Фальшивый муж для мамы Снегурочки - Инга Максимовская

— Да, тебе что-то нужно? — спрашиваю я, поглядывая на часы. Вовка копается, как обычно. И мы рискуем опоздать везде и всюду.

— Да. Но я хочу сама сходить в магазин. Мне нужно немного свободы.

У меня все леденеет внутри. Черт, как же ей отказать в этом простом желании? А если она снова кого-то встретит там знакомого? А если... Если ее найдет муж? Надо рассказать ей все. Надо, но не хватает храбрости.

— Тим, ну пожалуйста, — тянет капризно Снегурочка. Наверное такой она была в своей настоящей жизни. Властной, капризной, повелевающей. А тут пельмени... Ужас. В глазах столько мольбы. — Мне нужно к парикмахеру. Ну посмотри в кого я превратилась. И купить себе кое-что. И Настюшка выросла. Я хочу ей первое платьице купить. Я хочу наделать фоток на память. А в интернете заказывать... Мне не нравится. Я хочу потрогать все, понюхать. Ну миленький, ну пожалуйста. Все сделаю, что ты пожелаешь.

— Перекрасься в темный цвет, — вот я дурак? Она на меня свои глазища таращит удивленно, словно я ей не волосы перекрасить предложил, а сигануть в жерло вулкана. И обида написана на лице, и какая-то злость что ли.

— Она, эта твоя Лена, темненькая да?

Ревность. Это ревность. Она меня ревнует? А это что означает? Да ни черта это не означает. Разве что только то, что сейчас она оглядывается по сторонам, явно в поисках чего-то, чем можно меня огреть.

— Папа, я готов, — выскакивает из детской мой ушастый спаситель. — А вы чего тут? Ругаетесь? Этого нельзя. Это на нашей с Настей психике скажется. Мы вырастем дурачками.

Я натягиваю на сына курточку, физически чувствуя взгляд моей ненастоящей жены. Шапку дурацкую, которую они с Леной-Тамарой не пойми где откопали. Петушок в форме желтого динозавра с гребнем вместо помпона, выглядит очуменно. Зубодробительно даже.

— Ты не ответил, Тим, — звенит голосом Снегурочка, больше на фурию сейчас похожая.

— Да, можешь купить все, что твоей душе угодно. Я тебя отвезу в магазин? — о да, я как каблук звучу. Проштрафившийся такой, каблук-дурачок.

— Я не про это.

— Мы опаздываем, — буркаю я, неуклюже чмокаю Снегурочку в раскаленную щеку.

— Но ты же вернешься, — улыбается Лена не Лена так, что у меня все поджимается, что только может поджаться.

— Я куплю муки.

— И скалку.

Хватаю Вовку в охапку и позорно сбегаю из квартиры. Прав был Чип, такое даже предлагать женщине, считающей тебя своим мужем, можно только под наркозом.

— Что ты ей сказал? — интересуется Вовик, когда я наконец то умудряюсь пристегнуть его к детскому автокреслу.

— Что надо волосы ей покрасить, — выдыхаю я.

— Да. Плохо. Такое красивым тетенькам нельзя говорить. Ты бы ей еще на лысо побриться предложил, — ерзает на своем месте ушастый гуру отношений с тетеньками. Тоже мне, знаток. Дожили, меня учит мой восьмилетний сын. Если так дальше пойдет, я скоро начну на кофейной гуще гадать, и валить свои неудачи на ретроградный меркурий.

— А что можно? — о да. Еще и совета спросил. Я лошара.

— Тренер Димыч говорит, можно Машку за ляжку, — радостно улыбается Вовасик. Боже, я живу в вертепе ярмарочном. Тренеру Димычу надо сделать внушение, что в работе с детьми нужно следить за базаром.

— Вова, не надо повторять идиотских высказываний за дураками.

— А тренер дурак значит? — распахивает глазенки мой сын.

Я молча кручу руль, пытаясь выработать дальнейший план действий. Со скалкой точно являться сейчас домой смертоубийственно.

— Па, ты маме купи цветочки, и конфет вкусных. Все девчонки любят сладкое. А потом скажи ей, что она красивше всех на свете. Даже красивше бегемотихи Глории из мультика. И как ее поцелуй. А потом...

— Суп с котом, — хмыкаю я, паркуя машину возле входа в бассейн. Надо же. Ушастый ловелас. Красивше бегемотихи это сильно. А вот цветы и конфеты... И колечко. У нее нет обручального кольца, точно. Нет и не было, когда я ее нашел. Странно.

— С котом и не нужно. Лучше с курочкой. И в суп надо бросить колечко, — читает мои мысли слишком умный мальчишка. — Мама как его найдет, как зарадуется. Как тебя простит.

Ага, если не подавится до смерти. И я этого не переживу. И...

Но идея рабочая. Мне нужно кольцо. Срочно. Шампанское. Романтический вечер. А еще...

— Вот и правильно, папочка. Ты поезжай, я сам дойду. И скажу тренеру. Что ты ему передал, что он дурак.

— Ага, — хмыкаю я, погруженный в своими мысли. Ну что может случиться? Тут до входа в бассейн всего двадцать метров. И как он умудрился отстегнуться. Провожаю взглядом крошечную фигурку моего мальчика. Удостоверившись, что он зашел в здание стартую с места. Ювелирный магазин совсем рядом. Я все успею.

Глава 35

Тамара Леднева (Ларцева)

— А вот сейчас мы сменим памперс, папа приедет и повезет нас к доктору. — напеваю я, застегивая липучки подгузника на кругленьком пузике моей девочки. Самой красивой на свете малышке. Она улыбается, показывая беззубые десенки и мое сердце от нежности заходится. А ведь я даже не помню, как ее родила. Только боль и темноту помню и что тесно было. Но, скорее всего, это снова мои фантазии.

— Гу, — супит носик Настенька, и все мои думы отходят на задний план. Она выросла, моя девочка, округлилась и стала восхитительной. Ей явно не хватает Вовки сейчас, который не отходит ни на шаг от сестренки. Вовка... Какая-то странная тревога стягивает грудь.

— А давай позвоним братишке, — шепчу, уже набирая номер сына. Слушаю длинные гудки, чувствую приближение паники. Он же в бассейне, ну какая я дура. Ребенок плавает, конечно телефон оставил в раздевалке. Накручиваю себя.

Подхватываю доченьку на руки. Она начинает кукситься. Памперс чистый, значит пора ее кормить.

Повседневные, уже привычные дела немного отвлекают меня от непонятной тревоги. Бутылочку после кормления мою, сую в стерилизатор. Сытая малышка увлеченно гулит в своем шезлонге. Тима нет, что-то слишком долго.

Вздрагиваю, услышав скрежет ключа в замке. Ну, наконец-то. Даже взгляд на часы бросаю, прежде чем поспешить навстречу любимому мужу. Настеньку прижимаю к себе. Одну не хочу ее даже на минуту оставлять.

— Ты где так до... — слова застревают в горле противным колючками.

— Ты кто такая? — интересуется стоящая на пороге женщина. Красивая, но какая-то искусственная. Слишком кукольная у нее внешность. И щеки, будто фарфоровые, покрыты легким румянцем. Она губы кривит так, словно брезгливо. Это моя тезка. Ее зовут Лена. И у нее есть ключ от нашей квартиры, Тим дал ключ