Вредный босс на Новый год - Лана Пиратова

И спрыгивает с меня. Поправляет одежду. Чуть нагибается и я вижу, как Огурцов подходит к ней сзади и обнимает её за талию. Прижимается к ней.

Банникова замирает на мгновение, но не отходит! И его не отталкивает!

Сжимаю зубы до скрежета, наблюдая, как она медленно выпрямляется и кладёт ладони на руки Огурцова на своей талии.

И при этом смотрит на меня. Так смотрит, словно проверяет! Терпение моё проверяет!

Должен ли я остановить её? Нет уж, Ева Банникова, давай покажи свою сущность. Покажи, какая ты есть на самом деле. А то я стал забывать.

— Ого, Ева! — восхищённо произносит Огурцов. — А я смотрю, ты стала намного раскованнее! — и лезет губами целовать её в шейку.

Ева отклоняется. Не даёт ему сделать это.

— Беру от жизни всё, — говорит она и разворачивается к нему лицом.

Гладит по плечам и тянет вниз пиджак.

— Ого! — и он восторженно смотрит сначала на неё, а потом на меня. И подмигивает мне.

Я чувствую дикое напряжение в мышцах. Каждая секунда этого представления даётся мне с трудом. Но я держусь.

Как далеко она зайдёт?! Ева, блять!

— Мальчики! — Ева резко отпускает Огурцова и встаёт между нами. — А не устроить ли нам тройничок? Раз тогда не получилось…

— А что? Я «за»! — перебивает её Огурцов.

Скидывает пиджак на стул и начинает пуговицы расстёгивать.

И тут я не выдерживаю.

С грохотом встаю с кресла и подхожу к Банниковой. Хватаю её за локоть.

— Всё?! Наигралась?! — рычу, сведя брови. — Пошли!

— Я никуда с тобой не пойду, Серов! — шипит она и выдёргивает руку из моего захвата.

— Эу! Эу! Макс! Ты чего?! — между нами возникает довольный Огурцов. — Не хочешь участвовать — никто не держит! — и он кивает на дверь.

А я смотрю на Еву через его плечо. Что она творит?! Зачем?! Я не хочу верить, что это правда!

Но и оставлять её тут одну с Огурцовым тоже не хочу!

— Нет. Я останусь! — заявляю, переводя взгляд на него. — Даже интересно, чем это всё закончится.

И тоже снимаю пиджак и вешаю его на спинку кресла.

— Твоя очередь! — играет бровями Огурцов, подмигивая Банниковой. — Мы с Максом начали! — и кивает на наши пиджаки.

— О, нет, мальчики! — улыбается она и мотает головой. — Так нечестно будет. Вас же двое! А я одна. Давайте вы по две вещи снимайте сразу!

— Идёт! — соглашается вот так легко Огурцов и начинает расстёгивать ремень.

Банникова переводит взгляд на меня и приподнимает бровь. Типа намекает, чтобы я последовал его примеру.

Глядя ей в глаза, с серьёзным лицом, я громко щёлкаю ремнем и резко тяну замок на брюках вниз.

Теперь мы с Огурцовым стоим со спущенными брюками. Не знаю, как его, но меня эта ситуация вообще не возбуждает. Член никак не реагирует на всё происходящее.

Потому что я нормальный! И потому что…

Ева кошачьей походкой идёт к нам. Улыбается, осматривая. А потом упирается ладошками в грудь Огурцова и в мою грудь и чуть толкает.

И мне хочется схватить её за руку, дёрнуть на себя, закинуть на плечо и унести! Прочь отсюда унести! Потому что она не такая! Не верю!

Но я продолжаю участвовать в этой грёбанной игре в ожидании развязки. Не знаю, чем это всё кончится, но разговор нам с Банниковой предстоит непростой. В этом я точно уверен.

А она тем временем подталкивает нас с Огурцовым к дивану и мы одновременно плюхаемся на него.

— С кого же мне начать? — задумчиво произносит Ева, возвышаясь над нами и водя пальцем по воздуху, показывая то на меня, то на Огурцова.

— Ева! — хмурюсь я.

— Тссс! — и она подносит указательный палец ко рту. — Поиграем, мальчики? — хитро улыбается.

— Я всегда «за»! — ржёт Огурцов. — Ох, Ева! Я горю весь! Давай с меня начни! Держаться нету больше сил! Так хочу тебя!

И он своим лапищами цапает её за бёдра.

Ева цокает и убирает его руки с себя.

— Не так. Хочу полный контроль над вами! — и пальцами проводит по нашим скулам. — Два таких мачо в моей власти! Ммм… Давайте сюрприз? — восклицает она.

Убегает за сумкой и достаёт оттуда два черных платка.

Серьёзно?

Я с недоумением слежу за ней.

— Мальчики! — возвращается к нам, сидящим на диване. — Я вам завяжу глаза и пусть будет сюрпризом, кто из вас станет первым! Да?

Наклоняется к Огурцову, чтобы завязать ему глаза чёрным платком.

— О! А мне нравится! — радуется он и с готовностью подставляет ей свою башку.

А сам тем временем руками обхватывает её за попу и сжимает.

Ну, я же вижу, как он пальцами мнёт задницу Банниковой!

Наконец, она заканчивает с ним и пересаживается на меня.

— Ева, — произношу тихо я и строго смотрю на неё.

Я в очередной раз предлагаю ей остановиться.

А она молча натягивает второй чёрный платок и завязывает его на моих глазах.

И я понимаю, что это, наверное, всё. Если она не остановилась, то это всё.

— Мальчики! — раздаётся её задорный голос сверху. — Считаем до десяти! Хором считаем!

И Огурцов ведётся!

— Один! Два! Макс! Помогай! — ржёт он. — Три!

И на этой цифре раздаётся такой едва слышный щелчок.

56. Не зря «скорую» вызывали

Огурцов вдруг резко перестаёт считать. Наступает такая мерзкая тишина, когда ты не знаешь, что случится через секунду.

И я словно спохватываюсь. Сдёргиваю с себя чёртову повязку. Щурюсь, потому что глаза отвыкли от света, и понимаю, что мы с Огурцовым тут одни.

Сидим как два идиота со спущенными штанами и завязанными глазами, а эта чёртова Е.Банникова уже улизнули куда-то! Как я повёлся-то, блин?!

Но и это оказывается не всё. В тот момент, когда Огурцов, тоже, видимо, заподозрив неладное, тянет платок со своего лица, дверь с грохотом распахивается и в комнату вбегают два амбала и какая-то женщина.

Причём, если у амбалов на лицах тут же появляется лишь удивление, то на лице женщины — целая буря эмоций.

— Люба? — мычит невнятно Огурцов.

Вскакивает с дивана и быстро тянет штаны наверх. Я же лишь приподнимаю зад и тоже возвращаю брюки на место.

Чёрт. Какого хрена вообще происходит?!

И тот же самый вопрос звучит визгливым женским голосом:

— Какого хера тут происходит, Огурцов?! — орёт вбежавшая женщина и так сжимает кулаки, что мне даже страшно становится. — Ты что тут устроил?!

— Люба… ты… — мямлит такой резвый до этого Огурцов.