Очарованная силой - Нина Черная

- Не в энергии дело, - поморщился парень, скрестил руки на груди и откинул голову назад, - она, гм, использовала мое тело по назначению. Семь! Ты слышишь? Семь раз!

- Ого, - присвистнула я, - ничего себе, у тебя агрегат.

- Да причем тут мой агрегат?! – возмутился парень и ощутимо толкнул меня в плечо, - она какой-то магией меня задурманила и раз за разом наседала! Стерла, наверное, все, - поморщился он и глянул на свои штаны.

- Радоваться должен, - хохотнула я, прикрыв рот ладонью, - качественно и бесплатно.

- Хватит издеваться, - цыкнул парень и устыдил меня раздраженным взглядом, - сушеные воблы не в моем вкусе. Тем более, не люди.

Я лишь отмахнулась и прикрыла глаза, странно, но этот разговор поднял мне настроение, хотелось веселиться и хохотать.

- Больше не пристанет, - пожала я плечами, не раскрывая глаз, - договор был на одну ночь.

- Ночь?! – взвился Тама, даже с лавочки подскочил, я не видела, почуяла, как тяжесть рядом исчезла, - так это еще не конец моих мучений?!

- Не ной, ты же мужчина, - перебила я, - что-то в подземельях ты вел себя иначе.

Ой. Я прикусила язык и распахнула глаза, только было уже поздно, парень все услышал.

- Что? – он понизил голос и остановился как вкопанный, смерил меня недоверчивым взглядам.

- В Подземном царстве, - исправилась я, но по глазам поняла, что парень ни на грамм мне не поверил.

- Ты другое имела в виду, - поджал он губы, - объясни, красавица, откуда тебе известно о подземельях, и как я себя там вел.

- Гости дорогие, - перебил нас довольный голос Потапа, - прошу пожаловать в мою скромную избу на ужин праздничный. Вся деревня собралась!

Я подскочила и поспешила навстречу мужчине, который помог нам в беде. Только по внимательному прищуру Тамы поняла – он не отстанет. Допросит с пристрастием. Сердце от страха екнуло, но я подавила малодушие. Ну, узнает он о нашем знакомстве, поймет, что Афоню убила молодая баронесса, расстроится. Может, голову мне отрубить захочет, в счет мести. Ничего такого.

- Поспеши, - бросила я через плечо, - иначе без нас всю еду съедят.

Про Адриана и Нижинского я напрочь забыла, как и про Агнешу. Набить голодный желудок осталось одним желанием в моей голове.

Глава 19

Глава 19

- Вот, прошу, гости дорогие, - Потап расшаркался перед нами, как перед господами.

Тама принюхался, свел еле заметно брови и засунул руки глубоко в карманы. Староста деревни, коим оказался Потап, привел нас на уже знакомую площадь. Почти все место занимал огромный шатер. По традиции их ставили на ярмарках в крупных городах и столице, а тут деревня на сто домов. Я присвистнула, вот это размах! Статуя девушки, которая спасла людей от грозного бога, блестела начищенными боками, кто-то украсил ее мишурой и веточками с ягодами красной рябины. Откуда только взяли? К весне птицы ее обычно склевывали. Из шатра доносился гомон сотен голосов, стало не по себе. Из-за каких-то путешественников, которые проездом в деревне, собрали всех жителей? Подозрительно.

- Неужели из-за нас организовали такое огромное застолье? – спросила я осторожно, не стала спешить за старостой внутрь.

- Нет, конечно, - расхохотался Потап, даже согнулся пополам и по коленям себя похлопал, - вы удачно завязли в грязи. Сегодня день великого избавления от дани. Именно в этот день зима, что лютовала большую часть года, отступила. Черному богу пришелся по душе дар, и он покинул явь на веки. Случился он, этот великий день, больше четырех сотен лет назад. Разве, истории сейчас никого не обучают?

- Обучают, - заверила я, - только многие детали упускают.

- Что ж, не будем задерживать начало праздника, - Потап широко улыбнулся и распахнул перед нами матерчатую дверь шатра.

В лицо тут же ударили тепло и изумительный запах знакомых и незнакомых блюд. Любые сомнения тут же отпали. Я ответила на улыбку Потапа и смело прошла внутрь. Многие обернулись на нас, гомон стих.

- Темного вам вечера, - поприветствовал Потап жителей деревни, - сегодня у нас небывалое событие, на нашем празднике присутствуют гости из далекого города, прошу относиться к ним с почтением и уважением!

Люди за многочисленными столами одобрительно зашумели и подняли вверх чарки с темной жидкостью. Потап поднял руки вверх и, скрестив ладони над головой, потряс ими несколько раз. За столами ответили подобными жестами. Такое чествование кого бы то ни было оказалось для меня незнакомо. Я присмотрелась к жителям деревни. Мужчины, женщины, дети, старики сидели вперемешку, весело улыбались, переговаривались, шутили. Столы располагались в беспорядке, за каждым помещалось от пяти до восьми человек, поверхности, устланные расшитыми скатертями, ломились от разнообразных лакомств. На десятом по счету столе я сбилась.

Потап усадил нас за свой стол. Я мельком оглядела тех, кто за ним тоже оказался. Уже знакомый худой мужчина со странным именем, еще один из тех, кто помогал нам с телегой, и смешливая женщина средних лет.

- С Анисимом и Дарёном вы уже знакомы, - представил Потап нам соседей по столу, - а это моя любимая жена – Любава!

Я невольно вскинула брови, но постаралась выдавить приветливую улыбку. Женщина выглядела на десяток лет старше Потапа. Тот мне показался если не ровесником, то хотя бы сверстником графа. Лицо женщины же избороздили морщины, кожа стала менее эластичной, а на руках проступили заметные дорожки вен.

- Это Луиза и Тумур, - представил староста нас следом и отодвинул стул рядом с Дарёном, - они добрались до нас почти из самой столицы.

Потап кивнул мне на отодвинутый стул, когда ни я, ни Тама не двинулись в сторону сидячих мест. Пришлось подчиниться и сесть рядом с подозрительным простолюдином. Таму усадили рядом, с его стороны оказалась Любава. Во главе же стола уселся сам Потап. Он поднял высоко вверх чарку с темной жидкостью и громко гаркнул:

- До дна.

Гомон вокруг тут же в очередной раз стих, сменился шумными выдохами и звуками глотков. Нам с Тамой ничего не оставалось, как поддержать старосту. Питье оказалось хмельным, терпким и тягучим. Отличалось тонким послевкусием. Стоило вернуть чарку на стол, как в ушах зашумело, а голова на миг закружилась. Еще и крепкое. Стоило проявить осторожность с напитками. Хоть мой желудок привычен к разным винам,