Мой куратор – наследник престола. Игра - Мария Эмет

— Нет. Моё объявление куда важнее. Я хочу озвучить его немедленно. Возражаете?

— Никак нет, — прошептал мужчина, отступая.

Тогда Кайрат приобнял меня за талию и весьма откровенно прижал к себе. Оглядел замершую от потрясения толпу и громко обратился к королю:

— Отец.

— Да, сын мой?

— Я хочу сказать, что Евангелина Юрай для меня не просто напарница по Игре. Я не мыслю без неё жизни и люблю её всем сердцем. Прошу благословить наш союз.

48

Никогда бы не подумала, что толпа может столь синхронно хвататься за сердце.

Ещё ни разу торжества с моим участием не увенчались успехом. Я была рождена для того, чтобы творить новости для прессы. После каждого моего выхода в свет заголовки пестрили великолепными высказываниями, а парочка журналистов уезжали в отпуск к морю, чтобы отметить свою триумфальную статью.

Так к чему я это всё? К тому, что сейчас какой-то ушлый журналюга уже пишет фельетон на коленке, попутно думая, куда бы ему отправиться отдыхать на немалый гонорар.

— Ты… — король поперхнулся, но быстро взял себя в руки и уточнил: — Ты просишь о свадьбе?

Да, Кай, ты что, просишь о свадьбе⁈

Бросив в мою сторону быстрый взгляд, Кайрат улыбнулся, как ни в чем не бывало, и произнес:

— Мы слишком молоды. И слишком мало знакомы. И пусть я уверен, что свет нашей любви не погаснет ни при каких обстоятельствах, я не намерен торопиться со свадьбой. В данный момент я лишь хочу заявить всему свету о своих правах на эту восхитительную женщину.

Он перехватил мою ладонь, поднес её к губам и запечатлел на коже поцелуй. Слишком долгий. Слишком откровенный. Возмутительно неприличный.

Толпа снова охнула. А бедненький Рандорр таращился на нас такими печальными глазами, что у меня возникло желание обнять его и по-свойски похлопать по спинке, приговаривая: «Не плачь. Следующая невеста от тебя точно не убежит. Наверное».

Король взял ситуацию в свои руки. В прямом смысле — он начал хлопать. Людям ничего не осталось, кроме как поддержать своего правителя.

— Я очень рад, что мой сын обрел любовь! Любовь — это самое прекрасное и светлое чувство, — проговорил король, бросив нежный взгляд на королеву. — Ура!

— Ура! — поддержали его придворные.

— Что ж… У меня всё. Лорд Рандорр, о чем вы хотели нам поведать?

Генерал кое-как скривил улыбку.

— Уже ни о чем. Желаю вам счастья с вашей… — он посмотрел на меня, проглотил с десяток самых грязных ругательств и выдавил: — женщиной. М-да… До свидания.

Он юркнул в толпу и очень ловко потерялся.

— Теперь мы просто обязаны станцевать, чтобы не разочаровать собравшихся.

— Угу. После окажется, что кто-то плюнул в мой сок ядом. Я свалюсь прямо посреди танца, грустно испустив дух. И за дело возьмется самый прославленный следователь страны, который после напишет про нас роман.

— До чего же у тебя богатая фантазия, дорогая! — восхитился Майерхольд, увлекая меня на середину зала.

— Детектив, который я прочитала вчера, начинался именно так!

— Разве ты не рада? Я спас тебя от брака с Рандорром.

— Обременив скорым браком с тобой?

— Неужели я тебе столь противен?

— Нет. Совсем нет. То есть… То есть…

— Ева, — оборвал меня Майерхольд. — Никто не заставляет тебя хвататься за фату и впрыгивать в белое платье. Я всего лишь помог тебе.

— Но зачем? Почему?

— Потому что я тебе верю, — внезапно сказал он. — Вероятно, всегда верил. Я более чем уверен, что ты не предавала меня. А значит, и я не должен был предать тебя, позволив Рандорру провернуть свое гнусное дельце. А сейчас я хочу насладиться танцем со своей напарницей. Потому будь добра улыбаться и постарайся не отдавить мне пальцы.

Усмехнувшись, я позволила Его Высочеству вести меня по начищенному до блеска паркету.

И пусть впереди нас ждала Игра, и пусть между нами было ещё так много недомолвок, я была безгранично рада обрести столь сильного и мудрого напарника.

Дело за малым. Победить в Игре. А дальше… А дальше нас обязательно ждет нечто прекрасное.

* * *

Луиза Анаверд была склонна к вспышкам ярости. Даже у сущей мелочи был шанс вывести блистательную красавицу из себя.

Опоздание подруги на встречу.

Внезапно оторвавшееся от платья пуговица.

Слишком теплый день.

Слишком холодный день.

Мрачные тучи и яркое солнце.

Что и говорить, порой она злилась просто так. Профилактики ради. Ведь умение быть заносчивой леди требует постоянного оттачивания. И Луиза преуспевала в этом.

Но сейчас её охватила необычная ярость. Совсем нет.

Это был гнев чистой воды. Появись рядом с ней король Бездны, он бы точно присвистнул от восхищения.

Ещё бы, ведь её возлюбленный на глазах у всего света признался в чувствах к жалкой побирушке. К деревенской девке, появившейся в его жизни всего три месяца назад!

— Ненавижу! — рычала герцогиня, разбивая всё, что можно было разбить. — Чтоб ты провалилась, Юрай! — всё, что разбить было нельзя, беспощадно вылетало в окно.

Весь вчерашний вечер Кай и Ева провели вместе. Сначала танцевали. После вовсе удалились в беседку и просидели в ней до самого конца праздника.

— Не-на-ви-жу, — прошипела Луиза.

— Госпожа! — в покои влетела горничная.

— ЧТО⁈

— Она… Она вышла из комнаты. Ева идет в столовую.

— Отлично. Сейчас она узнает, что бывает с теми, кто берет чужое.

49

Евангелина

— Пациент скорее мертв, чем жив, — резюмировала я, глядя на своё отражение в зеркале.

Правый глаз отсутствовал. Благо, не в прямом смысле. Просто весь макияж эмигрировал на лоб, образовав там роскошный синяк.

Так, погодите… Или это настоящий синяк? Ой… А нет, всё нормально. Отмена тревоги! Это все же макияж.

Зато левый глаз до сих пор мог похвастаться стрелкой. Потертой, скатавшейся стрелкой, которая словно чего-то хотела. То ли милостыню просила, то ли умоляла добить…

Зато прическа держалась — моё почтение! Ещё бы. Майя извела на меня весь лак для фиксации. В комнате до сих пор стоит душок этой редкостной дряни.

Что ж, бал прошел отлично.

Мы с Каем танцевали. Ну… Как танцевали: он танцевал, я с упоением наступала ему на пальцы. Оба были счастливы, но я чуть больше, чем он.

После