Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода - Лилия Тимолаева

— Именно поэтому этот вопрос рассматривает совет.

Представитель восточных земель кивнул.

— Тогда я получил ответ.

Ивена вернулась на место.

Колени неожиданно ослабли.

Она надеялась, что никто не заметил.

Заметил Эйдар.

Он сдвинул к ней кружку с водой.

Без комментариев.

Ивена сделала глоток.

Совет продолжался уже больше двух часов, но ни разу не превратился в бесконечное чтение пунктов. Люди спорили о вещах, которые понимали: кто строил, кто платил, кто придумал, кто работал и кто должен получать результат.

В какой-то момент Эйдар обратился к Лисель:

— Вы представляете дом Ардалей. Хотите что-нибудь добавить?

Сестра явно надеялась, что до неё очередь не дойдёт.

Ивена увидела, как она провела пальцами по броши матери.

Потом Лисель поднялась.

— Да.

Южный секретарь наклонился к ней.

— Миледи, я могу…

— Я сама.

Мужчина замолчал.

Лисель взглянула сначала на старые чертежи.

— Я плохо разбираюсь в хозяйственных делах.

Брант у стены пробормотал:

— Уже честное начало.

Ивена бросила на него предупреждающий взгляд.

Лисель услышала.

И неожиданно улыбнулась.

— Именно поэтому отец много лет не позволял мне ими заниматься всерьёз. Когда Ивена пыталась учить меня, я быстро теряла интерес. Мне казалось, что всё это скучно.

Она перевела дыхание.

— Я не могу сказать совету, чем технически отличается один канал от другого. Но могу сказать другое. Отец никогда не считал хозяйственные идеи Ивены ценностью, которой стоит владеть отдельно.

Секретарь напрягся.

— Леди Лисель…

— Это правда.

Она повернулась к Ивене.

— Когда сестра добивалась денег на западный канал, отец отказывал. Когда меняла систему оплаты, он сначала считал её предложение лишней сложностью. Когда урожаи выросли, говорил о хорошем годе и сильном управлении рода.

Ивена почувствовала, как горло сжалось.

От Лисель она ожидала многого.

Только не этого.

— Перед отъездом Ивены отец отправил лорду Торвальду письмо, где назвал её способности недостаточными для серьёзной работы. Я знаю это теперь со слов сестры и лорда Торвальда.

Эйдар кивнул.

— Такое письмо существует.

— Значит, пять дней назад, когда появились первые деньги, отец внезапно решил, что труд Ивены настолько тесно связан с домом, что ему положена доля.

Секретарь побледнел.

— Миледи, вы уполномочены представлять позицию лорда Ардаля.

— Я её и представляю. Просто не собираюсь лгать, чтобы она звучала лучше.

Ивена замерла.

В день семейного суда Лисель не смогла произнести правду, пока её не прижали к ней вопросами.

Сегодня никто её не заставлял.

Она сама стояла перед людьми двух земель и говорила то, за что отец наверняка будет в ярости.

Лисель опустилась на место.

Их взгляды встретились.

Ивена едва заметно кивнула.

Сестра ответила тем же.

Для прощения этого было мало.

Для первого шага — достаточно.

Эйдар отложил перо.

— Ещё вопросы к южной стороне?

Управляющая складами подняла руку.

— Один. Дом Ардалей отказывается от права пользоваться прежними способами Ивены на своих землях?

Секретарь ответил сразу:

— Нет.

— Леди Ивена оспаривает это право?

— Нет, — сказала Ивена.

— Тогда спор остаётся только о новых работах на Севере и будущих доходах?

— Да.

Женщина откинулась на спинку кресла.

— Для меня всё ясно.

Остальные члены совета переглянулись.

Эйдар поднялся.

— Свидетели могут выйти. Представители сторон остаются. Совет обсудит решение без них.

Ивена тоже встала.

Вот теперь стало страшно.

До этого она говорила.

Действовала.

Отвечала.

Теперь нужно было ждать.

У двери Брант задержался.

— Нормально.

Ивена повернулась.

— Что?

— Вы выступили.

— Это похвала?

— Не увлекайтесь.

Она улыбнулась.

— Спасибо.

— Если проиграете, камень всё равно назад не отдам.

— Брант.

— Ушёл.

Он закрыл дверь.

Ждать пришлось меньше часа.

Ивена провела его в небольшой галерее вместе с Лисель и южным секретарём. Говорить никто не хотел.

Секретарь несколько раз перечитывал собственные заметки.

Лисель ходила от окна к окну.

Ивена сидела на широкой каменной скамье и смотрела на свои руки.

Странно, но больше всего она думала о вопросе человека из восточных земель.

Почему Север тоже не может объявить всё своим?

Она сама несколько недель говорила о месте, которое никто не сможет отнять.

Но такого места не существует, пока право на него держится только на благосклонности другого человека.

Эйдар был честнее Орвена.

Добрее, чем она ожидала.

Уважал её выбор.

Но этого действительно было мало.

Сегодня Ивена впервые захотела получить что-то, записанное не в чужом обещании.

Своё право.

Дверь открылась.

Ровен вышел первым.

— Возвращайтесь.

Лисель сразу подошла.

— Уже?

— Уже.

Ивена поднялась.

В зале члены совета сидели на прежних местах.

Эйдар стоял у окна.

Когда Ивена вошла, он вернулся к столу.

Никакого намёка на решение в его лице не было.

Она села.

Эйдар взял лист.

— Совет рассмотрел требования дома Ардалей и записи обеих сторон.

Ивена сцепила пальцы под столом.

— Право Ардалей использовать хозяйственные решения, созданные Ивеной во время её службы на южных землях, сохраняется. Ивена этого права не оспаривала.

Секретарь чуть расправил плечи.

— При этом совет не обнаружил оснований считать северную систему отопления, новые схемы восстановления теплиц и заключённые здесь соглашения продолжением собственности дома Ардалей.

Ивена перестала дышать.

— Требование о доле от доходов северного хозяйства отклоняется.

Секретарь открыл рот.

Эйдар поднял руку.

— Решение ещё не закончено.

Мужчина замолчал.

— Возник второй вопрос. Он не был поставлен домом Ардалей, однако напрямую следует из спора.

Ивена нахмурилась.

Вот этого она не ожидала.

Эйдар передал слово седой управляющей складами.

Женщина положила на стол другой лист.

— Если мы признаём, что новые методы созданы Ивеной здесь, нужно определить её положение в самом северном хозяйстве. Иначе через полгода получим тот же спор, только уже между ней и Торвальдами.

Ивена невольно посмотрела на Эйдара.

Он был совершенно спокоен.

Значит, обсуждение действительно шло без неё.

— Поэтому совет предлагает оформить отдельную хозяйственную грамоту, — продолжила женщина. — В ней будет указано, что система восстановленных теплиц управляется Ивеной Ардаль как самостоятельным управляющим, а решения и новые разработки, созданные ею после прибытия, записываются под её именем.

Ивена почувствовала, как ладони становятся горячими.

— Земля и здания остаются собственностью Севера. Север получает право использовать систему. Однако изменение условий управления, передача хозяйства другому лицу или использование имени Ивены в новых договорах потребует её согласия.

Южный секретарь резко поднял голову.

— Это фактически создаёт независимое право внутри владений Торвальда.

— Хозяйственное, — уточнила женщина. — Не земельное и не