Фальшивый муж для мамы Снегурочки - Инга Максимовская

Распахиваю дверь, опять забыв глянуть в глазок. Вовка бы меня поругал. Улыбаюсь своим мысдям. Замираю на месте, уставившись на...

— Слава богу, Тома. Наконец-то я тебя нашел, — делает мне навстречу шаг... Муж. Мой муж. Воспоминания обрушиваются на меня водопадом. Ледяной лавиной, сметающей все на своем пути. Сбивающей с ног. — Детка, я весь город перерыл. Я... Так скучал по тебе. И... наш ребенок? Где моя дочь, Тома?

Он мой муж. Мой настоящий муж. Я с ним счастлива была. Я Тамара. Тамара Ларцева. Я дочь миллиардера, жена Руслана Ларцева. А кто же тогда... Почему? Неужели... Тим, кто он такой? Боже. Осматриваюсь по сторонам. Задыхаюсь от странного липкого страха. Почему я тут? И Тимофей чужой мужчина, который... Я с ним спала. Я думала... Мысли гудят в голове растревоженным роем.

— Когда тебя похитили, я чуть не одурел. Тома, посмотри на меня. Ты что молчишь? Детка, боже, наконец-то я...

— Руслан, — еле шевелю помертвевшими губами. Когда меня похитили? Это значит все, что было здесь, было просто игрой, странным фарсом, мной просто попользовались, чтобы потом что? Шантажировать? Разрушить мою жизнь. Все ради денег? Это вот все ради каких то поганых бумажек? Нереально. Я опускаюсь на пол, не в силах справится с грузом, придавившим меня к самой земле.

— Детка, тебе плохо?

Я молчу. Раскачиваюсь из стороны в сторону. Мой мир рушится, словно карточный домик. Схлопывается. И этот мужчина, заботливо меня сейчас за плечи обнимающий, мне чужой. Я его вспомнила, но как-то странно. Пятнами. Мы были счастливы, мы были богаты. А потом...

— Наша дочь плачет, — шепчет Ларцев и разжимает свои объятия. Идет на звук. Туда, где заходится криком его продолжение. Он имеет право увидеть дочь. Но почему мне хочется закрыть ее от него. От родного отца. Не от лжеца Тима, который мной пользовался как игрушкой. Наверняка еще и потешался. Так больно, что хочется выть.

А Вовка? Мой Вовка? Он просто отцу помогал. Но он всего лишь маленький мальчик, тоже обманутый хитрым манипулятором.

— Тома. Поедем домой.

— Как ты тут оказался? Как узнал, где мы? — я наконец обретаю способность говорить, но не мыслить здраво.

— Я заплатил выкуп. Мне дали этот адрес, — дергает плечом Рус, и все встает на свои места. Поэтому Тим уехал, соврал, что Вовка в больнице. Поэтому так легко согласился, чтобы Чип за мной заехал. Чип... Я его тоже вспомнила. И отца, которому он служил. И пазл начинает складываться. Все просто. Я дура. Человек, который стал для меня всем, просто мной попользовался.

— Полиция где? — я снова я. Тамара Ларцева, дочь олигарха, жесткая, капризная, знающая себе цену. — Прикажи им уйти.

— Нет полиции. Я боялся за твою жизнь, и за малышку. Меня предупредили... — я смотрю в бегающие глаза Руслана. Я знаю его слишком хорошо. Он боится дальнейшего разговора. Неудобного разговора. — Том, послушай, я не... Те фото...

— Какие фото? — приподнимаю я бровь. Конечно я все вспомнила, почти все, до момента когда я выскочила из дома в одной пижаме и шубке, но... Моему мужу, настоящему мужу об этом знать пока необязательно. Единственное, чего я никак не могу вспомнить, как в моей жизни появились мужчина, которого я люблю наглый предатель, преступник и лжец. Волк в овечьей шкуре, и мальчик. Ни черта не помню. Белый лист. Словно кто-то стер ластиком эти воспоминания. Я должна понять и принять предательство тех кому доверяла всецело А пока, мне нужно разобраться с моей болью, моей жизнью, и тем, чего хочу я для себя и моей дочери.

Моя. Только моя. А мужики все предатели и... Слезы сами брызжут из глаз. Пора возвращаться в мой мир.

— Теперь все будет хорошо, детка, — по-кошачьи улыбается мой муж. Я его не знаю совсем. — Поедем домой.

— Нет, мне нужно к родителям. Папа наверное сходит с ума. Он ведь в курсе? — я не хочу домой. Я не хочу быть наедине с Русланом. Он чужой. Я больше не чувствую себя с ним безопасно.

— Тома, послушай, я не хотел пока... Лишний стресс... Твои родители...

Я плыву в темноте. Странное чувство. И воздух больше не пахнет домом. Он воняет пачули, химическими ароматизаторами и моей настоящей жизнью.

Глава 38

Найти Ларцева оказалось очень легко. Елена увидела его сквозь стекло ресторана, сразу, как только приехала к зданию концерна. Она не раздумывая толкнула тяжелую дверь заведения, не обратив никакого внимания на швейцара, который согнулся в полупоклоне, и прошла в малолюдный зал. Словно провидение ее вело, а может адские демоны. Лена улыбнулась, подошла к столику, за которым ужинал Руслан и без приглашения свалилась в кресло.

— Не интересует, — оскалился мужик. Породистый, красивый, но какой-то дерганый. И эта нервозность его портит. — Я не покупаю платных баб.

— А я и не предлагаю меня купить — хмыкнула Лена, подцепив пальцами белоснежную салфетку. — У меня есть кое-что для вас, абсолютно эксклюзивное.

— Ты барыга что ли? Я сейчас вызову охрану.

— Нервный какой, — хмыкнула женщина и написала на салфетке цифру с шестью нулями. — Это цена за информацию о вашей жене. Так что? Я пошла?

Лена начала медленно подниматься со своего места. Карп крючок заглотил. Она видела это, и ей это страшно нравилось.

— Сидеть, — прорычал Руслан. Ему показалось, что пол под ногами заходил ходуном. Невозможно. Что это за баба? Может провокация? А еще у него не было сейчас таких денег, чтоб заплатить чертовой ведьме. У него вообще не было денег. Все его счета заблокировали. Руслану даже уже не казалось, что кто-то загоняет его в угол. Он был в этом твердо уверен. И спасти его могло только чудо. И чудо не заставило себя ждать.

— Я согласен. Говори адрес. Я проверю инфу и получишь пиастры. Ты же не думаешь, что я отсыплю такие бабки за непроверенную болтовню. Ты ведь врешь, скорее всего. Моя жена мертва.

— Э нет, дорогой, — совсем обнаглела нахальная баба. Утром деньги, вечером стулья. — А потом, откуда бы тебе знать, что красотка дала жмура? Она же без вести пропала, насколько я помню. Или...? Кстати, у бабенки с башкой беда. Не помнит ничего. Правда супер?

— Ладно, поехали. Ты ведь не думаешь, что я таскаю с собой такие деньги, — снова оскалился Ларцев. Мерзкая баба победно улыбнулась. Дура, мать ее.

— Я думала о безнале. Перевести деньги