Доктор в теле гнусной графини: и тебя вылечим... - Анна Кривенко

Убедившись, что у больных всё в порядке, я свернула в соседнюю комнату, где после операции лежал мальчишка без ноги. Когда я зашла, он не спал. Уже очнулся. Глядя вокруг расфокусированным взглядом, немного кривился от боли.

Я сама подала ему обезболивающее лекарство, приподняла голову, заставила выпить всё до капли. Голова откинулась на подушку, и парень закрыл глаза.

На вид я дала бы ему лет девятнадцать-двадцать. Худющий — страшно смотреть.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась я, чувствуя, что пришло время познакомиться. Мне хотелось поучаствовать в его судьбе посерьёзнее.

— Аркадий, — произнёс он приглушённо. — Но все называют меня Кеша.

— Очень приятно познакомиться, Кеша. Меня зовут Елена Николаевна.

— Я это уже понял, — произнёс он.

Апатичный вид говорил о том, что жизнь ему не мила. Мне не хотелось давать ложных надежд, но и промолчать я тоже не смогла.

— Знаешь… я верю, что всё будет хорошо. Мы обязательно сделаем для тебя протез. Деревянный, похожий на настоящую ногу. Ты научишься на нём передвигаться…

Но парень никак не отреагировал. Похоже, он не верил ни единому моему слову.

— Ладно, отдыхай.

Я вышла и прикрыла за собой дверь. Понимала, что ему нужно это пережить самому. Внутри себя. Сама же приняла решение: обязательно заберу его с собой. В своё поместье. Не могу оставить человека в таком состоянии. К тому же Николай Николаевич нашептал, что он сирота.

Незаметно пролетели оставшиеся два дня. Мои больные удивительным образом шли на поправку. На них земные лекарства воздействовали удивительно благотворно. Лучше, чем действовали на Земле. Наверное, местные бактерии и прочие зловредные микроорганизмы ещё не выработали ни малейшего иммунитета к подобным лекарствам. И косило их знатно.

В итоге, к концу седьмого дня я получила румяные лица, светлые взгляды и надежду, сияющую в них.

* * *

На восьмой день прибыла делегация лекарей, приехавших проверить результаты моего вызова, и любопытствующих оказалось в два раза больше, чем в прошлый раз. Во главе шёл тот самый, которого я прозвала «высокомерным» — Евгений Петрович. Увидев меня, он гаденько улыбнулся.

— Ну что ж, Елена Николаевна, мы готовы посмотреть на результаты вашего труда. Надеюсь, вы хорошо кушали?

Остальные заулыбались, будто он сказал что-то смешное.

Я посмеялась внутри себя.

— Конечно. Благодаря вашим «великим жертвам» питалась просто замечательно! — надеюсь они услышали в моем голосе сарказм.

Николай Николаевич, встречавший лекарей вместе со мной, выглядел бесстрастным. Хотя я уже прекрасно знала, как он их презирает. Честно говоря, я презирала не меньше. Сколько же в этих людях гордыни, зависти, самомнения! И это — лекари? Как люди с такими принципами вообще могут приносить пользу обществу?

Я решила не затягивать и повела их прямиком к своим палатам. Мои больные занимали три комнаты. В первую набилось столько народу, что стало трудно дышать. Пришедшие хмуро взирали на моих пациентов.

Первая реакция последовала быстро: удивление. Во-первых, благодаря старанию Варечки постельное бельё было чистым и тщательно выстиранным — медаль ей дам, честное слово. Во-вторых, помещение приятно пахло, было проветрено, а потёртые деревянные полы — вымыты. И главное — у всех больных были осмысленные взгляды. Исчезла угрюмость и следы предсмертных мук.

Евгений Петрович первым взялся за обследование. Он пару раз пытался пробормотать, что всё «крайне плохо» и люди «на грани гибели», но сами простолюдины спешили рассказать, насколько хорошо они себя чувствуют — и что это благодаря мне.

Да и остальным лекарям возразить было нечего.

Вскоре вмешался Николай Николаевич, взяв процесс обхода в свои руки. Он комментировал состояние каждого — тонко, точно. Я удивилась, как внимателен он был. Евгений Петрович всё мрачнел.

Когда мы вошли в последнюю палату — к моему Аркадию — меня удивило, что парень… расправил плечи и даже улыбнулся. Намеренно. Чтобы позлить этих снобов.

— Доброе утро! — весело сказал он. — Я чувствую себя замечательно.

И действительно — на его лице сиял румянец. Выглядел он почти здоровым. Как он избавился от своей хронической бледности? Наверное, просто щёки пощипал — маленькая месть чванливым аристократам.

По итогу обхода весёлость лекарей как рукой сняло. Евгений Петрович рад был бы сказать что-то против меня, но сказать было нечего.

— Итак, господа, — я улыбнулась, оглядывая эту разношёрстную процессию с торжеством. — Как видите, задуманное мне удалось. И наш маленький спор мной безусловно выигран.

— Не торопитесь, барышня… — вмешался какой-то молодчик, тот самый в монокле.

— А я и не тороплюсь, — без тени застенчивости ответила я. — Здесь не о чем разговаривать. Люди выздоравливают. Это произошло за неделю, как мы и договаривались. Надеюсь, вы не станете откровенно нарушать свои обещания?

Я посмотрела на него с таким укором, что парень невольно опустил глаза.

Повисло молчание, которое пронзил надтреснутый голос Евгения Петровича:

— Что ж, Елена Николаевна… должен признать, что вы справились. Однако пока нет полного выздоровления, говорить рано…

— Полное выздоровление я гарантирую, — произнесла с достоинством. — А вам напоминаю: мы подписали договор. Вы не вправе отказываться от обещаний!

Евгений Петрович выдохнул.

— Хорошо. Я не отказываюсь. Но поймите… женщина в лиге лекарей не может быть на равных правах с мужчинами!

— Это почему же? Такого в договоре не было. Если вы собираетесь изменять условия, мне придётся обращаться в суд!

Он посмотрел на меня ошеломлённо.

— Какой суд? О чём вы?..

Но я резко прервала его жестом.

— Послушайте, — сделала шаг вперёд и посмотрела мужчине прямо в глаза, — по счетам нужно платить! Если потребуется, я обращусь к самому князю. У меня есть полное право на его аудиенцию, данное им лично. Мы с вами заключили договор, и я всё исполнила. Теперь вы обязаны исполнить своё. Я вхожу в лигу лекарей, становлюсь членом вашего клуба и получаю все привилегии его участников! Не думаю, что вы имеете право мне отказать!!!

Евгений Петрович побледнел, но кивнул. Его сопровождающие переглянулись — на лицах большинства читалось дикое недовольство.

Но это уже не имело значения.

Я победила.

Передо мной открылась новая дверь.

И я обязательно в неё войду…

Глава 32 Решение Юрия Александровича…

Пока Юрий Александрович добрался до столицы, пока обосновался в доме своего друга, пока пересмотрел все свои знакомства, особенно в Министерстве дознавателей, — он успокоился. Несмотря на то, что фатальная ошибка допущена и он теперь женат на убийце, спешить он не будет. Действовать нужно с холодной головой, но действовать он будет обязательно.

Будучи знаком с дознавателем Василием Петровым, он встречался с ним регулярно в местных пабах. Это были связи, которые