Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Они все знают… — со слезами на глазах тихо признается Ракель.

— И с какого это дня, позволь узнать?

— Они… — Ракель издает тихий всхлип. — Они…

— ОТВЕЧАЙ, СУКА! — раздраженно требует Терренс, грубо схватив Ракель за шиворот черной шелковой блузки. — НЕ НАДО ДЕЛАТЬ ВИД, ЧТО ТЫ ОГЛОХЛА ИЛИ ОТУПЕЛА!

— Когда ты был в больнице! — на одном дыхании выпаливает Ракель.

— Когда я был в больнице? — Терренс резко отталкивает Ракель от себя, на несколько секунд призадумывается и вспоминает дни, проведенные в больнице. — Секунду… Нет… Нет, это невозможно… Я не верю…

Терренс прикладывает руку ко лбу.

— Неужели… — Терренс качает головой. — Эдвард… Мать… Отец… Они все знают?

Ракель ничего не говорит, а лишь склоняет голову, сгибается пополам и тихо шмыгает носом, продолжая заливаться горькими слезами.

— Так вот почему … Вот почему они так настаивали на этом разговоре… Вот я дебил… Почему я сразу не обратил внимание на их странное поведение? Я видел , что они нервничали, но не предавал этому значения.

— Послушай, Терренс… — пытается неуверенно сказать Ракель.

— Они все знали. Все знали, но решили промолчать. СМЕШАТЬ МОИ ЧУВСТВА С ГРЯЗЬЮ!

— Нет, это неправда!

— Блять… — Терренс с раздраженным стоном проводит рукой по лицу. — Моя собственная семья тоже предала меня… Сначала моя невеста, а теперь родители с братом.

— Терренс, прошу тебя, не злись на них, — жалостливо умоляет Ракель. — Я сама все им рассказала и попросила никому ничего не говорить. Считала, что тебе лучше узнать про выкидыш от меня.

— Они притворялись, будто ничего не знают… — Терренс презренно усмехается. — Я должен был догадаться, что Эдвард точно что-то знал. Он больше всех говорил с намеками. И в последнее время был очень беспокойным. А на вопрос о том, неужели ли мне придется узнать что-то шокирующее, этот парень уклонялся от ответа.

— Умоляю, дорогой…

— И интересно, кто же узнал о выкидыше первым?

— Эдвард… — Ракель переводит взгляд на свои руки. — Он первым узнал об этом… А уже потом и твои родители…

— Ха, охереть! — расставляет руки в бока Терренс. — Ты решила поговорить в первую очередь не со мной, а с моим братцем! Эдвард стал для тебя намного важнее. Раз ты начала доверять свои секреты ЕМУ, а НЕ МНЕ!

— У меня больше не было сил молчать! И рассказала ему всю правду, когда ты попал в больницу. Мы с Эдвардом разговаривали наедине после того, как твой врач рассказал нам о твоем состоянии. Я выпалила все, что все это время мучило меня. А потом к нам подошли и твои родители, которым я тоже рассказала. Они согласились молчать, когда я умоляла их позволить мне самой все рассказать.

— Браво, Ракель Эллисон Кэмерон, браво! — громко аплодирует Терренс. — У меня просто нет слов!

— Я сделала это не нарочно!

— Значит, моя семья стала намного важнее для тебя? А на меня тебе уже наплевать? Забыла о том, что я – твой жених! ВОТ СМОТРИ! — Терренс показывает Ракель тыльную сторону ее левой руки и указывает на помолвочное кольцо на безымянном пальце. — МЫ ПОМОЛВЛЕНЫ! ТЫ САМА НА ЭТО СОГЛАСИЛАСЬ! А если ты этого не хотела, то могла бы сказать ОБ ЭТОМ СРАЗУ! ЧТОБЫ Я БЫ НЕ ТРАТИЛ НА ТЕБЯ ВРЕМЯ!

— Нет! Я люблю тебя! Я хочу за тебя замуж! Хочу жить с тобой и растить наших детей!

— Только не говори, что еще и мистер Кэмерон с Алисией знают про ребенка. Я уверен , что это так! Потому что эти люди в какой-то момент тоже начали нервничать!

— Да, они все знают…

— Что и требовалось доказать! — сухо бросает Терренс. — Они тоже пошли против меня! Пока я торчал в больнице и подыхал после того, как спас человека, который предпочел быть на стороне предательницы.

— Эдвард, твои родители и мои дедушка с тетей не имеют к этой истории никакого отношения. Да, они все знают, но молчали по моей просьбе. Они ни в чем не виноваты!

— Я тебе даже скажу, КОГДА Алисия и мистер Кэмерон все узнали. Когда они увели тебя якобы в кафетерий, а Аманда и Анна остались в палате.

— Это правда, только…

— ВЫ ВСЕ ПРЕДАЛИ МЕНЯ! ВСЕ! Ты меня не удивила! Но я шокирован тем, что меня предала МОЯ СЕМЬЯ!

— Никто не предавал тебя, Терренс, — со слезами на глазах возражает Ракель. — Ты не в себе…

— Я ЗНАЮ, ЧТО ГОВОРЮ! — Терренс резко разворачивается к Ракель и сжимает кулаки так сильно, что костяшки становятся белыми, пока он смотрит на плачущую девушку, не знающую, куда спрятаться от гнева мужчины. — ПРЕКРАСНО ВСЕ ПОНИМАЮ! НАМНОГО ЛУЧШЕ, ЧЕМ РАНЬШЕ!

— Ты все не так понял…

— ВСЕ Я ТАК ПОНЯЛ!

— Прости меня… — с жалостью во взгляде умоляет Ракель и тихо шмыгает носом. — Я не хотела…

— Теперь я не знаю, как мне быть с тобой после того, как ты со мной обошлась. КАК МНЕ ЖЕНИТЬСЯ НА ТЕБЕ!

— Не говори так, Терренс… — Ракель медленно встает с кровати и подходит к Терренсу, пока тот хмуро смотрит на нее со скрещенными на груди руками. — Неужели ты не видишь, как мне плохо? Я знаю, что поступила несправедливо по отношению к тебе. Но поверь, я очень сожалею об этом.

— Закрой рот, мерзавка! — грубо бросает Терренс. — И хватит надеяться, что я успокоюсь и прошу твои обман и предательство. Причем на этот раз ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО предала меня.

— Я не предавала тебя…

— Все, с меня довольно! Больше я не собираюсь быть тебе нянькой. ДОВОЛЬНО! Я устал от твоего нытья и твоих истерик! ЭТИ НЕСКОЛЬКО МЕСЯЦЕВ МЕНЯ ДОКОНАЛИ!

— Пожалуйста… — Ракель пытается дотронуться до предплечья Терренса.

— Не смей трогать меня! — грубо бросает Терренс, резко отстранившись от Ракель.

— Терренс, послушай меня… —