Папа укради мне маму - Ирина Ярова

Взяв в руки старый, но добротный веник из березовых веток, я задрала голову вверх. То, что я увидела, заставило меня поморщиться от отвращения. Потолок был буквально затянут паутиной — густой, липкой, местами свисающей длинными нитями. В углах виднелись целые паучьи города с их восьминогими обитателями различных размеров.

Я всегда панически боялась пауков. Еще в детстве, когда мама была жива, она терпеливо выносила каждого паука из дома, объясняя, что они полезные и не нужно их убивать. Но после ее смерти никто не защищал меня от этих созданий, и страх только усилился.

Встав на цыпочки и подняв веник как можно выше, я попыталась дотянуться до ближайшего скопления паутины. Но как бы я ни тянулась, ни подпрыгивала, мой небольшой рост не позволял достать до потолка. Веник проходил в опасной близости от паутины, но не касался ее.

— Проклятье! — пробормотала я себе под нос, чувствуя, как раздражение нарастает.

Оглядевшись по сторонам в поисках решения, я увидела в углу деревянный стул с потертым сиденьем. Он выглядел достаточно крепким, чтобы выдержать мой вес.

Подтащив стул в нужное место, я осторожно взобралась на него. Теперь потолок был в пределах досягаемости. Я подняла веник и начала осторожно сметать паутину, стараясь не потревожить ее обитателей. Но в одном из углов сидел особенно крупный паук, и при виде приближающегося веника он вдруг неожиданно спрыгнул прямо на меня.

— АААААА! — заорала я так, что, наверное, было слышно на всю округу.

Паника охватила меня мгновенно. Я начала отчаянно смахивать с себя восьминогое чудовище, размахивая веником и подпрыгивая на стуле. В какой-то момент я почувствовала, как теряю равновесие, и стул опасно накренился.

В дом стремглав вбежал встревоженный Эдгар. Его лицо выражало такую тревогу, словно на дом напали разбойники. Оценив ситуацию одним быстрым взглядом, он успел подскочить ко мне и подхватить на руки как раз в тот момент, когда я окончательно потеряла равновесие и готова была рухнуть вместе со стулом.

Его руки были сильными и уверенными, а в глазах читалась неподдельная забота. На мгновение я почувствовала себя в безопасности, прижавшись к его широкой груди.

— Что происходит? — спросил он, все еще держа меня на руках, а его дыхание слегка участилось от волнения.

— На меня тут... паук прыгнул, — ответила я, все еще дрожа от испуга и отвращения. Мой голос звучал жалобно, почти по-детски.

— Что? — Эдгар сдвинул брови, и в его взгляде промелькнуло недоумение. — Паук? Но откуда он взялся?

— С потолка, — ответила я, постепенно приходя в себя от шока, но все еще оглядываясь по сторонам в поисках упавшего чудовища.

Эдгар медленно обвел взглядом дом и только теперь заметил густую паутину, которая покрывала потолок. Его лицо стало виноватым — очевидно, он давно не обращал внимания на состояние своего жилища.

— И стоило из-за этого так орать! — раздраженно заметил он, но в его голосе слышались нотки смущения.

Его слова задели меня за живое. Неужели он не понимает, насколько мне было страшно?

— А может, я их боюсь! — обиженно дернула я плечом, освобождаясь от его объятий и становясь на ноги. — Не все же такие храбрые, как вы!

В моих словах звучала и обида, и уязвленная гордость. Мне хотелось, чтобы он понял — для меня это был настоящий ужас, а не просто капризы избалованной девчонки.

Дени все это время сидел в углу, наблюдая за нашей перепалкой выпученными от изумления глазами. В его маленьких ручках он держал яркую игрушечную машинку, на которой, к моему ужасу, восседал паук — видимо, тот самый, что прыгнул на меня.

Увидев, как восьминогое чудовище медленно перебирается ближе к малышу, я испуганно ойкнула и, забыв о своей обиде на Эдгара, схватила веник обеими руками.

— Дени, убери руку от машинки! — закричала я, кидаясь вперед с решимостью воина, идущего в бой.

Малыш, испугавшись моего крика, растерянно убрал руку, и в этот момент я с воинственным кличем обрушила веник на несчастного паука со всей силы, на которую была способна.

Удар получился такой мощный, что паук отлетел к потолку, а бедная машинка под натиском веника рассыпалась в дребезги. Пластиковые детали разлетелись по всей комнате с характерным треском.

Тишину нарушил горький плач Дени. Малыш смотрел на обломки своей любимой игрушки с таким отчаянием, словно потерял самое дорогое на свете. Слезы катились по его пухлым щечкам, а губы дрожали от сдерживаемых рыданий.

— Ну что, довольна? — покачав головой с выражением усталости и легкого раздражения, Эдгар подошел к сыну и взял его за маленькую ручку.

В его словах не было злости, скорее — грустная обреченность.

— Прости, я не хотела ломать машинку, — сказала я, чувствуя, как вина давит на сердце тяжелым камнем. — Я хотела убить паука. Он мог укусить Дени!

Мне было стыдно и неприятно, что я стала причиной слез малыша..

— Это сенокосец, — спокойно объяснил Эдгар, поглаживая сына по голове. — Он совершенно безобидный. Даже если бы укусил, что крайне маловероятно, ничего страшного не случилось бы.

— А я откуда об этом знаю! — вспыхнула я, чувствуя, как щеки горят от смущения и негодования. — Я спасала жизнь малыша!

В моих словах была и искренняя забота о ребенке, и желание оправдать свой порыв, и раздражение от того, что меня не понимают.

— Ладно, спасительница, — вздохнул Эдгар, и в его голосе послышались нотки снисходительной иронии. — Я пошел за курицей для обеда. А ты пока успокой ребенка. Это была его самая любимая игрушка.

С этими словами он направился к выходу, но Дени цепко вцепился в его рубашку, явно не желая оставаться наедине со мной.

Малыш обиженно сопел, прижавшись к груди отца всем своим маленьким тельцем. Его глаза, полные слез, бросали на меня укоряющие взгляды. В них читались и страх, и обида, и детская беззащитность перед взрослой несправедливостью.

— Прости, Дени, — сказала я, опускаясь на корточки, чтобы быть на одном уровне с малышом. В моем голосе звучала искренняя вина и желание загладить свою ошибку. — Я правда не хотела ломать твою машинку. Я испугалась паука и... это получилось случайно.

Немного помедлила, подыскивая слова, которые могли бы достучаться до детского сердца.

— Давай попробуем починить ее вместе? Может быть, мы сможем собрать все детальки обратно. А потом ты поможешь мне приготовить обед для папы. Я еще не очень умею готовить на печке, и мне нужен такой умный помощник, как ты.

Малыш перестал плакать и надувать губы. В его глазах промелькнула надежда, смешанная с детским любопытством. Он внимательно