Янтарная тюрьма Амити - Рона Аск

я пожаловалась, что не могу изменить размер своего «кувшина», как бы ни старалась, Реджес предложил попробовать мысленно создать новый и переместить заклинание туда. Сначала я посмотрела на декана, как на дурака, но потом вспомнила, как он учился колдовать без слов и его рассказ о «трубах»: «Более сильные заклинания требуют больше магии, они опустошают все магические меридианы и тянут ее из резерва, — указал он на грудь, где находилась его искра. — Заклинания слабее забирают часть магии из меридиан, и если этап накопления освоен достаточно хорошо, маг может восполнить эту потерю извне — без участия резерва. Проще говоря, в моем пальце достаточно магической энергии, чтобы зажечь костер, а в ладони — создать огненный шар». И тогда меня посетила мысль: что если слабое заклинание попробовать сконцентрировать на кончике пальца и сжать его там? Идея, конечно, абсурдная, но Реджес ее поддержал. Вот только возникла другая проблема…

— Готова? — поинтересовался он, и я кивнула, приготовившись принять на себя заклинание.

Получив добро, декан отправил в меня водяной шар. Я его поймала, приловчившись это делать за время обучения, и наконец-то уверилась, что с каждым разом Реджес проворачивает этот трюк все быстрее и быстрее. Магия мгновенно впиталась в ладонь и устремилась к груди, делая в ней спираль, и под моим давлением устремилась обратно в руку.

Я напряженно нахмурилась, как только заклинание достигло ладони и устремилось к пальцу. Попыталась его удержать, но оно снова вырвалось, и водяной шар ударился о грудь декана. Шлеп!

— Флоренс!

— Да не получается у меня! — воскликнула я.

— Потому что не стараешься!

— Стараюсь! И лучше бы старалась, если бы ты использовал огонь!

— Чтобы ты меня сожгла заживо? — возмутился Реджес.

Я скрипнула зубами. Так это он не обо мне, а о себе беспокоился, отказавшись от магии огня!

— А ты не стой столбом и увернись! Или боишься не успеть?

— Я ничего не боюсь.

— Тогда прекращай трусить и используй огонь!

— Я же сказал, что не боюсь! — воскликнул он, а его волосы грозно разметались, точно языки пламени, когда подул призванный им поток горячего ветра, высушивая мокрое пятно.

Как только ветер стих, глаза Реджеса вспыхнули янтарным пламенем.

— Хочешь огня? — грозно прорычал он.

— Да, хочу, — стиснула я кулаки.

— Хорошо, — рывком раскрыл он ладонь, на которой тут же появился мощный поток пламени. Слишком мощный… — Тогда я дам тебе огня.

— Эм, — произнесла я, глядя на неистовое пламя и чувствуя отголоски дрожи внутри. — Многовато, тебе не кажется?

Грозно раздувая ноздри, декан глянул на огонь. Нахмурившись, он немного подумал, после чего уменьшил его в три раза и без предупреждения швырнул.

Ахнув, я поторопилась выкинуть перед собой ладонь, но не успела. Пламя ударилось мне в грудь, отчего я отступила назад и согнулась, чувствуя, как горячее заклинание стремительно проникает в мое тело и наполняет его теплом. А подняв возмущенный взор на декана, с ужасом обнаружила, что расстояние между нами опасно сократилось и он стоит напротив меня.

Борясь с магией внутри, я попыталась отступить, но Реджес поймал меня за руки и, притянув к себе, положил мои ладони на свою грудь.

— Флэмвель! — гневно воскликнула я, пытаясь вырваться.

— Не упусти это заклинание, Флоренс. Если не хочешь прожечь во мне дыру.

— Ты с ума сошел? Отпусти! Я не хочу… — и захлебнулась собственными словами, когда сопротивление заклинания возросло.

— Не хочешь — не сделаешь! — жестко произнес декан.

— Но!..

— Ты справишься, Лала! — прикрикнул он и добавил, когда я перестала вырываться: — Что такое огонь против мощи магии некроманта? Ничто!

Он замолчал, а я шмыгнула носом, когда глаза обожгли сдерживаемые слезы.

«Сейчас не время плакать. Нужно как-то справиться с заклинанием, иначе…»

Внутри все сжалось от этого «иначе», а по спине пробежала дрожь, стоило заклинанию вырваться из груди и устремиться к руке. Той самой, что ощущала биение сердца Реджеса, который продолжал на меня смотреть и сильнее стиснул мои ладони — словно сам ощущал все, что со мной происходит.

Сердце обливалось кровью горячее, чем бьющееся пламя у меня внутри. Закусив дрожащую губу, я почувствовала, как во рту появился привкус крови. Однако боль, словно наказание за собственную слабость, позволила отогнать морок ужаса и прийти к отчаянной мысли: я ни за что не раню того, чье сердце, вопреки опасности, так спокойно и ровно билось под моей рукой.

«Я всегда представлял: мои меридианы — это трубы. Трубы, по которым магическая энергия течет в область резерва», — вспомнились слова Реджеса, когда тепло от заклинания начало концентрироваться в ладони.

«Если меридианы — это трубы, то стоит их блокировать, как тело перестанет накапливать энергию».

«А если энергия уже накоплена, то…»

Мои глаза расширились, когда в мыслях промелькнуло другое воспоминание, принесшее осознание, и я начала действовать.

Первое — надо выяснить мощь магии. Пламя небольшое, вместе с тем гораздо горячее простых заклинаний, которые Реджес отдавал мне на занятиях. Значит, оно достаточно сильное, чтобы прожечь в ком-то дыру. Тут декан не соврал…

Второе — определить область. Ладонь! Я должна сконцентрировать его в ладони!

Все эти мысли промелькнули меньше, чем за секунду. И пусть опыта у меня было мало — не считая импровизированного кувшина, я принялась блокировать меридианы, чтобы запереть заклинание в ладони, отрезая обратный и наружный пути. Однако непокорное заклинание то и дело ломало мои воображаемые преграды, отчего их приходилось возводить снова и снова. А их было так много! По моему лицу уже начал скатываться пот, тело заколотила дрожь от напряжения. Я начала терять концентрацию, а зрение размылось и потемнело, стерев из мира все, кроме блеска глаз декана, что вдруг превратились в две янтарные сферы.

«Магия не имеет формы, не имеет воли, смысла и границ, — вдруг раздался кристально чистый женский голос, словно из далеких воспоминаний. — Все, что создает магия — создаем мы. Все, что создаем мы — создает наш разум. А разум способен создать все, что угодно. Придать смысл чему угодно. Наградить волей кого угодно. Возвести или разрушить границы для чего угодно. И чем проще мы думаем, мое Сердце, тем проще нас понимает магия».

Янтарные сферы вспыхнули, озарив все мягким светом, и я тут же пришла в себя. Взгляд декана вновь стал обычным, мир четким, а в моих мыслях осталась лишь одна мысль: «Шар». Что может быть проще шара?

Как только пришло это осознание, я перестала блокировать меридианы и просто окружила пламя внутри себя сферой из собственной магии и начала сжимать, пока под моей ладонью не появилось янтарное свечение. И