Бессмертная - Елена Александровна Тимофеева

— Да услышат тебя боги, Бессмертный! — улыбнулась она в ответ.

Как раз и Демира подъехала, чтобы увидеть, с какой теплотой смотрят они друг на друга, и как искрят синие льдинки в глазах инквизитора Кронии, который тоже увидел это тепло в их глазах.

Королева вновь ощутила в сердце острый укол ревности — второй раз за это утро! Для неё Арий Конрад не был таким другом, как для них, для Арии и Гарканы!

— Приветствую тебя, великий инквизитор, — Демира склонила голову, приложила к груди ладонь. — Куда путь держишь?

— И я приветствую тебя, королева Руаны, — Торвальд Лоренцо ответно поклонился ей. — Жену свою домой везу, в Кронию.

Демира оглядела коней, обвешанных мешками трав и туесками с мочёной брусникой — Гаркана ни в какую не желала бросать свои запасы. Посмотрела на сошедшую с дороги и щиплющую первую травку козу, беса Потаньку, что сидел на корточках и ковырял в носу от безделья, и фыркнула.

— Так и войдёшь в Кронию со всем добром, Великий? Дозорные со смеху помрут!

— Пускай только хихикнут, всех за рёбра на крюки поперевешаю, — привычно посулил он.

Гаркана охнула, округлила в испуге серо-зелёные глаза.

— Слушай больше! — успокоила её Демира. — Повешает он! Вешальщик! Отвешался давно, миротворец! Девку, что с кинжалом на него бросалась и народ на бунт подняла, и то помиловал!

— Какую-такую девку? — ревниво свела брови Гаркана.

— Знамо, какую, Валерию мою, — отозвался Ливий, — благодарствую тебя за неё, Великий! Счастье мне подарил, послав её в войска королевы! Жена она мне теперь, та твоя бунтарка Валерия, и дитя моё носит! Поклон тебе шлёт и пожелание здравствовать вечно!

— Кронос всевышний! — изумился Инквизитор. — Кто бы подумал, что так всё обернётся! Как же сошлись твои дороги с нею, министр? На тебя тоже с кинжалом полезла?

— Не! — махнул рукой Ливий. — С палкой!

Торвальд Лоренцо прыснул смехом.

— Ну, совет да любовь вам! Щедры к вам боги! Передай и ей поклон ответный, пусть бремя её лёгким будет, разрешение быстрым, а дитя здоровым и сильным!

— Благодарю тебя на добром слове, великий инквизитор, — Ливий поклонился. — Проезжайте, да помогут вам боги, а опосля вас и мы поедем.

— С козой? — рассмеялась Демира.

— Бери козу, Ария, — Гаркана наклонилась, отвязала верёвку, протянула принцессе, — коза добрая! Ведёрница! А смирная какая!

— Да куда ж я с нею? — Ария растерянно оглянулась, ища поддержки.

— Чего ты, бери! — подбодрила Демира. — Не бросать же её в лесу. Так и прибудешь к Феанору. Скажешь, вот, мол, царь, на белой козе к тебе подъехала!

— Галитесь, да, весело вам? — Злые слёзы готовы были брызнуть из глаз принцессы. — Давайте тогда и беса! Всё едино!

— Беса не отдам! — тут же отозвалась Гаркана, приняв всё за чистую монету.

Потанька услыхал, что о нём гутарят, вскочил, подбежал к ней, уткнулся мордочкой в колени.

— Инквизитор, ты смотри, чтобы беса там не обижали в твоей Кронии, слышишь? — напутствовал Арий Конрад. — Как твой народец посмотрит, мало того, что ведьму за собою в столицу тащишь, так ещё и беса следом!

— Не так посмотрят, так глазья им всем повытыкиваю да на пали посажаю, чтоб неповадно было, — Торвальд Лоренцо долго не раздумывал.

— Довольно страстей-то! — поморщилась Демира. — Не знай я твоё правление последние года, так и поверила бы!

Гаркана смотрела на спокойное красивое лицо королевы, и не сжимала уже колючая рука ревности её сердце. В далёкие дали ушло то время, когда она желала видеть у своих ног поверженной могущественную соперницу и в безумной ревности направляла армию инквизиции на мирные города Руаны.

Пред нею стояла мудрая и сильная женщина, повидавшая много, познавшая жизнь. Глубоко на дне её чёрных глаз вспыхивал, мерцал живой огонь, но в нём затаилось страдание, далеко упрятанная вековая, неизбывная тоска.

Гаркана перехватила взгляд Арий Конрада, устремлённый на королеву, молящий, требовательный, полный томительного ожидания, и вздохнула. Стыдом обжигали её воспоминания. В каком же плену бредовых иллюзий находилась она, всерьёз думая, что станет возлюбленной Бессмертного, оттеснив Демиру с его дороги?

— Крония в другой стороне, — напомнила королева, — что, дорогу буреломом завалило, что идёшь в окружную, по руанским землям, Великий?

— Да до ближайшей корчмы или деревни идём, — ответил Торвальд Лоренцо, — козу вон с рук сбыть, да повозку купить. Ежели напрямую до Кронии, то дорога там плохая, лесом всё да через овраг. Снега ещё не сошли, долго мы так идтить будем. Верхом ей уже не надо бы, растрясёт, — указал на Гаркану, — да и не застудилась бы в пути. А в повозке довезу её, будто сосуд драгоценный!

— Береги своё счастье, — пожелала Демира. — Око Сварога да путь вам осветит! Прощайте и ступайте с миром!

Кавалькада поехала дальше, к пристани. Великий инквизитор проводил взглядом удаляющуюся процессию и повернулся к своей возлюбленной. Колючие льдинки ревности и обиды сверкали в его синих глазах.

— Я видел, как ты смотрела на Бессмертного, Гаркана! — уронил он упрёк.

— Что ты видел? — вскинулась она. — Ты скажи-ка мне лучше, что за такая Валерия, что с кинжалом на тебя бросилась, а ты ей вольницу подарил! — парировала ответно.

— Валерия? — удивился неожиданной атаке великий инквизитор. — Так сказала же всё королева! Смутьянка из народа, дура безмозглая! Собрала людей с окраины да учинила бунт в столице! Богов статуи порушила, пожары устроила!

— И на тебя с кинжалом бросилась? — Гаркана шагнула к нему, её глаза потемнели от злости. — А ты ристался с ней? Как со мной? А после тоже проучил её, чтоб неповадно было? Как меня тогда, а? Министр говорит, брюхата она? А от министра ли? Или твой урок так впрок ей пошёл, как и мне, а, инквизитор? — засыпала его вопросами.

Брови Торвальда Лоренцо на лоб полезли от её обвинений, и он чуть не пополам согнулся от безудержного смеха.

— Ох, Гаркана! — он едва говорить мог. — Что в голове твоей, мозги или мякина? Даже с похмелья такое в разум не придёт!

— А твоя умная голова, смотрю я, полна