Попаданка: Алиса в чужом мире. - Нина Марченко

об этом подумала раньше, чем я: как только я надела платье и туфли, она наколдовала передо мной зеркало.«Я когда‑нибудь перестану удивляться?! Наверное, да, но только когда привыкну — не раньше».

Из зазеркалья на меня смотрела молодая девушка со светло‑русыми волосами, зелёными глазами и в меру пухлыми губами. Я не слишком высокая, тело стройное, с округлостями в нужных местах. В общих чертах — симпатичная. Платье красиво подчёркивало цвет глаз и выгодно смотрелось на фигуре. Туфли, как я и ожидала, были удобными.

— Тебе очень идёт это платье, дочка! Ты такая красавица! — улыбнулась Сиалла.

— Спасибо! — смущённо произнесла я.

— Алиса, нам ещё кое‑что нужно обсудить, — она внимательно на меня посмотрела и, дождавшись, когда я согласно кивну, продолжила: — Если у нас не получится вернуть тебя в родной мир, то тебе придётся поступить в Академию Магии.

Я хотела возразить, но женщина остановила меня жестом руки:

— Подожди, девочка, не перебивай. Всплески неконтролируемой магии очень опасны — как для окружающих, так и для тебя самой. Поэтому это просто необходимо: там тебе помогут контролировать магию и потоки энергии. Плюс к этому ты получишь профессию и сможешь зарабатывать на хлеб сама.

Она сделала паузу, а потом тихо добавила:

— Есть и другой выход — выйти замуж. Но тогда магию заблокируют, так как ты её не контролируешь. Выбор только за тобой, Алиса. Конечно, не нужно делать поспешных выводов и давать ответ прямо сейчас.

Я не сказала на это ничего и весь оставшийся день проходила мрачнее тучи. К вечеру Сиалла приготовила для меня лохань с горячей водой, и наконец, спустя несколько дней, я смогла помыться с душистым мылом.

На следующий день, как и обещала, Сиалла, мы собрались отправиться в Империю Рейна. На мне было надето платье, что купила Сиалла. Ещё женщина настояла, чтобы я надела поверх платья мантию с капюшоном.

Когда я наконец собралась, мы вышли на улицу. Природа здесь не отличалась от земной, но её красота меня поразила. Только тут я вспомнила, как недавно так же восхищалась природой Шотландии — здесь она была ничуть не хуже. Деревья одеты в ярко‑зелёное убранство, мягкая трава стелется по земле. Воздух напоён запахом трав и разогретой солнцем древесины, распустилось множество лесных цветов. От хижины вела извилистая тропинка, уводя вглубь загадочного леса. Сквозь деревья рваными лучами пробивалось солнце.

По пути я вдруг подумала, что ничего не знаю о Сиалле. Интересно было бы услышать про её жизнь.

— Сиалла, расскажите о себе! — попросила я.

— Что бы ты хотела узнать? — мягко улыбнулась она.

— Ну… О вашей жизни, чем вы занимаетесь, есть ли у вас семья? Да, в общем‑то, всё, что вы сами пожелаете мне рассказать!

Сиалла задумалась и некоторое время молчала, видимо решая, что можно мне рассказать, а чего не стоит. Тяжело вздохнув, она всё же решилась начать свой рассказ:

— Когда‑то у меня была семья: муж и дочка. Мы жили в Империи. Я работала в парке Хьюгон. В этом парке содержатся животные, которые на грани вымирания. Мой муж был Стражем разведки — в его обязанности входило узнавать, что происходит в опасных местностях вблизи от Империи.

Она замолчала, и я заметила, как дрогнули её губы.

— Так однажды ему пришлось отправиться в пустошь Эйгорн — там был прорыв пустынных монстров, низменных созданий «вольм». Я никогда не видела этих монстров своими глазами, но когда училась в академии, мы изучали этих существ и даже видели их изображение на картинке. Это крупные существа со страшными клыками, на голове — длинные рога, массивные лапы вооружены смертоносными когтями, хвост не менее опасен — похож на булаву с острыми шипами. Эти создания сначала раздирают свою жертву, а потом высасывают остатки жизненной и магической энергии. Мёртвые тела несчастных с трудом можно опознать… Среди этих несчастных оказался и мой муж.

Голос Сиаллы дрожал, в конце рассказа потекли горькие слёзы. Я остановилась и обняла её, не зная, как ещё могу поддержать женщину.

— Знаете, я вас понимаю. Не так давно я тоже потеряла своих родителей! Простите меня, я не думала, что ваша история окажется столь печальной, — поглаживая её по спине, пыталась успокоить я. — Расскажите мне, чем вы сейчас занимаетесь, почему живёте одна в лесу? — постаралась увести разговор от печальной темы.

— Я природный маг, поэтому после трагических событий стала хранительницей леса. Близость с природой помогла залечить душевные раны, — сказала она. — Ну вот, мы уже подходим к Империи Рейна. Деточка, я тебе сочувствую! Утрата родителей — это очень тяжело.

За разговорами я и не заметила, как мы преодолели путь: вытоптанная тропинка сменилась вымощенной диким камнем дорожкой. Дальше мы шли молча — я была занята разглядыванием окружившей меня красоты.

Когда мы вышли из леса, то сразу же увидели небольшую реку. Её вода была необычайно голубой и прозрачной настолько, что можно было разглядеть, как перемещаются косяки рыб, а блики солнечных лучей создавали иллюзию россыпи драгоценных камней. Мы шли вдоль реки к каменному мосту. Солнце уже стояло высоко, а небо было чистым, без единого облачка. За мостом располагались ворота в виде арки — наверное, за ними и была Империя Рейна. Перед стенами ограждения расстилались зелёные лужайки.

Мы прошли в ворота и оказались на площади с фонтаном. По бокам стояли полукругом каменные дома с красной черепицей. Двух‑ и трёхэтажные строения отличались только разным оформлением растительности.

Когда мы миновали площадь, то вышли на широкую улочку, где, словно в Средневековье, проезжали экипажи с запряжёнными в них парами лошадей. Колёса ритмично стучали по булыжной мостовой, а кучера в тёмных кафтанах покрикивали на лошадей, ловко управляя упряжками.

Женщины были одеты в платья разных фасонов — длинных, с пышными юбками и высокими воротниками, украшенными кружевами. Никаких вульгарных мини‑юбок или чего‑то подобного: всё скромно, но со вкусом. Мужчины носили брюки с выглаженными стрелками либо просто просторные штаны, рубашки, сорочки и пальто всех оттенков серого и коричневого — преимущественно тёмные цвета. И никаких джинсов или спортивных костюмов: здесь царили традиции, а не современная мода.

Я с любопытством разглядывала прохожих: кто‑то нёс корзины с овощами, кто‑то — связки книг или свитки пергамента. В воздухе витали ароматы свежевыпеченного хлеба, пряных трав и горячего мёда. Над некоторыми домами висели вывески с непонятными символами — видимо, местные лавки и мастерские.

Через некоторое время мы добрались до