Беглянка для золотых василисков - Таша Тонева

Индюк напыщенный. Удивила его. Надо же…

Поняла, что вызвало у меня раздражение. Андрей тоже мог вот так словами играть, заставляя чувствовать неловкость и неуверенность в себе.

— Магический всплеск нужен, чтобы феникс разорвал оболочку, которой он сейчас связан с тобой. Это как второе рождение для него. Если этого не произойдет или магии будет недостаточно, то он начнет тянуть ее из тебя. Это очень опасно. В момент инициации все процессы происходят стремительно. Мы не сможем повлиять на них. Тебя может выжечь изнутри, — серьезно произносит Зир, продолжая в упор на меня смотреть.

Мне становится неуютно под его взглядом. Все же я не могу вот так сходу нормально воспринимать его своим потенциальным мужчиной.

Да, мы переспали. Но это было под воздействием метки. Не уверена, что если бы ее не было, подобное произошло с нами.

Зир вызывал во мне настороженность сразу на уровне подсознания и голых рефлексов.

Притяжение было, он все же красивый мужчина, но все его очарование перекрывала вот эта встревоженность и моя интуитивная подозрительность.

Что-то он все же увидел или почувствовал. Отшагнул назад, а потом и вовсе отвел взгляд на книгу на столе.

— Думаю, на сегодня достаточно информации. Тании нужно отдохнуть, Киар. Я постараюсь найти еще что-нибудь про инициацию. Посижу тут, подниму еще архивы. Нам важна любая мелочь. И еще, — он поднимает глаза, но смотрит в этот раз на брата, поверх моей головы.

— Мне не дает покоя вопрос. Зачем кому-то было нужно пробуждать феникса и пытаться инициировать его в темного? Для чего? Как они собирались контролировать его? Мне кажется, это нужно узнать в первую очередь.

Я не вижу Киара, но чувствую, как он кивает в ответ.

— Согласен. Мои агенты уже ищут.

Тут же он властно разворачивает меня к двери.

— Идем, Тания. Зир прав. Тебе нужно отдохнуть.

— Я могу завтра сюда еще прийти? — задаю осторожный вопрос, оглядываясь назад.

Брови Зира немедленно ползут вверх. Не ожидал, что я по доброй воле соглашусь еще раз с тобой столкнуться?

Сама от себя не ожидала. Но информация для меня сейчас важнее. Вон сколько сегодня узнала. Переварить бы ее еще.

Конечно, шок-контентом меня просто завалило по горлышко, но и плюсы есть. Чем больше я узнаю, тем безопаснее себя буду чувствовать в дальнейшем. Лучше пусть вываливают. Я привычная. Должна выдержать.

— Конечно, Тания, — спокойно отвечает Киар. — Меня завтра не будет. Если появтся какие-то еще просьбы, обращайся к Зиру или Тайрику.

— Да, — сглатываю чуть нервно. — Хорошо.

В коридоре Киар неожиданно подхватывает меня на руки и продолжает нести, не сбавляя шаг.

— Давно хотел так сделать, — скупо улыбается он и мягко целует меня в губы.

А я также неожиданно не отстраняюсь, даже обнимаю его за шею. Руки так уютно и легко ложатся на его плечи, словно тысячу раз уже это делала.

Я и в самом деле устала. Поэтому отдаюсь на волю течения, просто пока плыву по нему, направляемая властными руками василиска.

Только возле его покоев меня простреливает тревогой. А где я буду спать? Одна или…

Должно быть что-то такое высвечивается на моем лице, потому что Киар бросает быстрый взгляд на меня, а потом поясняет.

— Сегодня проведешь ночь в моей спальне. Твои покои еще не готовы. Завтра придет бытовой маг, можно будет выбрать дополнительную мебель и расцветку стен. Хочешь сама или Тайрику доверишь? — немного приподнимает он левый уголок губ.

— Сама, — поспешно отвечаю, и Киар уже открыто улыбается.

— Я так и думал.

Он снова коротко целует меня и осторожно опускает на пол возле двери в свою спальню. Прижимается легко носом к моей шее, чуть скользнув по ней щекочущим движением.

Да. Я помню про его клятву, но мандраж все равно присутствует. И больше я почему-то боюсь не Киара, а себя. Того, что я могу неосторожно что-то сделать.

Притяжение между нами почти достигло своего пика. Мне до дрожи хочется, чтобы поцеловал уже всерьез, но я заставляю себя стоять ровно, хоть все внутри дрожит натянутыми до предела струнами.

— Тебе нужно отдохнуть. Тая я тоже предупредил, чтобы не беспокоил. Служанка поможет снять платье. Спокойных снов, Тания, — хриплым шепотом говорит он.

Он и в самом деле целует меня, только совсем не так, как мне хотелось. В самую макушку, осторожно и бережно. А потом мягко подталкивает к двери.

Оу, вот такого поворота я точно не ожидала. Киар просто развернулся и ушел. Точнее, я так поняла, что он отправился в комнату Зира. Неужели оставил меня одну?

В крайней задумчивости готовлюсь ко сну. Тонкое кружево новой сорочки приятно холодит кожу, а кровать, на которой еще вчера столько всего произошло, кажется теперь такой огромной для меня одной.

— Добрых снов, госпожа, — почтительно кланяется мне служанка и тихо прикрывает за собой дверь.

Неожиданно засыпаю очень быстро. Действительно, усталость навалилась. Столько всего произошло за этот день.

Но просыпаюсь я также быстро с бешено стучащим сердцем в груди и рвущимся наружу криком.

В полнейшем ступоре наблюдаю, что край моего одеяла уже начинает тлеть. Мое пламя вышло из-под контроля в который раз.

— Тания! — сильные мужские руки порывисто обнимают и вытягивают из кровати.

Порыв морозного ветра, и намечающийся пожар потушен в зародыше, а меня крепко прижимают к твердому и такому надежному телу.

Всхлипываю, когда Киар вдруг начинает укачивать меня, почти как ребенка у себя на руках.

— Тише, тише… малышка моя. — Все хорошо. Ты в безопасности. Не бойся, Тания.

Дышу глубоко и медленно, пытаясь успокоить свой огонь. Василиск помогает, сцеловывает с моей кожи юркие язычки пламени.

— Что-то случилось? — наконец, спрашивает он.

— Просто кошмар приснился, — с неохотой признаюсь я.

Мне так уютно в его объятиях, что хочется продлить эту нашу молчаливую позу.

— И часто они тебе снятся? — прозорливо уточняет он.

В темноте его черты приобретают еще большую резкость.

— Почти каждую ночь, — шепчу я. — Просто сегодня много всего было. Поэтому так жутко получилось…

— Ясно. Значит, я поспешил.

— Что?

— Поспешил оставить тебя одну. Думал, так тебе будет спокойнее, — он хмурится и тут же принимает новое решение. — Больше такого не повторится.

Я удивленно поднимаю на него глаза, но сказать ничего не успеваю.

— Ну-ка, — он плавно перекладывает меня на простыню.

Замечаю, что он в одних тонких штанах и без рубашки. В тусклом свете единственного светильника его кожа словно золотом отсвечивает. Рельефные мускулы красиво перекатываются при движении.

В глазах темнота, но не страшная, а ласковая, уютная, оберегающая…