Клятва не о любви... - Мастерица

Он смотрел на девушку, которая через пару мгновений должна была стать его "женой", мимоходом отметил её внешнюю красоту, которая тем не менее его не зацепила. Увидел её огромные сияющие глаза и улыбнулся. Все вокруг видели, что она влюбилась в него. Так даже лучше. Так будет больнее ей и её отцу после того, что он сделает с ней.

Почти семнадцать лет назад Маккалистер предал, отправил на смерть его родителей, а он, восьмилетний ребёнок должен был умереть для всего общества, стать никем, чтобы выжить и отомстить. Долгие месяцы он скитался по грязным улочкам Лондона, прежде чем его нашёл брат отца и определил его будущую судьбу. И судьба эта была холодна как сталь — месть.

Он смотрел на девушку, которая через пару мгновений должна была стать его "женой", мимоходом отметил её внешнюю красоту, которая тем не менее его не зацепила. Увидел её огромные сияющие глаза и улыбнулся. Все вокруг видели, что она влюбилась в него. Так даже лучше. Так будет больнее ей и её отцу после того, что он сделает с ней.

Наконец, клятвы принесены, праздник, на котором присутствовали сотни гостей подошёл к концу и молодые, наконец, остались одни в своих покоях. Невесту уже подготовили другие женщины и она стояла сейчас перед ним в белоснежном лёгком одеянии, которое не скрывало очертание её юного тела.

Максвелл неспешно налил виски в два бокала и один протянул Эйлис.

— Выпей, — сказал он, — это тебе сейчас необходимо.

Девушка доверчиво приняла стакан из рук и сделала маленький глоток, тут же сморщив свой хорошенький носик.

— До дна, — приказал он и девушка послушалась. Выпила всю жидкость.

Поставив стакан на стол, она робко посмотрела на него. Он, одним махом осушив свой бокал, резко отбросил его и так же резко подошёл к ней вплотную. Впишись в губы девушки требовательным поцелуем, он сбросил белоснежный халат с её плеч одним движением. Под ним оказалась полупрозрачная сорочка, которую он тут же потянул в верх, на мгновение прервав поцелуй. Отбросив её в сторону, он подхватил обнажённую девушку и уложил на кровать. Возбуждение бурлило в нём, и не только от вида стройного тела, но и от мысли, что он так близок к тому, чтобы сделать своему врагу больно.

— Не бойся, я не причиню тебе много боли, — солгал он, целуя девушку. Оторвавшись от её губ лишь на пару мгновений, чтобы сбросить одежду, он вновь завладел её ртом.

Поцелуи его были горячими, почти обжигающими, Эйлис тонула в них. Но, когда Максвелл провёл рукой по ноге, туда, где её ещё никто не касался, она попыталась отстраниться, но он удержал её, а затем раздвинул ноги. Устроившись меж её бёдер, он обхватил её голову руками и взглянул в глаза.

— Ты доверяешь мне? — спросил он.

— Да, — тихо ответила Эйлис.

В то же мгновение он резко вошёл в неё и замер. У Эйлис перехватило дыхание от пронзившей её боли.

— Дыши, — приказал он и она сделала глубокий вдох. Максвелл тут же снова принялся её целовать и, когда она немного расслабилась, стал двигаться в ней. Его руки исследовали её тело, губы не выпускали из своего плена её рот. Эйлис больше не было больно. Необычно, дискомфортно, да, но боль куда-то ушла, сменяясь странным удовольствием. Она не знала, сколько прошло времени, прежде чем Максвелл излился в неё и вышел из тела.

— Спи, — сказал он, и она закрыла глаза и погрузилась в сладкий сон.

Эйлис резко проснулась, как будто её кто-то толкнул. Открыв глаза, она села на кровати и огляделась. Она была одна. Первые лучи солнца пробивались в окно. Она осторожно поднялась с постели и одела нижнюю рубашку. В камине уже потух огнь и поэтому в комнате было прохладно. Осторожно ступая босыми ногами по холодному полу, девушка подошла к окну. Во дворе тоже никого не было. Где же Максвелл? В дверь коротко постучали и Эйлис разрешила войти. В комнату вошла молоденькая служанка.

— Госпожа, вы уже проснулись? Господин приказал, как только вы проснётесь помочь вам одеться и проводить вас до экипажа.

— До экипажа? Мы куда-то едем? — удивилась Эйлис.

— Господин сказал, что это сюрприз, — опустив глаза сказала девушка. Она подошла к шкафу и достала бельё и совершенно новое платье из ярко-красной ткани.

— Что это? — спросила она у служанки. Платье было такого вызывающего цвета и фасона, что Эйлис засомневалась, стоит ли одевать его.

— Господин приказал одеть вам это платье, — голос девушки стал ещё тише и Эйлис показалось, что она вот-вот расплачется.

Эйлис позволила служанке помочь ей одеться. Но, поверх вызывающего платья она набросила лёгкую накидку, скрывающую декольте. Спустившись, в сопровождении девушки, к крыльцу, она увидела чёрную карету. Дверь ей услужливо открыл лакей. И она, с его помощью, забралась внутрь.

— Как спалось, душа моя? — услышала она из глубины кареты голос мужа. Он сидел на скамье, обитой чёрным бархатом. Эйлис села напротив него.

— К чему всё это? Куда мы едем? — спросила она.

Он не ответил на её вопрос и приказал кучеру трогать.

— Куда мы едем? — повторила она вопрос.

Максвелл снова проигнорировал её вопрос и хмуро осмотрел.

— Что это на тебе? — он протянул руку и стащил накидку с её плеч. — Так лучше!

Он улыбнулся, а у Эйлис вдруг мороз прошёл по коже. Это улыбка была больше похожа на оскал.

— Что... Что происходит, Максвелл?

Улыбка сошла с его лица и он смотрел на неё тяжёлым взглядом, в котором она с удивлением увидела ненависть и презрение.

— Наконец-то можно не притворяться, — сказал он, разминая шею и вновь хищно улыбаясь, — ты знаешь, кто я?

— К..конечно знаю, — голос девушки дрожал, — ты — мой муж.

Максвелл расхохотался. А Эйлис с ужасом смотрела на него.

— Муж? — презрительно выплюнул он, — да будь ты хоть трижды дочь короля, я бы никогда не женился на тебе, дочери предателя. Я НИКТО тебе, понимаешь?! НИКТО!

— Но, вчера...

— Вчера церемония была не настоящая, священник — ненастоящий. Свадьба — фальшивка!

— Но как такое возможно?..

— Деньги способны творить чудеса, знаешь ли.

— Но сегодня ночью, мы стали мужем и женой, — слёзы брызнули из глаз Эйлис.

— Сегодня ночью, ты как шлюха, раздвинула ноги перед абсолютно посторонним мужчиной. Поздравляю, дорогая, ты опозорила весь свой род! Опозорила своего отца. Сделала именно то, что нужно мне. Спасибо тебе за это.

Он неожиданно пересел на её скамью и, резко притянув Эйлис к себе, впился в губы грубым поцелуем.