КоммунАллочка - Виктория Арана

даже в полумраке. Расстояние между нами превратилось в ничто. Он проскользил пальцами по моей челюсти и зарылся в волосах. Мягкие губы накрыли мои, а я задрожала, пытаясь вырваться. Юра тут же отстранился.

– Что не так? – прошептал он, уперевшись лбом в мой.

– Я никогда… никогда… – сбивчиво шептала я в ответ, потеряв связь с реальностью.

Его глаза широко распахнулись. Он ослабил хватку, и я смогла сбежать через окно. Руки мелко тряслись от волнения. Юра только что признался мне в чувствах и собирался поцеловать, а я струсила и сбежала, потому что не умела. Услышала, как закрылось окно на кухне. Потом различила и приближающиеся шаги.

Юра подошёл, выглядя невероятно взволнованным, взял мои ладони и притянул к губам. Я зарделась, почувствовав мягкое прикосновение к коже.

– Я не знал. Прости, если напугал, – сказал он тихо.

– Всё нормально, я запаниковала. В целом, возможно, поэтому и вела себя странно.

Юра понимающе кивнул на моё признание. Светло-карие глаза чуть блестели. Он отпустил меня, и я снова забегала по комнате. Юра улыбался, опершись спиной на стену. Гэтсби с ворчанием забрал свой плед и ушёл в коридор. Видимо, мои метания мешали ему отдыхать. Наконец, сердце немного успокоилось и нервы отпустили. Я посмотрела на Юру и снова покраснела от слишком внимательного взгляда.

Юра поманил меня к себе. Как завороженная, сделала шаг, прекрасно понимая, что последует дальше. Но в этот раз убегать не собиралась. Он медленно наклонился, будто давая последний шанс отступить. Или отказаться. Или сбежать. Снова. Но я не могла, хоть и боялась. Всё стало неважно кроме искреннего признания в чувствах. Большие ладони обхватили моё лицо. Пальцы ласково прошлись по коже, из-за чего я вздрогнула.

Мягкие губы легко коснулись моих. Я замерла, пытаясь понять, что делать. Он неторопливо изучал меня, совершенно не смущаясь невзаимности. От приятных ощущений по коже пробежали мурашки. Попробовала ответить. Волновалась жутко, из-за чего вышло, по-моему, неловко.

Потом попробовала ещё раз. И ещё. Юра мягко отвечал на каждое осторожное касание, разжигая во мне пламя. Я экспериментировала, переключаясь с верхней губы на нижнюю и обратно. Дыхания окончательно смешались. Казалось, мы стали единым целым. Неразрывным. Будто мы больше не могли существовать по отдельности. Только вместе. Только вот так.

Он отстранился, когда я практически перестала дышать, и уткнулся лбом в мой лоб. Карие глаза сверкали незнакомой мне эмоцией. Будто внутри него горел пожар. Такой же трещал где-то глубоко внутри меня. Но я ещё плохо понимала эти новые чувства.

– Дыши, – прошептал он, хотя сам так себе с этим справлялся.

Я цеплялась за него забыв обо всём, будто в целом мире не было ничего важнее. Он прижал меня к себе, обвив руками. Голова находилась напротив его груди, из-за чего я слышала, нет, чувствовала, как быстро билось его сердце.

– И ты.

Он улыбнулся мне и я окончательно растаяла.

– Если ты не дышишь, у меня тоже плохо получается.

Мы долго стояли так, сжимая друг друга в долгожданных объятиях. Подумать только, сколько всего произошло за эти недели. Я до последнего думала, что ничего не сдвинется. Искренне верила, что для него это развлечение. Но Юра говорил со мной серьёзно и искренне волновался. Я видела это. И чувствовала. Если это игра, то я готова проиграть.

– Не так уж и страшно? – спросил Юра.

Тёплое дыхание опалило кожу. Я снова подняла взгляд и замерла. Он выглядел как-то иначе. Наверное, впервые на его лице не было ни капли напряжения или нервов.

– Не страшно, – подтвердила я, краснея.

– Но ещё нужна практика. Много практики, – прошептал Юра, приближаясь.

Он снова накрыл мои губы своими. Мы целовались до рассвета. Губы болели, казалось, я не смогу шевелить ими ещё очень, очень долго. Но остановиться всё равно не получалось, хотя мы честно старались. Впервые в жизни заснула в чьих-то объятиях добровольно, потому что действительно хотела остаться с человеком так близко, как только это возможно.

Глава 23. Итоги спора

Утро началось не с чая. Мы проснулись под крайне неприятные звуки. Гэтсби было плохо. Юра подскочил к нему. Через пять минут он забежал за брошенным телефоном и сказал, что едет в ветеринарку. Я прошлась по квартире, нашла несколько лужиц рвоты, убрала всё и проверила миски. С водой всё в порядке, а вот корм весь кончился, хотя обычно к утру оставалась приличная часть порции.

Пару раз с Ладой было то же самое. Стёпа рассказывал, как носился в ветеринарку с соседской собакой. Она переедала и потом ей было плохо. Я решила не паниковать раньше времени. Такое случается и с людьми.

Написала Юре просьбу сразу сообщить мне, как что-то станет известно. Не очень понимала, почему он не взял меня с собой, хотя это было логично: один за рулём, второй держит собаку на руках.

Пока умывалась, не могла сдержать улыбки: все губы опухли, кожа на них и вокруг рта облазила. Я осторожно всё стёрла, содрала, что могла и намазалась защитным кремом.

Пытаясь отвлечься от переживаний, сфоткала губы и отправила Стёпе с вопросом: «Как думаешь, к понедельнику это заживёт?»

Лучший друг, как обычно в последнее время, не спал, хотя ещё пару месяцев назад лежал с закрытыми глазами так много, как только мог.

Степашка: «ОМАГАД».

Степашка: «ДА НУ».

Степашка: «НЕ ВЕРЮ».

Степашка: «НАКОНЕЦ-ТО!!!»

Степашка: «ПОЗДРАВЛЯЮ!!!»

Степашка: «Нет, не заживёт».

Знак печатающегося сообщения исчез на мгновение, а потом появился снова.

Степашка: «МНЕ НУЖНЫ ПОДРОБНОСТИ. ВСЕ».

Хохотушка: «Ничего особенного».

Я соврала. Хотела подразнить друга и растянуть диалог на подольше. Сомневалась, что новости появятся скоро.

Степашка: «Давай, давай, ври, я буду делать вид, что верю. И постараюсь забыть стёртые в мясо губы. У меня таких, к слову, никогда не было».

Хохотушка: «Он сказал что я ему нравлюсь и поцеловал. Всё».

Степашка: «И ты такая рот открыла и дальше то что? Кому ты лечишь? Колись, как всё было, жажду узнать подробности».

Рассказала обо всём. Мы никогда ничего не скрывали друг от друга, зато прилюдно делали вид, что вообще ни о чём не слышали. За это я и любила дружбу со Стёпой. С самого детства мечтала о настоящем друге, которому можно будет доверить всё и даже чуточку больше.

Степашка: «Я думал, состарюсь быстрее, чем ты поцелуешься».

Хохотушка: «Очень смешно».

Степашка: «Серьёзно, ты крайне ответственно соблюдала единственный строгий завет матери. Юра, конечно, немного странный выбор, зато у вас всё взаимно».

Я нахмурилась от прочитанного