Сирота. Фиктивная семья для губернатора - Марго Лаванда

болтала. Что очень крупная шишка в нашем регионе. Жутко богатый олигарх. Но якобы очень жестокий. Поэтому, сбежала от него, еле спаслась, убить ее хотел, за то что аборт от него сделала.

Мать в эти ужасы верила, хоть и знала о болезни сестры.

И вот однажды, совсем недавно, Лана поведала новую историю. Нет, мужчина в ней оставался тем же ужасным деспотом и тираном. Но появился ребенок. Девочка.

Потом открестилась от своих слов, а мама решила проверить. Словно почувствовала. Так мы внезапно узнали, что существует Олеся. Ребенок, не знавший материнской ласки.

Мама поплакала, а потом сказала, что так будет лучше.

– У Ланы своя жизнь, она замуж собирается. Ты в столице, работа хорошая, на ноги встала. И чего нам менять? Я ребенка не потяну. Игорь не захочет, чтобы нянчилась. Еле себе на жизнь хватает.

После развода родители разъехались, дом остался пустовать. В нём начал жить мамин брат-алкоголик.

В него я и привезла Леську на дни временной опеки, в Москву увезти девочку не разрешили… Дядя Валера конечно не был в восторге от моего приезда, дом своим привык уже считать, но впустил, и даже согласился у друга погостить. Я много сил потратила, чтобы отчистить наше старое жилище, насколько смогла, чтобы провести там с племянницей две недели. Потом надо будет что-то решать. Мой отпуск закончится, надо будет возвращаться на работу. С Олесей, если все получится.

Я и подумать не могла, чем все мои планы обернутся.

– Ты хочешь меня вернуть в детдом? – хмурится девочка. – Вот ты какая!

– Я не хочу. Но по правилам…

– Эти дяденьки нам помогут! Пусть стараются!

– Дорогая, мы же даже не знаем, кто они.

– Они важные, на дорогой машине. Дом смотри какой у них. Не порти все. Ты можешь влюбить в себя, например, того, высокого. Он главный.

– Леся, все, – измученно падаю на кровать.

Вот только про любовь мне сейчас не хватает разговоров!

Глава 4

Вскоре в дверь стучат, заходит молодой симпатичный мужчина в белом халате.

– Ну, кто у нас тут больная? – спрашивает бодрым голосом.

– Осмотрите обеих. Возьмите анализы, – за его спиной маячит Павел.

– Уважаемый, анализы с утра надо сдавать. Привезите тогда пациенток в клинику. Там все сделаем.

– Здесь сделайте. Сейчас, – настаивает упрямо, что мне совсем не нравится. Да кого из себя строят эти мужчины?

– Ну хорошо, – вздыхает доктор и приступает к манипуляциям.

Леся хнычет, боится иголок. Кое-как ее успокаиваем. Меня врач осматривает внимательнее. Дает жаропонижающее и настаивает, что девочку надо отселить. Леся категорически отказывается.

– Тяжело с упрямыми больными, – недовольно цокает языком. – Даже и с такими симпатичными. Список лекарств я набросал, опять же, круглосуточных аптек нет, метель усиливается.

– Я тут принесла аптечку, – голос Анны Игнатьевны.

– Отлично. Горло полоскаем, вот это пососать, с антибиотиками пока не будем торопится, но на всякий случай тоже купите, лечение по Рим я расписал, будем на связи. это сейчас примете…

Вскоре врач уходит, а я, напичканная лекарствами, забываюсь тяжелым сном.

Проснувшись, оглядываю комнату. Сквозь сон я слышала, что Лесю увела Анна Игнатьевна на завтрак. Я же не чувствую аппетита. Выпиваю стакан воды, осматриваюсь. Комната чудесная. Кровать очень удобная, я на удивление чудесно спала. На полу пушистый теплый ковер кремового цвета.

Застилаю свою постель вязаным покрывалом персикового оттенка, на которое так и хочется прилечь… Все еще ощущаю сильную слабость.

В центре комнаты стоит кованый журнальный столик, по обеим сторонам от него два кресла. Буквально все в этой комнате выглядит очень дорогим. И совершенно новым.

Кто же все-таки хозяева этого дома? На столе лекарства, принимаю то же, что и вчера по плану лечения. Бреду в ванную, вчера вечером перед сном Леся, которая просто невероятно шустрая, уже показала мне ее расположение. Дальше по коридору. Выглядываю из комнаты. Двигаюсь, держась за стены.

Так, вот и нужная дверь, отлично. Я дошла.

Ванная вся сверкает, полотенец много, просторная душевая кабина за стеклом.

Все тело ломит, я ужасно липкая. Кажется, даже белье промокло ночью, так я потела. Надо бы поменять его… неловко просить об этом, но другого выхода нет.

Из огромного зеркала в стильной черной раме на меня смотрит замарашка. Волосы сальные, торчат в разные стороны, синяки под глазами. Мне нестерпимо хочется в душ. Неудивительно, что меня вчера приняли за алкоголичку! Выгляжу я ужасно и еле стою, такая слабость сильная, меня пошатывает.

Прохожу, раздеваюсь. Надо бы и вещи постирать. До меня только доходит, что я так и приехала сюда в пижаме! Вчера об этом не думала. Так и есть, моя любимая, в красную клетку. Вся пропотевшая. Противно липнет к телу. Так, а в чем я останусь? Все эти гости непредвиденные! Я же не знала, что нас сюда притащат. Вещи не собрала. Лесе тоже…

Хотя, у малышки очень мало одежды, и я планировала купить что-нибудь новенькое, порадовать ее. Но потом оказалось, что все деньги ушли на взятку, чтобы забрать себе Лесю хоть ненадолго. Выцарапать ребенка из системы – безумно сложно, я даже не подозревала об этом.

И что же мне теперь делать? Конечно, я намекну хозяину дома, что нахожусь в крайне неудобной ситуации. Но мне нужно решить проблему прямо сейчас! Немедленно.

На стене вижу большой чёрный халат.

Сойдет.

Первым делом стираю свою одежду в раковине. Отжимаю, вешаю на полотенцесушитель. Наверняка в таком богатом доме есть прачечная, но у меня нет сил просить об этом. Сама справлюсь. Три года в столице в общаге жила, без горячей воды. Ничего, не померла.

Стирка отнимает почти все оставшиеся силы. Наконец, могу и сама помыться. Приходится повозиться с душем, пока допираю как он включается. Очень современная, переливающаяся серебром система. На меня обрушивается сильный поток. Намыливаюсь с наслаждением.

Долго стоять под струями себе не позволяю, это может ухудшить мое состояние.

Выключаю воду, открываю стеклянную дверь…

Одновременно распахивается другая, и заходит тот самый негостеприимный, мужчина, который привез нас вчера сюда!

Взвизгнув, подаюсь резко назад, поскальзываюсь…

Реакция у Олега Николаевича молниеносная. Хватает меня чуть выше талии, под грудью, не дает свалиться.

Не хватало только голову себе в этом доме разбить! А потом меня обжигает стыд. Меня голую лапает совершенно посторонний мужчина!

Еще и матом при этом ругается.

– На ногах стоять можешь? – рявкает после замысловатого выражения в мой адрес.

– Зачем вы сюда зашли?! Отцепитесь от меня!

– Запирать дверь не пробовала?

Черт, черт! И правда, ну где мои мозги!