «удачно» моя рука поехала дальше и остановилась в районе паха. В этот момент я случайно выцепила взгляд Даэля. Он смотрел на мою руку, не отрываясь. Зрачок больше не пульсировал, он стянулся в тонкую полоску, а белок глаз словно льдом затянуло. Да и в кабинете ощутимо упала температура.

Мысленно усмехнулась.

Значит ничего не чувствуешь говоришь? Как же!

Мар помог мне встать. Его руки словно невзначай коснулись то моей попы, то груди, когда застегивал мне пуговки на блузке. Пару из них расстегнули, когда пытались привести меня в чувства. Застегивая их, он наклонился и прошептал мне на ухо:

— Еще немного, и он превратит тут всех в ледяные статуи.

Вместо ответа я склонила голову ему на плечо и обмякла в его руках. Ему ничего не оставалось, как подхватить меня, прижав к себе.

— Лиру я сам отвезу домой, — И, повернувшись к Сире, добавил: — не волнуйтесь, я прослежу за ее состоянием. У меня большой опыт с приведением женщин… в чувства.

То, как двусмысленно это прозвучало, заставило Шанну охнуть, но кроме меня на нее никто не обратил внимания.

Пока