Посвящение в бывшие - Анастасия Феникс

— Тебе не кажется, что после того, как ты кончила здесь и от моих пальцев, возмущаться уже бессмысленно? — я поджала губы и ощутила на них слюну и вкус Костерова. Гадство. Просто класс! Как я раньше целовалась с ним и все было у меня нормально?! И вообще, я же раньше на него не реагировала, тогда, на кухне... В какой момент я подпустила его так близко?! В каком месте?! Пока я размышляла, Костеров со вздохом продолжил, — Горбунова, вот объясни мне, какого хрена?! — я просмотрела в его глаза, в которых была звенящая пустота. Э, это что такое? — Почему ты так не хочешь наладить со мной отношения? Я действую мягко и спокойно, стараюсь особо тебя не пугать и не давить...

— Это ты-то не давишь?! А, я поняла, я сама захотела нож в... - поставив меня на землю, он прикоснулся своими губами к моим губам, а после больно прикусил мою нижнюю, из-за чего я взвизгнула.

— Пережал, понимаю, — он отстранился и, поставив руки от меня, трогающей болящую губу пальцем, по обе стороны, чтобы я точно не сбежала, посмотрел мне прямо в глаза, — да, признаю. Но с тобой иначе и нельзя. Тебя либо поездом переехать, чтобы уже сопротивляться не могла, либо пиши-пропало. Но меня поражает другое — ты пустила к себе жить Никиту, ты нормально общаешься с Максом Волковым, с Тамерланом, даже несмотря на то, что ты ему нос разбила. Почему я с первых же дней попал в черный список?! Ты из принципа меня отшиваешь и вечно пытаешься сбежать от меня, несмотря на то, что я тебе нравлюсь, — и снова решила промолчать, смотря на него своим фирменным взглядом, — так почему?! Почему?! Из-за того, что ты мне нравишься?! Или наоборот. Из-за того, что я нравлюсь тебе и...

— Нет, Костеров, все гораздо проще! — усмехнулась, глядя в его глаза, — ТыКостеров, а яГорбунова. Ты сейчас живёшь в моем доме и, вероятнее всего, раз уж мне так везет, то ещё и в моей бывшей спальне. Твой отец уничтожил то, что с таким трудом создал мой дед. Твоя сестра ходит в моих украшениях! Вот и весь ответ. Будь ты кем угодно, я бы относилась иначе, но ты сын того, кого я ненавижу, — высказалась. Сказала всё то, что так долго вертелось на языке. Только легче не стало. Взгляд Костерова потемнел, а губы изогнулись в хищной усмешке.

— А я виноват, что родился в семье этого ублюдка? — он резко отстранился и вновь провел рукой по волосам, повернувшись спиной ко мне, — Горбунова, я хочу тебя, всю. Всю себе. Я не знаю, как это называется. Любовь, одержимость — мне плевать. А когда я чего-то хочу, я этого добиваюсь...

— Да ты просто растопчешь меня, как только я стану твоей, — из меня вырвался смешок, — я не хочу тебя видеть рядом с собой. Да, ты мне нравишься, да, ты такой же, да, с тобой я буду, как за каменной стеной, но при этом в моей жизни не будет никого опаснее тебя. Как только я стану твоей игрушкой, моя ценность потеряется. И ты меня уничтожишь. Ты уже рушишь мой мир, дальше будет только хуже...

— Если понадобится, я разрушу его до основания, а потом построю новый, свой, — сказал он, не оборачиваясь, — увидимся на днюхе Волкова.

— Меня никто не приглашал, — усмехнулась я, — так что...

— Тебя пригласит Осипов, вернее, передаст слова Волкова. Только когда ты явишься, мы оба будем знать, что пригласил тебя я, — он посмотрел на меня через плечо, явно ожидая реакции.

— Нет худшего обмана, чем самообман, — фыркнула я и наконец покинула эту чёртову сауну. Бесит. Как же меня все бесит!

*********

На день рождения Волкова меня и вправду пригласили. Причем лично именинник, что было довольно странно с его необщительностью, но, как было видно из присланного смс, вполне реально.

Кстати, я забыла спросить у Костерова, откуда он знает Волкова, а потом шанса уже не было — он пропал с радаров. Просто затих, что меня очень нервировало.

Спустя неделю, перед тем, как ехать на тусовку в честь ДР будущего ФСБ-шника, да-да, и этот туда же, я решила посмотреть на свой бывший дом из лесопосадки, что располагалась напротив. Оставив байк среди деревьев, который пропустил пост охраны благодаря приглашению от местного мажора (если коротко, тусовка будет в снятом особняке возле озера. Там ещё и лес вокруг. Захочешь кого-то убить — пожалуйста, как говорится), я, скрестив руки на груди и прислонившись плечом к стволу дерева, посмотрела на свой дом, который было хорошо видно даже из-за забора. Огромный особняк в старом стиле, в каком не помню, с коваными перилами у балкона, огромные красивые окна... Еле смогла сдержать слезы. Дом. Это когда-то был мой дом. Место, где было счастье. Странное, но оно было...

Резкий разворот — и я уже прижата спиной к дереву, а у моей глотки ножик. Передо мной же лицо Кострова с ехидной улыбкой. Чуть не отъехала, блин. Сердце стучало как бешеное и униматься не собиралось.

— А я-то думаю, кто эту тут такой стоит? — медленно протянул он и впился поцелуем в мои губы...

Глава 4

А я дрожу в родных руках

Теряя голову, теряю страх

Знаю, неверная

Знаю, что грешная

Интиктивно прикрыла глаза и подалась вперед, встречаясь своими губами с его и ни капельки не сопротивляясь, потому что мне, по необъяснимой причине, этого хотелось. Хотелось, чтобы он не отступал и продолжал меня бесить, чтобы вот так целовал без разрешения, чтобы был рядом... Я начала увязать в нем, и это огромная проблема!..

Вскоре он отстранился. Поджав губы, в который раз попыталась врезать ему коленом по яйцам, но он будто читал меня, как открытую книгу, поэтому с легкостью отвел его рукой, нагло усмехнувшись, пока я балдела от близости его глаз. В темноте они казались иными, завораживающими... Твою мать, Саша, включи мозг!

— Решила нервишки потрепать? — он мазнул губами по моей шее, вызвав приятные мурашки. Как же бесит реакция собственного тела... Это просто отвратительно! А-а-а! Я не хочу так! Я не хочу отношений, еще и с чувствами!

— Решила удостовериться, что ты откинулся, но, увы, ты жив и здоров, — отчеканила стальным голосом в ответ, а после