Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

когда я не смог предложить больше объяснений, но он, похоже, понял, что у нас нет времени на соревнование по измерению членов, поэтому он только раздраженно пробурчал и отвернулся от меня.

— Я хочу покончить с этим дерьмом, — сказал он. — Мы будем произносить клятвы, есть торт и, блядь, общаться не больше часа. Потом я хочу забрать свою невесту домой и посмотреть, насколько русские на самом деле круты, если довести их до предела.

— Ты дал обещание не обижать девушку, которую тебе предложили в мирном договоре, — заметил я, двигаясь к костюму, висевшему на поручне сбоку от каменной камеры, и на ходу стягивая с себя мокрую футболку.

— Да? И что же они собираются с этим делать? — спросил Дэнни. — Кроме того, я ни хрена не обещал. Это все Бэнни. Но теперь его здесь нет, а их драгоценная маленькая принцесса нашла дорогу ко мне. И я намерен показать ей, каково это — быть собственностью короля Лондона.

Я насмехался над его самозваным титулом, а он едва заметно нахмурился. Мысль о том, что он превратит мою маленькую мисс Америку в свою последнюю игрушку, вызвала дрожь ярости, пробежавшую по позвоночнику, и я расстегнул ремень немного более резко, чем собирался, выпустив его из петель с такой силой, что он треснул о каменную стену рядом со мной, снова привлекая к себе любопытный взгляд Дэнни. Я не повернулся, чтобы встретить его, только почувствовал его ожог на своей коже. Я заставил себя сдержать гнев, но мне нужно было только вспомнить план, чтобы он угас. Мне просто нужно было не упустить свой приз.

— Разве мы не должны спуститься вниз? — спросил я, сбрасывая джинсы и снимая их вместе с туфлями, оставаясь спиной к нему.

— Если я хочу, чтобы мир ждал меня, тогда они, блядь, будут ждать, — огрызнулся он, но все равно начал застегивать рубашку.

Я взял кроваво—красный галстук из одежды, которая ждала меня, и небрежно намотал один конец на кулак, бросив взгляд на Дэнни краем глаза, в то время как мой пульс бился чуть сильнее, и азарт охоты впрыскивал адреналин в мои вены. Он не имел ни малейшего представления о том, что будет дальше, и это приводило меня в полный восторг.

Дверь скрипнула, когда ее толкнули, и Дэнни обернулся.

— Что за... — начал он, глядя на своего брата—близнеца, но его слова резко оборвались, когда я набросил развязанный галстук ему на голову и затянул его на шее.

— Привет, брат. — Бэнни закрыл за собой дверь, пока Дэнни брыкался и вырывался, пытаясь ударить меня изо всех сил под неудобным углом, под которым я держал его, в то время как мои руки напряглись, пытаясь задушить его.

Дэнни хрюкнул, его ногти впились в тыльные стороны моих рук, когда он пытался оттолкнуть меня от себя, и его нога столкнулась с краем большого зеркала, с большим грохотом сбив все это на пол, и осколки стекла полетели повсюду.

Я оттолкнул его от себя, и кулак Бэнни ударил его в челюсть, повалив его на землю среди битого стекла, когда он задыхался.

— В последний раз, когда я тебя видел, ты ударил меня в спину, брат, — шипел Бэнни, вытаскивая нож из кармана и надвигаясь на Дэнни, пока тот пытался подняться на ноги. — Позволь мне оказать тебе ответную услугу.

Бэнни прыгнул на него, сжал в кулак его рубашку и задрал ее, прежде чем вогнать нож в спину Дэнни. Я успел закрыть ему рот рукой, когда из него вырвался рев боли, заглушив звук.

В дверь сильно постучали.

— Все ли там в порядке, господа? — позвал викарий.

—Да, у нас все в порядке! — крикнул я в ответ. Дэнни пытался впиться зубами в мою руку, а мы с Бэнни боролись за то, чтобы удержать его между нами, пока нож оставался в его спине. — Просто несколько нервов в последнюю минуту, не волнуйтесь, викарий, мы скоро выйдем.

Викарий пробормотал что-то еще, удаляясь, а я нанес пару ударов в бок Дэнни просто ради забавы.

Мне удалось удержать галстук, и я быстро поменял руку на кляп, засунув его ему в рот, в то время как Бэнни поднял его на ноги и прижал лицом к каменной стене.

— Ты скучал по мне, брат? — шипел Бэнни, запустив руку в черные волосы Дэнни, прижимая его щекой к бледно—серым камням, из которых была сложена стена церкви. — Потому что теперь я вернулся. Вернулся, чтобы вернуть себе жизнь, которую ты украл у меня восемь долгих лет назад.

Дэнни попытался что-то сказать из-под кляпа, но вышло приглушенно, и я понятия не имел, что это было. Возможно, угроза смерти или еще какая—нибудь хрень в этом роде. Безумный смех вырвался у меня, когда я наслаждался этим моментом, кульминацией всех наших планов и заговоров. Сколько раз мне приходилось выслушивать бредни Дэнни или стоять и смотреть, как он делает из нашей работы свиное ухо, пока я мечтал об этом самом моменте? Момент, когда мы вернем все назад. Наконец-то, наконец-то, расставим все по своим местам.

Я вытащил из кармана заряженный шприц, щелкнул им, как врач—психопат, и убедился, что Дэнни получил хороший, долгий взгляд на иглу, когда я предложил маниакальную ухмылку.

— Не волнуйся, — сказал я, придвигаясь ближе, и он попытался яростно вырваться из рук брата. Но из-за ножа, который все еще торчал у него в спине, и того факта, что Бэнни был на несколько фунтов тяжелее его, он не мог вырваться. — Я попросил дурачка Барри приготовить мне что-нибудь достаточно сильное, чтобы вырубить буйвола, так что это должно надолго отправить тебя в Ла—Ла Ленд, — сказал я с ухмылкой.

Дэнни забился сильнее, его глаза стали дикими и убийственно безумными, но я только ухмыльнулся еще шире, наслаждаясь моментом, когда я погрузил иглу в его шею и надавил на поршень, вливая в него все до последней капли того, что Барри приготовил для меня. Он любил экспериментировать со всякими нечестивыми составами, и, блядь, я знал, что не хотел бы, чтобы хоть капля этого дерьма попала в мою кровь.

Это подействовало на него быстро, его глаза закатились на затылок меньше чем через минуту, и когда напряжение ушло из его мышц, Бэнни уронил его так, что он упал на пол лицом вниз.

— Что ж,