Полный Шатдаун - Рут Стиллинг

Я делаю шаг вперед, и он отходит в сторону, но когда я замечаю свои ботинки, лежащие на полу его спальни, Сойер хватает меня за запястье, разворачивая лицом к себе.

Эти чёртовы зеленые глаза.

Он проводит рукой по своим растрепанным темным волосам, убирая выбившиеся пряди с глаз.

— Значит, это всё? Ты ведь не шутишь, правда? Ты просто возьмешь свои вещи и уйдешь. У тебя нет ни малейшего желания снова говорить о прошлой ночи.

Я пожимаю плечами, отводя от него взгляд.

— Это был секс на одну ночь. Я кончила, ты кончил. Всё было хорошо. Шесть из десяти.

У Сойера отвисает челюсть, его рука сжимается вокруг моего запястья. Я чувствую, что он хочет притянуть меня ближе к себе, но не делает этого.

— Ты только что оценила мои навыки в постели дерьмовой оценкой.

Я отстраняюсь от него, делая несколько шагов к своим ботинкам. Я осознаю, что в этот момент на мне нет нижнего белья, а платье доходит до середины бедра. Мне не особенно хочется демонстрировать ему свои прелести, несмотря на то, что его губы были на мне прошлой ночью.

Я сажусь на край кровати и быстро натягиваю свои длинные ботинки, я хочу убраться отсюда как можно скорее. Очевидно, моя теория о том, что я должна вытрахать его до потери сознания, никак не ослабила напряжение между нами.

— Это довольно приличный результат. Я регулярно борюсь с оргазмом, и тебе удалось заставить меня кончить, так что, учитывая все обстоятельства, я, вероятно, увеличу оценку до семи из десяти.

Когда я заканчиваю зашнуровывать второй ботинок, я поднимаю взгляд, ожидая найти Сойера там, где я его оставила. Вместо этого он стоит передо мной, и его дыхание овевает мои губы, когда он наклоняется ко мне, его глаза намного темнее, чем я видела раньше.

— Мне не нравится, когда меня сравнивают с другими мужчинами, с которыми ты была.

Я открываю рот, но не могу вымолвить ни слова. Сойер пронзает меня таким взглядом, что я не могу говорить. Тепло разливается между моих бедер, и я быстро встаю.

Я хватаю свою куртку, лежащую рядом, когда чувствую знакомое жужжание в сумке, сообщающее мне, что водитель Uber ждет меня снаружи.

Огромная фигура Сойера возвышается надо мной, и я улыбаюсь ему, дважды похлопывая по плечу.

— Если бы вчера вечером у тебя были такие же глаза, мы бы точно подняли оценку до восьмерки.

Он прикусывает нижнюю губу, ухмыляясь. Я могу сказать, что ему нравится эта перепалка между нами. Даже если он утверждает, что моё дерзкое отношение приводит его в бешенство, я знаю, что это не совсем так.

— Останься, — говорит он, обхватывая своей большой ладонью моё бедро.

Мой телефон снова жужжит.

— И для чего?

Он притягивает меня к себе. Он твердый.

— Чёрт. Кажется справедливым дать мне ещё один шанс на более высокий балл.

Это было бы так просто — одной ладонью надавить на его голую грудь, и через несколько секунд он бы уже лежал на спине. Я могла бы задрать платье и опуститься прямо на него, показывая ему, как мне нравится всё контролировать.

Я качаю головой, передумывая. Мне не нужен Сойер Брайс внутри меня снова. Но я придерживаюсь своего мнения.

— Нет, — резко отвечаю я.

Его рука опускается с моего бедра, глаза сужаются.

— Теперь ты планируешь полностью игнорировать меня после каждой игры?

Снаружи раздается автомобильный гудок, и я немедленно поворачиваюсь, чтобы уйти.

Я поворачиваю ручку на двери его спальни, оглядываясь на него. Странное чувство сожаления поднимается в моём животе, но так же, как и покалывание, я подавляю и это.

— Маккензи.

Он чешет затылок, явно сбитый с толку.

— Что?

— Это моя фамилия. Прошлой ночью ты сказал, что не знаешь её, поэтому я говорю тебе сейчас. Я не планирую игнорировать тебя, Сойер. На самом деле, я вообще не планирую ничего менять между нами. Ты хоккеист, чей товарищ по команде встречается с моей подругой. Мы оба были возбуждены, поэтому провели ночь вместе, и ты сам сказал, что у тебя давно не было секса. В буквальном смысле этого слова.

Сойер качает головой и поднимает её к потолку.

— Коллинз Маккензи, — он произносит это имя с восхитительным южным акцентом, словно пробуя его на вкус.

Я раздраженно пожимаю плечами, чертовски готовая вернуться домой.

Наконец, он возвращает своё внимание к моему лицу, всё ещё с горящим взглядом.

— Красивое имя. Но я думаю, что предпочитаю “малышка”.

ГЛАВА 3

СОЙЕР

Родители Софи, Алисса и Дом, живут всего в паре кварталов от меня, в Коббл — Хилл. Их дом из коричневого камня идентичен моему и имеет три этажа плюс подвал. Пятьдесят процентов своего времени Эзра проводит с ними, а другую половину — со мной. Честно говоря, я не знаю, что бы я делал без них. Сразу после смерти Софи я потерял всякую способность функционировать, и Алисса с Домом взялись помогать ухаживать за Эзрой и растить его.

На волоске висел не только мой рассудок, но и моя хоккейная карьера — я был готов уволиться и устроиться на обычную работу, которая не требовала бы находиться несколько дней или недель на другом конце страны. Алисса и Дом спасли меня.

Я лезу в карман куртки и достаю ключи от их дома, открываю дверь и захожу внутрь.

— Эй, вы где? — спрашиваю я. Я бросаю ключи в специальную подставку на столике и направляюсь на кухню, где они почти всегда и находятся.

— Сюда, наверх! — слышу я голос Алиссы, доносящийся из гостиной этажом выше.

Поднимаясь по лестнице, я направляюсь в заднюю часть дома и нахожу своих родственников читающими на диване. Эзра совершенно не замечает моего присутствия, он сидит в единственном кресле и выкрикивает какие — то инструкции в телевизор, установленный над камином. Его уши закрывают наушники, и он крепко сжимает свой игровой контроллер PlayStation, поглощенный своей последней видеоигрой.

Я подхожу к нему и снимаю наушники с его уха.

— Привет. Меня зовут папа, и я здесь, чтобы забрать тебя.

Он отстраняется, быстро одаривая меня ухмылкой, прежде чем его глаза возвращаются к экрану.

— Сразу после этой последней битвы.

— Он играл последние два часа, — Дом закрывает книгу и кладет её на столик перед собой. — Становится всё труднее возвращать его