Позволь мне остаться - Екатерина Аверина

— Да. Он сейчас живет за границей. Бизнес у него какой-то. Вроде без криминала, но я не копал глубоко. А вот с двумя старшими братьями все интересно.

— Заинтриговал, — смачно затягиваюсь и выпускаю струю сизого дыма в небо.

— Средний Рашид остался в регионе, проворачивать темные схемы. А вот Валид уехал в Россию и исчез. Бесследно…

Ворон курит в глубокий затяг и, чуть прищурившись, смотрит мне в глаза.

— Люди просто так не исчезают, — сухо констатирую.

— Я тоже так думаю, — соглашается с готовностью. — Есть надежда, что его тупо убрали, но я бы не сильно на это рассчитывал.

Все это не с проста. Не бывает совпадений. Я в них не верю.

— Будь осторожнее. Кровная месть штука неприятная…

Павел понимающе кивает. У него семья и напрасные риски ни к чему. Тушим окурки в пепельнице и возвращаемся в дом.

— А я сразу говорил, надо было вырезать всех этих тварей и дело с концом, — ворчит себе под нос Рустам.

— Рус, мы не мясники, — не соглашаюсь с ним. Ни к чему напрасная агрессия. До добра не доведет. Нужно всегда оставаться людьми.

— Пальто белое сними и вспомни, — закатывает он глаза к потолку. Разливает по бокалам коньяк и залпом осушает свой.

Я знаю, куда он клонит. Крови тогда пролилось много. Но все же напрасных жертв мы старались избегать.

— Там сестра была, — поясняю я. — По-другому было никак.

— Вот видишь, — ухмылка становится шире. — Дело в мотивации. А если сейчас надо будет вернуться в тот ад?

— Ты прекрасно знаешь ответ, — с улыбкой говорю я.

Все будет точно так же. За своих я буду рвать зубами и руками. До конца.

— Знаю, — хмыкает Рус. — Ладно, пора ехать, — протягивает ладонь, а я пожимаю. — Сообщи, как договоришься со Стасом.

— Мы тоже едем, — Ворон и Фил пожимают мою руку.

— Давайте, до связи.

Провожаю друзей, зову Харда домой и поднимаюсь наверх. Негромко стучу в дверь Демьяна и, не дожидаясь ответа, открываю. Он лежит на кровати и методично водит по струнам пальцами.

— Поговорим? — смотрю в глаза, пытаясь считать его эмоции.

Мальчик обижен и растерян, хоть и не хочет этого показывать.

— О чем? — фыркает недовольно

В кармане вибрирует телефон. Смотрю на дисплей и борюсь с желанием запустить его в стену. Юля. Последний человек на свете с кем мне бы хотелось сейчас разговаривать.

— Внимательно, — сухо бросаю я, все же ответив на звонок.

— Мирон, — наигранно всхлипывает бывшая. — Наш сын…

— Я нашел его, — перебиваю ее. Так и не удосужился сообщить.

— Что? Где?

— Демьян сейчас у меня, — снова смотрю на сына.

Тот напрягается, откладывает гитару в сторону и садится на постели.

— Это невозможно! — возмущается Юля. — Дай ему трубку.

Демьян качает головой и скрещивает кисти перед собой.

— Он не хочет с тобой говорить.

— Это незаконно! Ты украл моего сына! — эхом в тишине разносится ее крик.

— Своего, Юль, — терпеливо отвечаю я и сильнее стискиваю гаджет.

— Это еще доказать надо. Верни сына немедленно, иначе я обращусь в полицию.

Дема застывает и, кажется, даже не дышит. А я долго смотрю на мальчика и понимаю, что не отдам его при любом раскладе. Хватит. Я буду бороться за него до конца.

— Нет. Демьян останется со мной, — четко и безапелляционно.

— Да я тебя засужу, да я…

Сбрасываю звонок и убираю телефон обратно в карман. Хватит с меня на сегодня.

— Ну вот как-то так…

Разворачиваюсь и иду к двери.

— Мирон, ты хотел поговорить, — окрикивает сын. Но я уже не могу. Сил не осталось.

— Извини, уже не сегодня, — устало улыбаюсь я. — Спокойной ночи, сын.

Иду к себе. Сначала в душ, а потом и в постель. Ложусь и смотрю в потолок. Терпеливо жду, пока Лия придет. Полчаса, час… Не приходит, а мне без нее тошно. Мне без нее теперь не спится.

Мысленно матерюсь и сам иду к ней. Дверь закрыта изнутри, но я знаю, как ее открыть без ключа. Осторожно вхожу в комнату. Здесь кровать гораздо уже моей, но ничего поместимся. Лия не спит. Я чувствую, как она неровно дышит. Ложусь рядом и обнимаю. Малышка вздрагивает, но быстро утихает в моих руках.

— Спи, моя маленькая, — целую ее за ушком и шумно втягиваю ее аромат.

Вот теперь хорошо. Теперь все, как надо. Ее дыхание выравнивается. Засыпает. Я тоже отключаюсь с улыбкой на губах.

Глава 28

Лия

Я еще не до конца понимаю, проснулась или нет. Слишком приятно и тепло до мурашек. Перед глазами невнятные цветные картинки, а кожу покалывает от непривычных прикосновений.

Горячие, влажные, но осторожные поцелуи покрывают открытые участки шеи и плечо. Шершавые пальцы щекотно обводят пупок и стремятся к резинке штанов новенькой пижамы. Дыхание останавливается, а вот сердце, наоборот, мечется в панике. Губы обхватывают мочку моего уха, я слышу хриплый мужской стон и чувствую давление эрегированного, «живого» члена на ягодицы.

— Тише, не бойся, — шепчет Мирон и проводит кончиком языка по местечку прямо за ухом. — Я просто потискаю тебя немножко и всё. Если ты не хочешь, тебе неприятно, скажи, я остановлюсь, — и его пальцы двигаются вверх по животу, поглаживают, рисуют на мне как на холсте, а губы такие бережные, будто он боится вместе со мной. — У тебя сердце так громко стучит.

Да, стучит, потому что я снова теряюсь. Мирон не принуждает, ничего не требует и мне приятны его прикосновения, но внутренности все равно сворачиваются и закручиваются в тугие узлы от ожидания подвоха или приказа. Я отлично чувствую, как сильно этот мужчина хочет секса. Его член готов в любую секунду оказаться во мне. Он горячий даже через слои одежды, твердый, пульсирующий. Как себя вести? Дать ему то, что он хочет? Сделать минет, чтобы снять это напряжение.

Что мне делать с его лаской?

У меня получается завести руку ему на затылок. Мирон переворачивает меня на спину и оказывается сверху. Удерживает свой вес на одном предплечье, вдавленном в кровать, а свободной рукой убирает волосы с