В плену. И после. История одного эльфа - Анна Жнец

— Как насчет совместной ванны? — улыбнулась химера.

Он знал, чем закончится ее предложение. Это было очевидно. Столь же очевидно, как и возбуждение Фая, скрытое под мыльной водой. Соски Грид, затвердевшие, вызывающе торчащие, притягивали взгляд, и эльф поймал себя на неловком желании взять их в рот. Облизать, пощекотать языком, возможно, даже слегка сжать зубами.

Кадык дернулся. Губы пересохли. Протяжно вздохнув, Фай откинулся на деревянный бортик бадьи и, поколебавшись, раскрыл жене объятия. Грид скользнула в них, мокрая и горячая. Сначала он почувствовал прикосновение ее роскошной груди — та слегка расплющилась, прижатая к его телу, — а потом…

Из горла вырвался стон-шипение: коленом Грид уперлась супругу в пах.

Это было так… неожиданно, так чувственно, так сладко и необычно, что Фай замер, хватая губами воздух и не зная, то ли попросить Грид отстраниться, то ли плотнее притереться вставшим членом к ее бедру.

— Нравится? — она чуть поводила ногой вверх-вниз, посылая по телу волны удовольствия.

Щеки Фая горели. Он не мог ответить. Не мог ничего сказать. Тем временем пальцы химеры, длинные и тонкие, игрались с завитками волос на его шее.

— Еще?

Сил хватило только на то, чтобы мотнуть головой.

— Нет? — удивилась Грид.

Сообразив, что его неправильно поняли, Фай кивнул, потом опять мотнул головой, а после прохрипел пересохшими губами:

— Пожалуйста.

Со смешком химера надавила на его пылающий пах чуть сильнее.

О богиня…

С шумом втянув воздух, Фай спрятал лицо на плече жены.

— Может… рукой? — осторожно спросила та.

Он тоже хотел ее потрогать. До безумия. До перехваченного дыхания. Опустить ладонь в воду и нащупать нежные складки женской плоти. Интересно, если у Грид волосы на лобке? Какие они на ощупь — жесткие или мягкие? Что, если скользнуть по этим волосам вниз к развилке ног и пройтись пальцами между влажными лепестками?

Не посмел. Вместо этого он сильнее вжался горящим лицом в изгиб между ее плечом и шеей, и опять прошептал:

— Пожалуйста.

Хрипло. На выдохе. С мольбой.

Куда подевался весь его богатый словарный запас? В голове осталось одно-единственное слово: «Пожалуйста».

Фай готов был повторять его раз за разом, бесконечно, одно и то же.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Прикоснись ко мне, только осторожно, с нежностью, чтобы не напугать.

Когда ладонь Грид с тихим всплеском скользнула под воду и прошлась по мускулистому животу, пересчитывая кубики напрягшихся мышц, сердце замерло в ожидании. В предвкушении. В легком страхе.

Живот поджался под ласкающей рукой. Фай обнаружил, что не может пошевелиться, что горло то и дело перехватывает спазмом.

А пальцы опускались все ниже, чертили узоры вдоль солнечного сплетения, обводили ямку пупка. Совсем скоро они коснутся Фая между ног, там, где все уже горит и жаждет внимания.

Ноги, согнутые и расставленные, дернулись, попытавшись сжаться, но потом раздвинулись шире, открыв доступ чужой руке. Бедра непроизвольно качнулись вверх, навстречу желанным пальцам.

— Пожалуйста, — снова прохрипел Фай в плечо Грид.

Он стиснул жену в каком-то судорожном, отчаянном объятии, вцепился в нее, как утопающий в обломок корабля, словно боялся захлебнуться в своих эмоциях.

Кожу на лице щипало от прилившей крови. Под сомкнутыми веками было влажно. Напряженный до предела Фай ждал, когда любимая до него дотронется, но Грид не торопилась. Ее пальцы дразнили кожу лобка у самой границы роста волос, и Фай в нетерпении раздвигал колени, приподнимал бедра в попытке добиться нужных прикосновений. Его плоть дергалась, переполненная желанием. Руки до синяков сжимали плечи жены, и он готов был скулить, умоляя о ласке.

— Пожалуйста. Гри-и-ид. Не мучай меня.

— А я мучаю?

Он кивнул, а потом сделал то, чего сам от себе не ожидал: схватил ее ладонь и прижал к своему изнывающему паху.

Громкий мужской стон слился с изумленным женским вздохом. Глаза Грид распахнулись, пальцы непроизвольно обхватили пульсирующий член, и Фая выгнуло. Дернувшись, он расплескал воду на пол и крепко-крепко зажмурился. Его объятия стали еще более судорожными, Грид даже зашипела от боли — так сильно он в нее вцепился.

— Тихо-тихо, полегче.

Подождав немного, она принялась уже осознанно ласкать его набухшую, тяжелую плоть.

Вода в бадье остыла, но никто не обратил на это внимания. Все, о чем мог думать Фай, — о нарастающем, сводящем с ума наслаждении. Держась за жену, он всхлипывал, вздрагивал, шипел сквозь стиснутые зубы, а когда большим пальцем Грид обводила головку члена, — почти выл. Раскинутые в сторону бедра дрожали, мышцы живота сокращались. Ногой Грид обвила его бедро, заставив раскрыться еще сильнее.

— Не могу, — вдруг замотал головой Фай. — Слишком… это слишком…

Испуганный, он чувствовал приближение своего первого оргазма, и тот обещал быть настолько мощным, грандиозным, ошеломительным, что Фай боялся: этот ураган эмоций его разорвет.

— Остановиться? — Грид куснула его за мочку уха. — Тебе нужна передышка? Мне прекратить?

Скольжение руки по члену замедлилось.

— Нет, — вцепился Фай в ее запястье. — Нет, нет! Еще! — лихорадочно зашептал он, облизывая губы. — Умоляю, еще. Так, как ты делала раньше.

— Вот так? — Грид пощекотала уздечку, и ее любовник шумно втянул ноздрями воздух. — Или вот так? — второй рукой она забрала его мошонку в горсть и покатала в ладони.

— С-садистка, — прохрипел Фай. Он наконец нашел в себе силы оторваться от плеча жены и опустился затылком на бортик ванны.

Засмеявшись, Грид стала ласкать его член двумя руками — быстро, ритмично, по всей длине, пока любовник не сорвал голос от крика и его удовольствие не выплеснулось на умелые пальцы.

Не зря Фай боялся: накатившая волна оргазма смяла его неподготовленное тело, будто цунами, раздавила, оглушила, оставив совершенно без сил.

— О богиня, — шептал Фай, слепо уставившись в потолок и не понимая, на каком свете находится. — Что… что это было?

— Это? — усмехнулась Грид, прильнув к его часто вздымающейся груди. — Любовь.

Глава 22

Грид

И как она не поняла, что за нервозностью ее эльфа скрывался страх нового насилия? Много лет назад Грид сама была такой же дерганной и ершистой и теперь узнавала в Фае собственные черты — себя прошлую, разбитую и потерявшую опору под ногами. Но она справилась, нашла способ выбраться из болота тягостных мыслей и любимому поможет. Когда рядом есть надежное плечо, отыскать дорогу к свету гораздо легче.