После развода. Ты сам все разрушил - Наталия Ладыгина

class="p1">— Ошибиться, да? — рычу. — Ну посмотрим… — заставляю себя отступить от нее. Иначе за себя не ручаюсь. — Завтра утром едем в клинику!

— З-зачем? — убирает руки с головы.

— Тест-ДНК делать! Мне и так уже все понятно, но я хочу иметь бумагу, на основе которой аннулирую отцовство.

— Что?.. Ты откажешь от Димочки? — всхлипывает. — Он твой сын! Как ты можешь?! Какой тест-ДНК?! Да эти группы крови… да это ничего не значит!

— Мне плевать на твою болтовню. Мы поедем в клинику. И точка. Переночую здесь, — и ухожу на балкон, чтобы немного освежиться. Я весь горю от ярости.

Она больше ко мне не лезет. С ребенком в его комнате сидит.

Ночевать я отправляюсь в свободную комнату, в которую мы почти не заходим. Засыпаю только в третьем часу ночи. Все думаю о том, что буду делать дальше.

А проснувшись, когда еще восьми нет, я обнаруживаю, что Инна ушла из дома с ребенком. Сбежала.

Глава 45

Последний день лета…

А вот и лето заканчивается.

Завтра уже осень наступит. Не верится.

Я уже вышла на работу. Тружусь в поте лица, пытаясь достичь своей цели как можно скорее.

Да, Андрей дал понять, что готов ради дочери на все, даже дом купить, но мне важно развиваться самой, что-то дать своему ребенку. В конце концов себе доказать, что я что-то могу.

Я много лет прожила в розовых очках. Слушала его много. Не нужно было.

От Андрея, кстати, пару дней уже нет вестей. До этого он звонил только дочери.

Не знаю, что у него там с Инной… Скорее всего, уже получил результаты ДНК и узнал правду.

Каково ему после всего этого… можно только представлять.

Я сейчас занимаюсь глажкой. Много всего надо погладить к завтрашнему дню.

Алина сейчас порядок в своей комнате наводит. Наругала ее сегодня немного. Разбросала все и сидела в грязной комнате, будто так и надо. Исправляется теперь.

— Мам, а тебе папа звонил? — заходит ко мне в спальню дочь.

— Нет.

— И мне… — вздыхает. — Как ты думаешь, он завтра приедет?

— Он же обещал тебе.

— Да, но…

— Ты в комнате убралась?

— Да.

— Хорошо... Иди чай попей, пирог уже остыл, — продолжаю работать утюгом, делая стрелочки себе на брюках.

— Не хочется. Я боюсь, что папа не прилетит…

— Ну, на линейку ты все равно пойдешь. Я буду рядом. Буду видео снимать, как обычно. Потом мы с тобой куда-нибудь сходим…

— Я хотела бы, чтобы папа был с нами там.

— Не отчаивайся. Он все еще может приехать. Скоро позвонит. Просто он сейчас занят…

— Это все из-за Инны, — опять она обвиняет ее. Ей так проще, наверное. Она стала дико ревновать. Хорошо ей рядом отцом. И делить его с чужими она не хочет. — Она не хочет, чтобы он к нам приезжал.

Я ставлю утюг и подхожу к дочери.

— Алин… Инна никак не влияет на твоего отца. Он делает, что ему нужно. Если он по какой-то причине не сможет выполнить свое обещание — это не ее вина. У папы твоего просто сейчас… тяжелый период.

— Что у него случилось?

— Ну, может он сам тебе когда-нибудь расскажет, — я уж точно не собираюсь посвящать дочь во все это. — Ладно… оставим глажку на попозже. Пошли чай попьем. Сначала, конечно, проверим, как ты там прибралась у себя в комнате…

— Ну мам…

— Пошли-пошли, я говорю. Я сейчас все проверю.

* * *

Я только что из душа.

Сейчас волосы высушу и спать лягу.

Алина уже заснула в такую рань. Девять вечера еще. Но она и проснулась очень рано.

Звонок в дверь раздается в двадцать пять минут десятого.

Я уже успела просушить волосы.

Иди к двери и, взглянув в глазок, даже уже не удивляюсь.

Он явился на ночь глядя, перед самым первым сентября.

Открываю дверь и вопросительно изгибаю правую бровь

— Извини, что в такой поздний час.

— Не в первый раз… Входи, — пропускаю его. — Алина спит. Так что тише.

— Уже спит?

— Вся переволновалась перед важным днем. К тому же рано проснулась. А также переживала, что ты не приедешь… Ты же ей не звонил.

— Я был немного занят, — оправдывается Андрей, разглядывая сначала мое лицо, потом немного ниже, но быстро возвращается взгляд к глазам.

— Я так понимаю… ты хочешь остаться здесь на ночь?

— Если ты не против только. Я надеялся с Алиной пообщаться, но…

— Мне все равно. Можешь остаться. Алина утром обрадуется…

Я не могу постоянно шарахаться от него. Как-то надо жить с этим чувством. Он же теперь скоро снова рядом будет жить.

— Спасибо… — с искренней благодарностью. — Ты, наверное, тоже отдыхать собиралась?

— Да пока нет. Если хочешь… могу сделать чай.

— С удовольствием. Нам поговорить надо… Я бы хотел.

Значит, он все-таки хочет мне рассказать обо всем. Чувствую, за эти дни многое произошло.

Я привожу его на кухню и сразу принимаюсь готовить нам чай.

— Я сделал тест, — произносит он уже сидя за столом. — И так все было понятно, но… Дима не мой сын.

— Мне жаль, — выдержав небольшую паузу, произношу я. — Правда жаль, что бы ты там ни думал…

— Я ничего не думаю. Я знаю, какая ты, Геля.

Приготовив чай, я сажусь рядом с ним за стол.

— Ты поговорил с ней?

— Поговорил. Она несла бессвязный бред про то, что группы крови не важны. Она отказывалась признаваться. Тогда я сказал, что мы просто сделаем тест. Я остался там с ними ночевать, а на утро она сбежала. Дура.

Можно сказать, выдала себя. Глупость какая.

Не хотела просто в клинику ехать материалы сдавать.

— Но ты все равно сделал тест…

— Сделал. Я ее нашел. Она с ребенком в гостинице поселилась. Решила там отсидеться, пока я не остыну. Так она объяснилась.

И что ей это дало?

— Прежде чем я затащил ее с ребенком в клинику — она мне призналась. Призналась в измене. Со своим бывшим решила встретиться разок. Видите ли, у нее была обида на меня, и она решила сходить с ним на встречу, которую он давно просил.

То есть она со своим бывшим была на связи… Хитрая девочка.

Классика.

— Что за обида такая?

— Помимо того, что я постоянно отсутствовал, налаживая бизнес, она кое-что заметила…

— Что же?

— В вещах моих лазила, и кое-что нашла. Она сделала кое-какие выводы. И психанула.

— Что она нашла?

Он залезает в карман легкой куртки и достает кое-что.

— Это… — на стол кладет.

Я не могу скрыть удивления и сразу