Лабиринты моих снов - Сандра Барро

молча сидел, наблюдая, как Руслан отломил кусочек хлеба, но есть не стал. В его голосе не было злости, но чувствовалась растерянность. Подождав ещё какое-то время, глядя на задумчивого друга, я всё-таки спросил:

— Так, и что же, там у них случилось?

Руслан, встал, подошёл к окну и произнёс:

— Как я понял из разговоров, произошло страшное. Их подруга Ольга, смертельно больна.

*Калым — обычай платить выкуп за невесту её родителям.

*Махр — брачный подарок невесте, имущество, которое муж выделяет жене при заключении брака.

Глава 29

Марина

— Марин, ну как, так-то? Боже! Я просто не могу поверить. Она же ещё молодая, почему это произошло? Я, как подумаю, если случится страшное, что будет с её родителями? А Ванечка? Господи, он же ещё такой малыш.

Кристина всхлипывала, и никак не могла успокоиться. Я прекрасно понимала её состояние. Пока мы возвращались домой, я задавала, те же самые вопросы Саше. Казалось, что всё это происходит не с нами. Чувство неприятия и злость на ситуацию сменялись опустошённостью и горечью.

— Девочка моя, пожалуйста, успокойся, я сама нахожусь в какой-то прострации. Хочешь, приезжай к нам? Втроём нам будет легче пережить это. Завтра на работу, но я понимаю, что уснуть просто не смогу. Знаешь, меня до сих пор трясёт. Саня, когда звонил отцу Оли, у него руки ходуном ходили.

Всхлипы и стоны на том конце провода, просто рвали моё сердце на части. Глубоко вздохнув, Крис высморкалась и жалобно произнесла:

— Я очень хочу к вам, но у меня Руслан в гостях. Не могу его просто так, выставить. Это неправильно. Он очень переживает, за меня, и Олю. Я лучше, с ним буду.

Немного помолчав, я перевела разговор в другое русло. Хотя меня, так и подмывало, спросить про Амира, но не стала.

— Завтра мы выходим на работу. Олю перевезут в нашу больницу. Обследуют, выведут тактику лечения. Может, всё ещё обойдётся. Давай, днём созвонимся. После обхода и консилиума, будет хоть, что-то понятно.

Кристина некоторое время молчала, как будто пытаясь собраться с мыслями. Наконец, её голос прозвучал снова, гораздо тише, с явным усилием, чтобы не выдать её настоящего состояния.

— Да, ты права… Мы все должны держаться. Надеюсь, что завтра будет лучше. Но всё равно, Марин… Это слишком страшно. Оля такая яркая, жизнелюбивая. Почему так случилось с ней? И вообще, как дальше жить? Представляешь, что чувствуют её родители?

Я поняла, что сейчас её успокаивать бесполезно. Кристина просто переживала, этот момент болит, и я не могла забрать у неё право на слёзы. Мы все переживали это, по-разному, но одинаково, остро.

— Представляю, Крис, — сказала я спокойно, стараясь быть опорой даже через расстояние. — Мы вместе. Всё будет нормально. Надеюсь, сообща, как-то это переживём. Сейчас главное — держаться и верить в лучшее. Завтра всё станет хоть немного яснее.

Кристина снова замолчала, и я слышала, как её дыхание становится ровнее.

— Ты права… Спасибо тебе. Я постараюсь держать себя в руках.

— Я знаю, что ты справишься, — ответила я, пытаясь вложить в эти слова, хоть каплю уверенности. Ложись спать, выпей успокоительного. Завтра во второй половине дня, после планёрки, и всех обходов, обязательно позвоню. Спокойной ночи, бусинка.

Кристина вздохнула, чмокнула в трубку и произнесла:

— И тебе спокушки. Мне так хочется, чтобы мы завтра проснулись, и всё было, как прежде.

Мне тоже хотелось, чтобы всё было как прежде… Если бы я знала наперёд, что готовит мне завтрашний день, как он необратимо перевернёт нашу жизнь, то сошла бы с ума…

Но я не знала. На удивление, едва коснувшись головой подушки, заснула, убаюканная привычными звуками ночи: тиканьем часов, шумом далёких машин за окном, мерным дыханием мужа.

А утром всё началось с телефонного звонка.

Резкий надрывный звук разорвал тишину.

Я с трудом разлепила глаза, села на кровати, силясь сообразить, что происходит. Саша нащупал свой телефон. Морщась, взглянув на дисплей, поднял трубку и поставил на громкую связь.

— Галина Петровна, что случилось?

В трубке слышалось тяжёлое, прерывистое дыхание. Потом её голос — тихий, наполненный паникой.

— Саша… Мужу плохо…

Саня вздохнул и провёл рукой по лицу. Встав, выключил звук и, прижимая плечом, телефон к уху, попытался мыском ноги выудить тапки из-под кровати.

— Сейчас возьмите себя в руки и расскажите, как именно ему плохо? — муж вышел из комнаты и идя по коридору, включил везде свет.

— Так… Ага… Жжёт в груди, холодный пот, бледный. Давление померили? Пониженное…

Нет, от Нитроглицерина лучше отказаться. Дайте что-нибудь успокоительное и вызывайте скорую. Ваню есть с кем оставить?

Ага, соседка — это хорошо. Давайте я сейчас позвоню родителям, если, что, они подъедут, заберут его к себе на время. В общем, делайте, как я сказал, и сами выпейте успокоительного. Да, звоните. Я тоже буду звонить в течение дня, как появятся новости.

Выйдя за мужем на кухню, я увидела, как он задумчиво смотрит в окно, сложив руки на груди. Почувствовал моё появление, он развернулся, и положив телефон на стол, сказал:

— Ну, ты всё, слышала. Судя по симптомам, у него подозрение на инфаркт. Так… Время уже поджимает. Иди в душ, а я позвоню своим родителям. Они там поблизости, и если, что, смогут Ваньку к себе взять, вдруг соседки нет дома.

Быстренько собравшись, на ходу допивая кофе, мы выскочили из дома. Через пятнадцать минут влились в поток городского, утреннего движения. Саня, как всегда убежал, на планёрку, а я неспешно припарковалась.

Поднявшись в отделение, я шла по коридору, перебирая в уме утренние события.

— Доброе утро, — раздался голос коллеги, заставив меня вздрогнуть.

Я машинально кивнула в ответ и, опустив голову, продолжила путь в сестринскую. Мне совершенно не хотелось, ни с кем разговаривать, обсуждать, как прошли выходные. Нужно сосредоточиться на работе, но мысли то и дело, возвращались к проблемам Оли и её отца.

Как же всё может измениться в одно мгновение.

На автомате, практически не вникая в работу, я выполняла свои должностные обязанности и в таком формате, кое-как дотянула до обеда.

Проведя обход, муж пропал где-то в недрах медицинского учреждения. Плановых операций сегодня не будет, что как нельзя кстати, после вчерашних событий.

Я написала сообщение: «Какие новости? Как там Иван Сергеевич?» — и отправила его Саше.

Телефон завибрировал буквально через две минуты.

«Скорая забрала. Он уже в больнице. Инфаркт. Ольгу привезли, потом наберу»

По обрывистым сообщениям, стало понятно, что муж занят, и именно сейчас он общается с коллегами из нейрохирургического