Черная вдова с двумя детьми желает познакомиться! - Наталья Смеречинская

не убрали их полностью. Наводя порядок на кухне, я то и дело бросала косые взгляды на дневник, лежащий на краю стола. Он лежал там, словно что-то дремлющая змея, опасная и смертоносная, скрывая тайны, которые я ещё не успела разгадать. Его неподвижность будто бы дразнила, заставляя мои мысли возвращаться к Джерардине и её трагичной судьбе.

Мадлен с энтузиазмом мела пол, размахивая старой, потертой метёлкой, из-за чего пыль поднималась клубами. Её старание скорее создавало видимость уборки, чем приносило реальную пользу, но я решила её не останавливать — по крайней мере, она занята. Теренс же, напротив, действовал с невероятной серьёзностью: он собрал уже почти все доступные ёмкости в доме — от старых кастрюль до небольших жестяных коробок, — причём делал это с таким выражением лица, будто спасал нас от катастрофы.

Я уже собиралась напомнить им, что работа в доме никогда не заканчивается, и детям стоит отдохнуть, как услышала тяжёлые шаги на крыльце. Дверь резко распахнулась, и в проёме появился Николас. Пропылённый, раскрасневшейся, но с очень довольным выражением лица.

За его спиной стоял крестьянин — невысокий, коренастый мужчина в замызганной шляпе. Его взгляд был любопытным и хватким. Он быстро пробежался по кухне правильно оценив наше грустное состояние.

— У нас новости, — сказал Николас, заходя внутрь и бросив на меня быстрый взгляд. — Наше предложение оказалось не просто уместным, оно чуть ли не спасение.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, отложив в сторону полотенце.

— В этом селении каждый год проходит винный фестиваль, — начал он, сняв шляпу и обернувшись к крестьянину. — И, как оказалось, недавно у многих жителей испортились запасы вина. По какой-то причине большая часть подвалов оказалась заполнена вином, которое стало горчить или мутнеть. Они в отчаянии. Если ждать нового урожая, всё сорвётся. А тут вдруг я — с новыми технологиями и свежим виноградом.

— Это да, госпожа — подтвердил крестьянин, оценивающе смотря на мое черное платье (надеюсь, что только на него, а не на фигуру) — Такое вот несчастье приключилось. И тут вы подоспели...

— Мы-то знали, что мистер Монтгомери вернётся, — продолжил крестьянин, заискивающе поглядывая на Николаса. — Но кто ж мог подумать, что он не просто вернётся, а ещё и с таким предложением. Этот виноград — наше спасение. Народ-то у нас простой, но раз уж предложили, значит, судьба. Все согласны, и скоро уже начнут собираться. Час, не больше.

— Час? — повторила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя внутри всё перевернулось. — То есть, вы хотите сказать, что сюда приедет... сколько людей?

— Да все, кто смогут, — пожал плечами крестьянин, будто это было самое очевидное решение. — У нас ведь каждый старается внести свой вклад в фестиваль. Ну, а тут возможность ещё и виноградом запастись. И ради этого никто не пожалеет времени.

Я перевела взгляд на Николаса. Его лицо оставалось спокойным, но по лёгкой морщине на лбу я видела, что он уже продумывал все детали.

— Нам нужно подготовиться, — тихо сказала я, пытаясь не показать своей растерянности. — Это ведь целая деревня. А может, и больше.

— Именно, — кивнул Николас. — У нас есть час, чтобы всё организовать. Мы с Лукасом, — он кивнул на крестьянина, — займёмся снаружи. Ты… — он посмотрел на меня, — позаботься о доме. Убедись, что дети не путаются под ногами и что всё выглядит… презентабельно.

— Презентабельно? — переспросила я, вскидывая бровь. — Николас, это старая ферма, а не поместье. Тут даже слова «уютно» звучат как вызов.

Он чуть улыбнулся.

— Тогда сделай всё, что можешь.

— Как скажите, мистер Монтгомери. — я присела в нарочитом реверансе, специально подначивая командный тон мужчины и мне вернули его с сторицей.

— Приятно иметь с вами дело, миссис Монтгомери. — самодовольно ответили мне и подмигнули, перед тем как скрыться за дверью прихватив с собой крестьянина.

— Мам, мама- дернули меня за рукав, и я только тогда заметила, что просто стою уже минуту и смотрю на ту самую дверь улыбаясь — Что нужно делать?

Мадлен дёрнула меня за рукав с таким энтузиазмом, что я едва не выронила полотенце из рук.

— Для начала, — ответила я, пытаясь собраться с мыслями и не обращать внимания на странное тепло, оставшееся после шутливой пикировки с Николасом, — убираем лишние вещи с кухни и освобождаем место. Теренс, помогай сестре. Всё, что не нужно, уносите в соседнюю комнату. И, пожалуйста, аккуратно. Если что-то разобьётся, у нас нет лишних запасов.

— Есть! — радостно откликнулся Теренс и тут же схватил первую попавшуюся миску, что стояла на краю стола.

Мадлен с гордым видом метнула в его сторону осуждающий взгляд, явно решив, что её роль старшей обязывает командовать, но я быстро пресекла это молчаливое соревнование.

— Работайте вместе, — предупредила я. — Нам нужно закончить до того, как сюда нагрянет деревня.

Я вздохнула, оглядывая комнату. В этом доме практически ничего не напоминало порядок, но мы должны были сделать хотя бы видимость того, что здесь кто-то заботится о чистоте. Если уже и продавать иллюзии, то начинать стоит с себя.

Когда через сорок минут я выглянула за дверь, то увидела, как Николас вместе с крестьянином Лукасом расставляет деревянные столы и ящики у виноградников, явно привезенные с деревни, так как у нас такого добра не водилось. Мужчины разговаривали вполголоса, и я уловила только обрывки фраз. Судя по всему, Николас делал последние уточнения насчёт цены и правил сбора. Вид у него был уверенный, как у человека, который точно знает, что делает. И это немного успокаивало.

— Мам, посмотри! — раздался радостный голос Мадлен из-за моей спины.

Я обернулась и увидела, что дети успели перетащить весь хлам из кухни в дальний угол дома, освободив место для тех, кто должен был прийти с ведрами, корзинами и мешками.

— Молодцы, — похвалила я их, улыбнувшись. — А теперь бегом мыть руки. Как только начнётся сбор, вам придётся держаться подальше от виноградников. У нас будет слишком много людей, и я не хочу, чтобы вы мешались под ногами.

Дети кивнули и убежали к бочке с водой.

Час пролетел незаметно. Я едва успела смахнуть пыль с более — менее приличной мебели и организовать рабочее пространство, когда на горизонте начали появляться первые крестьяне. Некоторые ехали на телегах, другие шли пешком, неся с собой большие корзины и даже катили бочки. Их лица выражали смесь любопытства и надежды.

— Ну что ж, вперед, — тихо сказала я себе, выходя на крыльцо с записной книжкой и карандашом в руках.

Николас уже стоял у виноградников, привлекая внимание собравшихся. Его голос звучал чётко и уверенно:

— Каждый