Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я - Виолетта Вейл

— Я сторона, — ответил Рейнар.

Элина подняла руку с поврежденным пальцем.

— Я подтверждаю, что не согласна со вставленным условием.

— Подтверждение внесем отдельно, — сказала Ада. — Но вы вторая сторона договора и не можете свидетельствовать встречную печать.

Бран назвал имя, должность и номер капитанской печати. Он видел мое возражение с первой ступени и согласился стать первым свидетелем.

Вторым назвался Леон Дарваль, младший брат короля. Он вышел из первого ряда и встал справа от Ады без привычной по гравюрам улыбки.

Я положила заявление на край договора.

— Я, Мира Весс, старший клятвовед, утверждаю, что после подписей сторон в договор второго трона внесено условие о передаче управления королевской стражей и пограничным ремонтным сбором. Требую приостановить это условие и все связанные с ним полномочия до решения открытого суда.

Личная печать легла на бумагу. Рейнар подтвердил заявление как сторона, Бран и Леон расписались свидетелями. Ада поставила судебный оттиск и назвала регистратору статью старой хартии.

На обороте заявления записали обеспечение: лицензия четыре-семнадцать, дом на улице Печатников, личное имущество и свобода заявителя. Рядом поставили дату окончания — сороковой день от сегодняшнего числа. Если обвинение не подтвердится, наказание назначит суд, а не сама печать.

В зале никто не говорил. Никакого света или знака на коже не появилось. Изменился только юридический статус бумаги: с этой минуты ее нельзя было вернуть Палате без открытого решения.

Ада первой прочла правовое последствие.

— До окончания спора заявитель становится гарантом незавершенного второго трона. Ее подпись потребуется лишь там, где закон уже требовал подписи второй стороны. Инициировать указ, распоряжаться стражей или казной она не может.

— Нет, — сказал глава Каменного дома.

— Закон не требует вашего согласия, — ответила судья.

Леон посмотрел на пустой трон, потом на меня.

— Получается, у нас новая невеста?

— Нет, — одновременно произнесли мы с Рейнаром.

Леон медленно выдохнул.

— Хоть один пункт сегодня понятен.

Ада снова ударила печатью по столу.

— Брачную церемонию прекратил король. Встречная печать передает договор суду. Мира Весс получает временный статус гаранта второго трона и публичное обращение, соответствующее королеве. Статус не создает брачных прав, общей собственности, права наследования или самостоятельного управления. Открытое предварительное заседание состоится сегодня.

— Ее следует взять под стражу, — сказал Северин. — До выяснения обстоятельств пожара и незаконного хранения фрагмента.

— Ее имущество уже принято судом в обеспечение заявления, — возразила Ада. — Дополнительное удержание требует отдельного основания.

— Основание перед вами. Госпожа Весс обвинила государственную Палату и наложила встречную печать.

— Я приму ваше заявление в суде.

Северин замолчал. Он не мог спорить с процедурой после того, как сам потребовал ее соблюдать.

Элина сняла каменную корону. Ее пальцы дрожали. Отец наклонился к ней, что-то сказал, но она отвернулась и пошла к боковому выходу без его руки.

Я проводила ее взглядом. Спросить о поврежденном пальце не успела. Рейнар взял мое заявление со стола и прочел до конца.

— Вы поставили под залог дом, — сказал он.

— Это обязательная строка.

— Я умею читать обязательные строки.

— Тогда зачем спрашиваете?

Он вернул лист Аде.

— Хочу понять, вы отчаянная или уверенная.

— Эти качества не исключают друг друга.

Его взгляд снова остановился на моей повязке.

— Вы рассчитывали занять второй трон?

Вопрос прозвучал тихо, но Бран и Ада его услышали.

— Если бы рассчитывала, пришла бы в платье без прожженного подола.

— Одежда является слабым алиби.

— Зато пожар настоящий.

— Это еще предстоит установить.

Он получил основание подозревать меня. Я — не доверять дворцу, где задержали сообщение о подделке.

— Ваше величество, — вмешалась Ада, — до заседания договор и фрагмент должны быть помещены в судебное хранилище. Госпожа Весс должна находиться под защитой, но не под арестом.

— Бран выделит охрану.

— Я вернусь домой за рабочими записями, — сказала я.

Рейнар посмотрел на судебную квитанцию в моей руке.

— Нет.

— Это был не вопрос.

— После сегодняшнего у вас появилось достаточно врагов, чтобы дорога домой стала короткой.

— Вы не можете удерживать меня без постановления.

— Удерживать не буду. Предлагаю дворец до суда: здесь охрана, канцелярия и зал общих решений.

По его тону это звучало как приказ. По закону он не имел права приказать мне остаться.

Я повернулась к Аде.

Судья сняла очки и протерла стекла.

— Формально король не вправе выбирать ваше жилье. Вы можете остаться дома, занять гостевые комнаты суда или принять дворцовую охрану. Но адрес должен быть известен регистратору, а на общие решения придется являться без задержки.

В суде не было ни закрытого архива, ни места для моей работы. Дом находился через половину города, и этой ночью кто-то уже запер меня в горящем помещении. Дворец не внушал доверия, зато здесь Ада могла установить правила до того, как Рейнар успеет назвать заботу приказом.

— До предварительного заседания останусь во дворце, — сказала я. — Потом решение пересматривается. Отдельные комнаты, свободный выход и судебный регистратор на этаже.

— Зафиксируем, — ответила Ада.

Рейнар кивнул. Он получил мое согласие на проживание, а не право распоряжаться им.

Рейнар подозревал меня в попытке захватить власть. Я подозревала людей вокруг него в подделке договоров. Через несколько часов нам предстояло согласовать правила совместной работы.

А пока приходилось делить один дворец.

Глава 2. Сорок дней

Глава 2. Сорок дней

Первое заседание по делу о королевской свадьбе началось в комнате, рассчитанной на шесть человек. Нас было двенадцать.

Два регистратора открытого суда заняли стол у окна. Ада сидела во главе длинной стороны. Рейнар и я оказались напротив друг друга. За его спиной стоял Бран, за моей — пристав, назначенный судьей. Северин пришел с помощником и потребовал отдельное место для представителя Палаты.

Пришлось внести еще один стул. Его ножка качалась на каменном полу, и помощник Северина придерживал сиденье коленом с таким достоинством, будто это тоже входило в государственную службу.

На столе лежали церемониальный договор, мое заявление и папка с обгоревшим фрагментом.

Ада начала с папки.

— Мира Весс, назовите всех, кто касался упаковки после наложения номерной печати.

— Я, стражник западной галереи и вы.

— До наложения?

— Только я. Сам фрагмент после выхода из