Академия Хроноса - Екатерина Сергеевна Богданова

— Зачем? Чтобы вы меня еще раз напугали? — спросила я враждебно.

— А ты вернись и узнаешь, — провокационно усмехнувшись, проговорил инструктор.

К страху и возмущению прибавилась еще и растерянность. Я никак не ожидала подобного поведения от преподавателя. Со мной словно играли, вот только я была не партнером по игре, а игрушкой, над которой потешались, пользуясь превосходящими силой, знаниями и полномочиями.

Попыталась обойти нара, но он встал перед дверью и повторил:

— Занятие еще не окончено.

У меня просто не было выбора. Не драться же с сильным мужчиной. Но идя к ученическому столу, я осознала, что меня пытаются сломить, подчинить, подавляя силой. А я слишком дорожу обретенной свободой, чтобы вновь стать бесправной жертвой, и не намерена так легко сдаваться!

Подошла к столу и села, но не на стул, а прямо на стол.

— Слушаю вас, инструктор Контино.

— Не стоит воспринимать меня как врага. Все, что я делаю и буду делать, направлено лишь на достижение успеха в твоем обучении, — произнес нар Ранорио. — Мы будем тренироваться по той методике, которая дает лучший результат. Сейчас я вижу, что лучшая мотивация для тебя — страх. Возможно, со временем ты пройдешь адаптацию и поймешь значение контроля над своими способностями. Твоя мотивация изменится — и, следовательно, претерпят изменения мои методы. Сейчас же ты еще не отказалась полностью от рабской линии поведения, и наиболее действенным является подавление. Мне это тоже не нравится, но у нас нет времени ждать, когда ты осознаешь свою свободу. Слишком велика опасность всплеска неконтролируемых способностей. Ты должна научиться управлять своей силой до того, как она полностью пробудится. Если мы с этим не справимся, ты будешь опасна как для себя, так и для окружающих. А мы ведь не хотим, чтобы тебя навечно заперли в слюдяной камере, без права видеть солнечный свет.

Пламенная речь инструктора меня впечатлила, но обида осталась. Что не помешало мне улыбнуться и предложить:

— Продолжим?

Да, я привыкла скрывать истинные чувства за улыбкой и вежливостью. Рабы ведь не имеют права на свое мнение и выражение недовольства. Мы должны всегда быть рады даже грубости и несправедливости хозяев. Вот только я теперь не раб, и если преподаватели правы относительно моих возможностей, то в будущем я никому не позволю управлять своей жизнью. Ради этого я готова потерпеть еще немного угнетения и приказов. Но позже, если я действительно стану такой сильной, как они говорят, отплачу за каждую обиду!

Нар Ранорио еще несколько раз пытался вызвать во мне всплеск проявления способностей. Но теперь я была начеку, и никакие уловки уже не пугали меня в достаточной мере, чтобы сработала инстинктивная самозащита.

— Прискорбно, — подвел итог инструктор. — И что мне с тобой делать? Не ждать же, когда ты попадешь в какую-нибудь неприятность, чтобы пробить блок.

— Возможно, нужно именно подождать? — предположила я, отведя взгляд в сторону.

Мне и самой не терпелось взять под контроль таящиеся во мне силы, но бесплодные попытки привели лишь к головной боли и повышенной раздражительности.

— Хорошо. На сегодня достаточно. Продолжим завтра, во время практических занятий твоего курса. Допуск к лекциям и семинарам нара Одонт уже подписала, а к практике я тебя пока не допускаю, — недовольно произнес инструктор Контино. — Можешь идти.

— До встречи, — попрощалась я с наром и степенно покинула аудиторию.

Лишь за дверью я позволила себе раздраженно фыркнуть. Нар инструктор вызывал во мне все больше противоречивых эмоций. Но, несмотря на противоречия, преобладали отрицательные. Этот мужчина заставлял меня вспоминать те времена, когда я была слабой бесправной невольницей, вынужденной выполнять все, что прикажут, и не имеющей права выбора.

— И кто посмел обидеть величественную полубогиню? — вырвала меня из неприятных воспоминаний ядовитая реплика, высказанная конечно же оскорбленным накануне оборотнем Рэндомом Громиро.

— Давай не будем ссориться, — устало проговорила я, не желая терпеть еще и ехидные замечания Рэна.

— Разве посмел бы я спровоцировать ссору с дочерью своего нарая? — источая яд, произнес Громиро. — Я всего лишь оборотень, преклоняющийся перед божественной кровью.

— Рэн, тебе не надоело? — поинтересовалась я, обходя наро, чтобы поскорее уйти в свою комнату.

— Мне никогда не надоест, — отбросив ироничный тон, заявил оборотень. — Ты даже не представляешь, как мне сложно вести себя отстраненно в твоем присутствии.

— На мой взгляд, ты плохо с этим справляешься, — усмехнулась я.

— Идем, провожу тебя до комнаты. Или, может, хочешь прогуляться по саду? Обещаю, никаких грубых и неосмотрительных высказываний, — изобразив полную невинность, предложил Рэндом.

— Хорошо, прогуляемся, — согласилась я, подумав. — Но только не по саду. Покажи мне площадь для тренировок и вообще всю территорию. Должны же здесь быть какие-то достопримечательности.

— Ты имеешь в виду тренировочный корт? Не уверен, что тебе туда можно. Там небезопасно, а таких важных персон нужно беречь, — не удержался от очередной шпильки оборотень.

— Все, до свидания, — произнесла я сухо и пошла к лестнице.

— Ну прости. Клянусь, больше ни одного провокационного слова, — схватив меня за руку и удерживая, заверил Громиро.

Я с видимой неохотой положила руку на сгиб его локтя и, демонстративно не глядя на Рэна, медленно начала спускаться вниз. Сначала Рэндом пытался подстроиться под мои шаги на лестнице, но к четвертой ступеньке ему это надоело, и, подхватив меня рукой за талию, оборотень быстро сбежал вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступени.

Я лишь хмыкнула и пошла прогулочным шагом через холл к выходу из академии. На крыльце, перед центральной лестницей, Громиро взглянул на меня, недовольно фыркнул и проделал то же самое, что и минуту назад.

— Впредь воздержись, пожалуйста, от подобных выходок, — недовольно произнесла я, поправляя блузку. Ты пригласил меня на прогулку, а не на пробежку.

— Извини, но я просто не умею ползать по лестницам, — беззлобно улыбнулся Рэн.

— Я не ползаю! — возмутилась я.

— Но скорость развиваешь такую же, как и улитка, — явно поддразнивая меня, проговорил оборотень.

Я невольно улыбнулась в ответ. Такое поведение нравилось мне гораздо больше, чем ядовитые упреки в божественном происхождении.

— Нам сюда, — указал Громиро на сворачивающую за угол здания гравийную дорожку. — Постараюсь не бежать, только если ты обещаешь не ползти.

— Прекрати дразнить меня! — воскликнула я, не в силах сдержать улыбку.

Но менять выбранный темп я не стала, степенно вышагивая по дорожке и любуясь красотами академического сада, опоясывающего всю территорию. Рэндом сопел и старался не обгонять меня, параллельно рассказывая о предназначении всевозможных строений, которых на территории было гораздо больше, чем я думала. Маленькие и не очень здания словно прятались среди деревьев, ютились вдоль дорожек и вокруг полигона. Многие отличались по