Воспитание мисс Грейнджер - Olivia Winner

ту несчастную куклу Джинни, выставив сердце на всеобщее обозрение. «Рано или поздно оно либо разобьётся, либо лопнет от переполнивших его чувств. В наших отношениях никогда не будет золотой середины». Его частое обжигающее дыхание на шее напоминало прикосновения крыльев ангела. Она хотела услышать его чарующий голос, разрушающий любые стены между ними.

— Я так люблю тебя, Северус!

Его сердце разорвалось, а осколки застряли где-то рядом с селезёнкой. Он едва мог дышать. Её задница крепко сдавливала член со всех сторон, каким-то чудесным образом душив его через прямую кишку. Каждая задыхающаяся клеточка тела возмущённо кричала, побуждая его сказать о своих истинных чувствах. Почему-то Северус подозревал, что если он не признается ей в любви здесь и сейчас, то текущая через них магия просто исчезнет. Чары разрушатся от бездействия. «Скажи ей, чёрт бы тебя побрал! Ты не защищаешь себя молчанием, а просто зря тратишь время! И её, и своё тоже! Она уже и так обо всём знает. Подумай, что если бы тот маг убил тебя? Ты так и не успел бы ей обо всём сказать! Сколько ещё ты будешь сомневаться? Трус!»

— Я тоже тебя люблю.

Потрясённая Гермиона на несколько секунд перестала дышать, а затем тяжесть вокруг её сердца исчезла. Осталось только чувство переполнявшего её, безграничного тепла, льющегося прямо из груди.

Ощущение сдавленности в грудине исчезло. Каждая клеточка его тела снова свободно дышала. Северус почувствовал, будто гравитация в комнате внезапно исчезла. Если бы его член не был погружён в её зад, он мог бы воспарить к потолку. Он даже крепче обнял её, чтобы удержаться на земле.

Тёплый поток в центре груди превратился в целый каскад. Его сердце сильно и глухо стучало о её спину, и её сердечко билось в том же ритме. Гермиона заплакала от счастья, но тут же засмеялась сквозь слёзы. «Отлично! Кажется, я чокнулась! Он сказал, что любит меня, а я начинаю реветь!»

Северус поцеловал её в плечо, медленно трахая в тугую попку. Всё его тело было настроено на какую-то высокую частоту. Он чувствовал себя так, словно выпил целую бочку Бодроперцового. Они полностью слились — душой и телом, но он понятия не имел, что с ней творилось. Гермиона шмыгала носом и при этом хихикала как ненормальная.

— Всё хорошо, дорогая?

Она кивнула.

— Держи руку на моей груди. Думаю, я смогу кончить ещё раз.

Северус сомневался, что переживёт ещё один оргазм. Особенно после того, как её задница начала втягивать в себя его член.

— Ах!.. Пожалуйста, прикажите мне, сэр!..

Его яйца поползли вверх.

— Да, любимая! Кончи для меня! Будь моей хорошей девочкой!

Она вскрикнула всего один раз, Северус застонал ей в плечо, когда мышцы прямой кишки туго сжали член, таща его за собой через точку невозврата.

Гермиона впивалась пальцами в одеяло, когда её тело взрывалось ярким светом. Фейерверк быстро прошёл по всему телу. Когда он добрался до головы, она исступлённо выкрикнула его имя, и лицо Снейпа замелькало на экране её сознания, как в старом кинофильме.

«Первый раз, когда он поцеловал меня. Первый раз, когда он вошёл в меня. Первый раз, когда он попробовал меня на вкус. Первый раз, когда он меня отшлёпал. Первый раз, когда он мне улыбнулся. Первый раз, когда я услышала его смех. Первый раз, когда мы спали в одной постели. Первый раз, как он ждал меня на площади Гриммо. Его лицо, когда он читал мне на пляже. Его желтоватые зубы, когда он громко хохотал над моей шуткой. Как его сверкающие глаза не отрывались от меня, когда он медленно приближался к своей цели. Как его тонкие губы изгибались в усмешке под крючковатым носом. Как эти же губы целовали мою ладонь. Его глаза, пристально следящие за мной. Глаза… чёрные, как обсидиан».

Она утонула в их тёмной глубине и услышала, как Северус прошептал её имя.

Открыв глаза, Гермиона обнаружила, что лежит на спине, а он опирается ладонью о её грудь. Кожа между ними гудела в том месте, где покоилась его рука.

— Что с тобой? — встревоженно спросил он.

— Ох, кажется, я потеряла сознание.

— Видимо, да. Ты не отвечала, а когда я перевернул тебя на спину, мне показалось, что ты спишь. Твои глаза подрагивали под веками.

— Как долго это продлилось?

Он пожал плечами.

— Примерно двадцать секунд.

— Я чувствую себя такой… спокойной!

— Я тоже, — задумчиво сказал он, как будто пытался понять, что всё это значит.

Она посмотрела на его член. «Странно, он всё ещё твёрдый». Улыбаясь, она положила на него руку.

— Ты же тоже кончил?

— Гермиона, я кончил так сильно, что удивляюсь, как ты не почувствовала вкус спермы.

Она заливисто засмеялась, а потом прикрыла рот рукой, широко раскрыв глаза.

— Северус, смотри! Твоя грудь!

Он опустил взгляд вниз, думая, что истекает кровью, судя по тому, как шокировано она на него смотрела.

— Всё зажило, — прошептала она.

Северус провёл рукой по своей коже. Гермиона сделала то же самое, повернувшись на бок, чтобы посмотреть поближе.

— Ничего не осталось! — радостно воскликнула она. — Даже рубцов! Как будто ничего и не было!

Он поглядел на неё, задумчиво прищурившись, а затем схватил за бедро и перевернул на живот.

— Хм-м… Твоя задница зажила. Тоже никаких следов. Она даже не красная.

Гермиона изумлённо смотрела ему вслед, когда он скатился с кровати и направился прямиком в ванную. Через полминуты Северус вернулся и сел на край кровати, спиной к ней.

— Скажи, что ты видишь?

Гермиона в замешательстве подползла к нему поближе.

— О чём ты?

— О спине. Что ты на ней видишь?

— Ничего.

— Вот именно! Шрамы исчезли.

Гермиона настолько к ним привыкла, что даже не замечала их. Ей пришлось внимательно присмотреться, чтобы удостовериться.

— Ты совершенно прав, — она с наслаждением провела рукой по его гладкой коже. — А что насчёт предплечья?

После смерти Волдеморта на месте Тёмной Метки остался уродливый рваный шрам. На руке Драко был точно такой же. «Идиотка! Само собой, он проверил её в первую очередь».

— Она пропала. Окончательно.

Гермиона схватила его за руку, желая убедиться своими глазами. Ничего! Только голубоватые вены под бледной кожей.

— Как твоё плечо? По-прежнему или тоже стало лучше?

Северус немного поработал рукой и размял шею.

— Кажется, всё нормально. С шеей тоже всё в порядке.

Гермиона обняла его за плечи и заставила лечь обратно в постель.

— И тёмные круги под глазами исчезли.

— Большое спасибо, что заметила.

Она улыбнулась и поцеловала его в нос.

— Прости, но иногда меня пугал твой усталый