Винченцо. История страсти, первая часть - Мэри Джей

— Как это? — удивилась я

— После взрыва отеля, где он был, его тело пока не опознали, есть шанс что он выжил, мизерный шанс, но он есть!

Винченцо словно сам хотел поверить своим словам. Я же промолчала. Пытаясь не ворошить его боль.

Мое отсутствие отозвалось авралом работы. Адольфо загрузил меня таким количеством поездок, что я не успевала даже обедать. Рано утром один из близнецов отвозил меня в одно из предприятий семьи, и привозил поздно под полночь. Я писала и писала. Адольфо был очень доволен, за последние месяцы выросла посещаемость заведений с фамилией Гуэрра. Хоть теперь я отчетливо понимала, почему люди так избегали эти заведения, не смотря на роскошный дизайн и эксклюзивные коктейли или меню. Каморра всегда вызывала страх и отторжение в людях, мафия всегда была воплощением зла. А Адольфо был помешан на идее очищения фамилии от кровавых отметин.

Без Винченцо рядом, я тоже чувствовала некий страх. Семья Гуэрра теперь не была такой благоверной, как показывалась по началу. Мужчины семьи были кровожадные убийцы, а женщины закрывали на это глаза. Мы часто гуляли по саду с Анетт, которая уже не скрывала многое от меня. Она делилась со мной, как с близкой подругой

— Хочешь скажу тебе кое-что по секрету? — сказала она однажды боязливо оглядываясь по сторонам

— Если ты считаешь, что я могу проболтаться, лучше не стоит, — пошутила я

— Ты знаешь, как я тебе доверяю, Эсти, но у стен этого дома тоже есть уши, — она перешла на шепот, — ты знала, что Джованна всячески хочет стать женой моего брата?

Она облизала свои губы, блуждая беспокойным взглядом по моему лицу.

— Предполагала, — ответила я глубоко вздыхая

— Как Винч вернется, отец поставит этот вопрос на повестке дня, — она сжала мои руки в своих

— Поняла… — отозвалась я немного запоздало

— И что ты поняла? — голос Анетт становился писклявым

— Что мне стоит держаться от него подальше, вдвойне! — ответила я возвращая себе невозмутимый вид

— О-х, Эстель, если бы я могла чем-то помочь…

Анетт была искренней, но меня немного удивило то, что она осведомлена о нашей с Винченцо связи. Если она узнала, вероятно это не скрылось от глаз других членов семьи. Меня начало засасывать под ложечкой от страха перед этой семьей.

— Никто не знает, — словно отвечая на мой немой вопрос ответила она, — я просто видела, как брат смотрел на тебя на свадьбе и как ревновал к Дону Рафаэлю, — усмехнулась она, — а зная своего брата уверена он не оставит все на стадии платонической любви и перейдет к активным действиям, но я не хочу чтоб ты обжигалась, как делали многие девушки. Винченцо будущий Дон Каморры, для него уготовлено большое будущее, трон целой империи, смешивать кровь не с итальянкой не позволит его должность и закон, да и мой отец. Люди не воспримут это, солдаты не будут верны и будут считать его слабым доном, неумеющим контролировать свои эмоции..

Я слушала ее слова, проглатывая горькую правду, словно токсическое вещество, который прожигал мои уши и убивал меня изнутри, разгоняясь по моим венам парализуя мою нервную систему, делая из меня овоща, неспособного мыслить и воспринимать информацию трезво. Я была так возбуждена нашим короткометражным романом, что боялась заглядывать вперед. После Антона, Винченцо был моим первым, и даже единственным, кто вдохнул в меня вкус жизни, показывая ее не такой серой, и тусклой.

— Эстель, прошу не влюбляйся в него, он точно не полюбит тебя, так уж заложено в него на генетическом уровне, просто ты стала мне очень дорога, и не хочу, видеть, как ты будешь страдать на его свадьбе, которая состоится довольно скоро, если все будет гладко, — она закусила нижнюю губу и прикрыла глаза

— Я и не собиралась, — соврала я, — я знаю свое место в этом доме, — ответила я спокойно, — не волнуйся, Анетт, я благодарна тебе за заботу, но это лишнее, — я удивлялась, как смогла выговорить все так ровно

— Хорошо, — улыбнулась она, — тогда идем выпьем лимонада.

Все бы ничего. Я бы как-нибудь собрала гордость в кучу, проглотила горькие слезы. Закрыла гробовую крышку на свои чувства. Если бы на следующий день сделав тест на беременность я не обнаружила две полоски, которые выбили землю из-под ног. И я скатилась на пол зарываясь пальцами в волосы. Еще в Париже я магнитила эти чертовы полоски, пытаясь побороть внутренний конфликт и сделать этот тест, но не решалась, пока утром мне не стало окончательно хреново, и я все же сделала этот тест, который все же стащила и припрятала тогда. Если здесь кто-нибудь об этом прознает, мне и моему ребенку точно конец. Они избавятся от него, а после и от меня. Скорее от нас вместе, сбросив нас в ближайшее море завязав якорь мне на ногу.

Сбежать я не могла, все мои звонки прослушивались. Я зацепилась за умывальник и посмотрела на себя в зеркало. Моя жизнь изменилась за 4 месяца, словно кто-то решил, что моя размеренная жизнь на океане слишком уж хороша и я должна страдать. Хотя хорошей я назвать ее не могла. Спокойной, да.

Винченцо не примет меня и ребенка, он точно захочет избавится от него, а хочу ли я?

В этот день словно назло он вернулся домой. На нем не было лица. Все вокруг говорили, что новости не утешительные, идет экспертиза по опознанию тела Гора, но ожидания не утешительные, он мертв с вероятностью 99.9 процентов. Я никогда не видела его таким разбитым и потерянным, и да считайте меня глупой и падкой женщиной, но я приняла его в эту ночь в свою постель. Когда он появился на пороге, я впустила его, зная, что завтра буду жалеть о содеянном. В эту ночь мы не занимались сексом, нет это больше чем секс. Это притяжение душ. Мы ласкали друг друга, целовались. Словно я хотела зализать его кровоточащую душу, залечить боль. Он же был так подавлен, что даже не снял штанов, лишь рубашку и ласкал мое истаскавшейся тело, как самый нежный и страстный любовник. Он изучил все изъяны моего тела, зная куда и как надавить, чтоб доставить мне удовольствие, не проникая в меня. Если бы человек мог растаять и превратиться в жидкость я бы уже была ручейком у его ног. Мы молчали. Слова сегодня были лишними. Обычно шепчущий непристойности и ласки Винченцо лишь тихо постанывал. Я же терялась в собственных ощущениях так сильно, что на утро, не могла вспомнить сколько раз я испытала