Развод с драконом. Учительница для проклятых наследников - Диана Фурсова

родовой книги. Не после Селесты. Не после того, как он стоял рядом с другой женщиной и подтверждал развод так спокойно, будто подписывал обычное распоряжение.

— Тогда скажи сейчас, — произнесла она. — Без Совета. Без свидетелей. Без родовых формул. Скажи, почему.

Ардан посмотрел на неё, и на миг ей показалось, что он действительно скажет. Что сейчас рухнет эта ледяная стена, которую он строил месяцами. Что он объяснит, зачем унизил её публично, зачем привёл Селесту, зачем отнял имя.

Но драконьи лорды были мастерами молчания. Иногда их молчание убивало точнее огня.

— Так было необходимо, — сказал он.

Элиана тихо рассмеялась. Не весело. Горько, почти беззвучно.

— Как удобно. Самые жестокие вещи всегда оказываются необходимыми, если произносить это достаточно твёрдым голосом.

— Ты не понимаешь, во что вмешалась.

— Я ни во что не вмешивалась. Меня вызвали в зал и развели с мужем.

— Совет не простит твоих слов.

— Совет уже забрал у меня всё, что мог забрать за один день. Чем ещё он меня напугает?

Ардан резко посмотрел в сторону дверей, словно боялся, что их услышат. Это движение насторожило её сильнее любого ответа.

— Ты должна уехать из столицы, — сказал он. — Чем скорее, тем лучше.

— Должна? — Элиана медленно кивнула. — Как бывшая жена я больше не обязана исполнять приказы главы рода Рейвард.

Он сжал пальцы.

— Элиана, ради всего, что между нами было…

— Не трогай это, — сказала она тихо.

Он замолчал.

Впервые за долгие месяцы она увидела, что её слова задели его. Не ранили смертельно, нет. Таких, как Ардан, нельзя было ранить одним словом. Но где-то под бронёй что-то дрогнуло. И от этого не стало легче.

В конце коридора появились двое стражей Совета. Они шли быстро, и у одного в руках был свиток, перевязанный серебряной нитью. Элиана сразу поняла: это ещё не конец. Слишком много было в сегодняшнем дне аккуратности. Слишком мало случайности.

Стражи остановились в нескольких шагах и поклонились Ардану.

— Лорд Рейвард. Леди Верн. Совет просит вернуться для объявления дополнительного распоряжения.

— Какого распоряжения? — спросил Ардан раньше, чем Элиана успела открыть рот.

Страж опустил глаза.

— Оно касается леди Верн.

Ардан изменился мгновенно. Не внешне — нет, лицо осталось почти непроницаемым. Но воздух вокруг него стал плотнее, тяжелее, горячее. Дракон под человеческой кожей поднял голову.

— Совет завершил процедуру развода, — произнёс он. — Никаких дополнительных решений без моего присутствия быть не может.

— Именно поэтому вас и просят вернуться, милорд.

Элиана посмотрела на свиток. Серебряная нить на нём была не синей, как у рода Рейвард, и не золотой, как у брачных документов. Чёрная печать на конце напоминала крыло, рассечённое вертикальной линией.

Она видела такой знак лишь однажды — на двери старого закрытого экипажа, который прибыл во дворец поздней ночью три года назад. Тогда Ардан велел ей не выходить из покоев, а утром все слуги делали вид, что ничего не произошло. Только в дальнем крыле после той ночи сменили замки, а из родовой хроники исчезла одна страница.

— Что это? — спросила Элиана.

Ардан посмотрел на печать и побледнел так, как не бледнел даже в зале Совета.

— Северная Академия, — сказал он.

В его голосе было не удивление. Страх.

Элиана не успела спросить, почему один из сильнейших драконов королевства боится академической печати. Двери Зала Совета снова распахнулись, и Вальтор вышел на порог сам. Теперь он не выглядел торжествующим. Скорее раздражённым тем, что вынужден продолжать дело, которое предпочёл бы завершить одним красивым ударом.

— Леди Элиана Верн, — произнёс он, — решением Совета ваше отбытие из столицы откладывается.

Ардан шагнул вперёд.

— Нет.

Одно слово. Низкое, глухое, почти нечеловеческое.

Вальтор поднял брови.

— Вы забываетесь, лорд Рейвард.

— Я сказал: нет.

Элиана перевела взгляд с одного на другого. Ещё полчаса назад Ардан сам отдал её Совету. Теперь стоял между ней и тем же Советом так, будто готов был сжечь зал за одно лишнее слово.

Поздно, подумала она. Как же поздно.

— Что за распоряжение? — спросила она, не позволяя Ардану говорить за неё.

Вальтор развернул свиток.

— В связи с освобождением от обязательств перед родом Рейвард и отсутствием у леди Верн действующей родовой службы Совет назначает её на временную должность в Северной Академии драконьих наследников.

Элиана не сразу поняла смысл слов.

— На должность?

— Да.

— Я не принадлежу к преподавательскому кругу.

— Именно это обстоятельство было учтено.

Ардан тихо выругался на древнем драконьем языке. Элиана знала всего несколько слов, но даже их хватило, чтобы понять: ничего хорошего это распоряжение не сулило.

Вальтор продолжил:

— Леди Элиана Верн назначается учительницей закрытого класса наследников, находящихся под особым надзором Совета. Срок службы — до окончания зимнего испытательного цикла или до отдельного решения старших домов.

Закрытый класс.

Северная Академия.

Наследники под особым надзором.

В голове Элианы вспыхнули обрывки разговоров, которые при ней обрывали слишком резко. Дети, которых не показывали на праздниках. Наследники, у которых сила просыпалась неправильно. Драконьи семьи, стиравшие имена из приглашений, но продолжавшие отправлять золото в закрытые фонды Академии. Она знала только слухи, потому что жёнам без дара такие вещи не объясняли.

Ардан знал больше. Это было видно по тому, как он смотрел на свиток.

— Вы не можете отправить её туда, — сказал он.

— Можем, — ответил Вальтор. — И уже отправили.

— Она не магистр. Не дракон. Не воин. У неё нет защиты рода.

— Как вы сами сообщили Совету, лорд Рейвард, у леди Верн нет дара, который мог бы представлять опасность для учеников. Нет наследственных обязательств, которые помешали бы ей служить. Нет детей, чьи интересы могли бы пострадать. И нет положения в вашем доме, которое давало бы вам право оспорить назначение.

Каждое слово било Ардана его же приговором.

Элиана вдруг поняла всю изощрённость решения. Они использовали всё, чем её унизили, чтобы сделать удобной фигурой. Без рода — значит, можно направить. Без дара — значит, не страшно потерять. Без мужа — значит, некому официально возражать. Без влияния — значит, никто не станет поднимать шум.

Селеста появилась в дверях зала и остановилась чуть позади Вальтора. На её лице было сочувствие, но глаза блестели слишком ярко.

— Как неожиданно, — сказала она. — Впрочем, леди Элиана всегда отличалась терпением. Возможно,