Медвежье сердце - Елена Михалёва

И тогда Иврос рассказал ему все. Про мать и отца. Про ее связь с королем. Про то, как она поставила печать на плечо сына, когда ему исполнилось семнадцать. Как король предал ее, а она прокляла в ответ королевство. И как погибла, бросившись с утеса. А после возвратилась Пастырем проклятых, убила королеву, захватила столицу и десять лет поднимала мертвецов, пока в Нордвуд не пришла Гвинейн Гарана.

– Окулус. – Император мягко улыбнулся. – Неужели матушка никогда не учила тебя тому, насколько окулус могут быть опасны для импери?

Иврос усмехнулся. Припомнил Гвин с кинжалом у своего горла посреди заснеженного леса, потом Еванию с кухонным ножом в руке.

– Мне кажется, что это зависит от конкретного мага окулус, – заметил Норлан. – Но вообще я не припоминаю ничего особенного, если честно. Мама вроде бы говорила про то, что есть колдуны другого рода, которые умеют вторгаться в нашу силу, однако подробностей не скажу. Про взаимодействие окулус и импери мне гораздо больше рассказал Авериус Гарана.

Они вновь прервали беседу, потому что сражение внизу завершилось победой мужчины, отчего клевретка явно негодовала, но ограничивалась лишь гневными взорами. Пока новая пара занимала свое место для тренировки, Император обратился к Ивросу с очередным вопросом:

– А чему вообще успела обучить тебя твоя матушка?

Они постепенно удалялись от тренировочной зоны, неспешно прогуливаясь все тем же медленным шагом.

– Мало чему, – с некоторой неловкостью в голосе признался Норлан. – Оружием я не владею никаким, даже с мечом едва управляюсь. Мама пыталась учить меня основам, но сама мало в этом смыслила. Немного рассказала о травах. Научила нескольким отварам и припаркам. Рассказывала о наследии Хагморов, но я мало слушал: был несносным ребенком, уверенным, что у нас с ней впереди целая жизнь на уроки. И она тоже так думала.

Иврос замолчал. Его посетила мысль, что он приехал зря и зря сейчас занимает время этого мудрого человека. Он не умеет ничего. До клевретов ему далеко, дальше, чем до Линдарина вплавь. Предложить Империи ему нечего, кроме силы своей крови. Силы, которой он совершенно не владеет.

Салдор Септиан вдруг остановился и повернулся к Иву. Он глядел пристально, с легким прищуром васильковых глаз, будто видел насквозь. Если не мысли читал, то общий настрой человека улавливал мастерски.

– И все же главному она тебя, похоже, успела обучить, – заметил он.

Норлан непонимающе пожал плечами.

– Тому, как владеть этим, – указательный палец Императора уперся в грудь Ива в районе сердца. – Вот это в импери самое главное, Иврос. Всему прочему можно обучиться, это лишь вопрос времени и терпения. Но даже не твоего лично, а твоего учителя, – Салдор Септиан усмехнулся. – Поверь мне, Иврос, у меня был такой учитель. Эгис Толверт, мастер над оккультизмом. Именно он вложил в мою беспутную юную голову почти две сотни лет назад мысль о том, что главная обязанность чародея – защита слабых. И чем сильнее чародей, тем большему числу живых существ он может помочь. Как сильным, так и слабым, ибо все равны между собой.

Император снова улыбнулся, на этот раз с толикой грусти.

– К несчастью, лучшие из нас себя не щадят, – заметил он. – Мастер Толверт сгинул в одной из своих вылазок. Защищал прибрежный городок от нападений вервольфов, а погиб так, что даже хоронить оказалось нечего. Но город защитил.

Ивросу подумалось, что, возможно, он поступил бы так же. Гвин уж точно именно так бы и сделала. Или вообще не попала в такую ситуацию, а нашла способ выкрутиться. Зная вишенку, он бы не удивился.

– Мастер Керика взялась меня обучать, – признался Норлан.

– Хорошо. – Салдор Септиан направился дальше, к одной из лестниц, ведущих вниз. – Пойдем, посмотрим тренировку вблизи.

– А мне можно поучаствовать? – Ив улыбнулся.

Император одарил его очередным пристальным взглядом. Пытался понять, шутит ли Норлан или правда не боится подставиться под удар опытного клеврета.

– Посмотрим.

Низкое зимнее солнце вышло из-за жиденьких облаков, залило тренировочный зал своим мягким светом. Он отбрасывал десятки солнечных зайчиков от фиолетовых аметистов в черных посохах.

* * *

Когда настало время обеда и солнце уже давно перевалило за зенит, его золотистые лучи бросили в гостиную Керики сноп прозрачного света. Он лег между тяжелыми, не до конца раздвинутыми портьерами винного цвета прямо поперек ковра с коротким ворсом, который был расстелен перед разожженным очагом. На этом ковре сидел Иврос Норлан, босиком и в одних штанах.

На его обнаженной груди в районе солнечного сплетения красовался свежий синяк размером с блюдце. Еще парочка поменьше украшали левое плечо. На правой скуле блестела неглубокая царапина.

– Что, так и сказал? – уточнила мастер над рунами с насмешливой улыбкой, пока смазывала синяки мазью из маленькой стеклянной баночки.

Субстанция имела сливочную консистенцию и приятно пахла мятой, а пальцы женщины едва касались поврежденных участков на теле колдуна. Но он все равно морщился каждый раз, когда она дотрагивалась до него.

– Да, – Иврос нехотя кивнул, закатил глаза. – Удар я держу лучше, чем бью сам. Но начать мне следует с простых деревянных палок.

– Скажи спасибо, что тот клеврет не пустил в ход силу посоха. – Керика шлепнула Ива по плечу, когда он в очередной раз поморщился. – Не куксись, тебе не идет.

– А что за сила в посохах, кстати? Это тоже реликты? – вспомнил Иврос мучившие его вопросы и уточнил, когда чародейка кивнула: – Чем они лучше обычных мечей? Или пернача, как у Бергарда? Им же можно взрослому троллю расколоть череп одним ударом.

– Тем, что в них сила самого Императора, – мастер над рунами прищурилась. – Салдор Септиан снарядил чародеев тем оружием, которое можно предельно наделить чужеродной силой без страха, что она выйдет из-под контроля.

– Ого! – Ив присвистнул, за что получил новый шлепок по голому плечу.

Он одарил женщину сердитым взором.

Та невозмутимо вытерла руки о чистую тряпицу, закрыла баночку и отставила на столик возле очага.

– Наверное, странно прозвучит, но ни один меч не может того, на что способен мастерски зачарованный посох. – Керика заглянула под крышечку висевшего над огнем котелка.

Аромат курицы с овощами разлился по комнате.

Иврос вздохнул, прислушиваясь к приятному побулькиванию.

Мастер над рунами наполнила две глубокие тарелки тушеными корнеплодами вперемешку с кусками курицы. Одну подала Ивросу вместе с трезубой вилкой и села рядом с ним на ковер. Довольному Норлану досталось куриное бедро и две голени.

– Мне, конечно, далеко до Евании, но все равно приятного аппетита, – мастер над рунами улыбнулась. – Не спеши, горячо. И может быть слегка пересолено, – Керика вздохнула. – Хорошо