Научи меня любить... - Дарья Кларк

оказалась на улице, то поняла, что все к чему она стремилась вдруг рухнуло. Так нельзя. Этот мужчина не имел никаких прав так с ней поступать. Она ведь явно права в этой ситуации. Вот только кто её станет слушать? В лучшем случае, посмеются в лицо и скажут пару ласковых на будущее, чтобы знала свое место и больше не лезла куда не просят.

"Вот же Дима будет счастлив".

Проходя мимо кафе, Алена решила посетить его, чтобы немного согреться и, под массой новый раздумий, выпить чашечку горячего чая. Может так ей станет лучше и она сможет что-нибудь придумать?

Аккуратно сняв с себя теплое пальто, девушка села напротив бармена и спросив весь ассортимент горячих напитков, попросила самый дешевый чай, так как на большее ей и рассчитывать нельзя было.

Повернувшись лицом к залу, чтобы осмотреться как следует, она увидела десятки лиц, а затем и его... Ей хотелось поднять руку, чтобы ее парень смог увидеть свою девушку, но... Сергей сидел возле окна вовсе не один, а с незнакомой девушкой, которая удобно устроилась на его коленях, и что-то ей рассказывал, крепко сжимая ее руку в своей, а следом...

Не сказав ни слова, она выскочила из этого помещения, стараясь забыть, что сейчас прямо перед ней ее парень целовал другую. Это так мерзко и... Ей было обидно, что с ней так поступают, но нет ничего из списка жёсткой ревности. Не хочется кричать, плакать, устраивать скандалы. Совсем нет. Но вместо этого появилось непонятное ощущение нового чувства. Ведь в их отношениях давно все было испорчено, и это было видно. Когда-нибудь подобное бы случилось. Оставалось только включить таймер и ждать, когда этот момент нагрянет.

"Да, он всего лишь целовал ее, но что-то подсказывает мне, что на этом все не кончится. Да и поцелуй ведь уже тоже считается предательством. Вот только зачем тогда Сергей старается меня так сильно контролировать? Ведь он сам..."

На этих мыслях девушка не заметив под ногами отсутствие порожка, рухнула вниз, скатившись на асфальт коленкой, из-за чего все, что с ней приключилось за весь день, решило выйти наружу именно сейчас.

"Ненавижу этот день!"

Вся в слезах, в грязи и крови, Алена дошла до дома, всеми силами веруя в то, что парни не увидят в таком виде. Ага, конечно, размечталась. Стоило ей только слегка хлопнуть дверью, как в коридоре тут же появился Дима. Правда в том, что он надеялся увидеть ее не в таком состоянии.

— Что произошло? — "Отлично. Ещё теперь придется оправдывать себя перед ним".

— Я провалилась. В прямом и переносном смысле, — она кинула свою сумку далеко в угол, куда вскорости прилетели и ботинки, — Ненавижу. Я их всех ненавижу.

Он сразу заметил ее разбитые до крови колени. Ну не может же он отпустить ее в таком состоянии. Поэтому...

— Проходи в мою комнату, я сейчас вернусь, — парень быстро направился на кухню, а когда вернулся, в его руках были бинты и бриллиантовый зеленый.

— Что это?

— Сейчас увидишь, проходи, — Дима пропустил девушку вперед и, плотно закрыв за собой дверь, попросил ее сесть на свою кровать.

— Что ты задумал?

— Ничего сверхъестественного, — парень слегка намочил бинт лекарством, но вначале приложил его сухой стороной к ее коленке, чтобы удалить возможные крупицы пыли. Затем в ход пошла зеленка, из-за чего Алена скривилась от легкой, ноющей боли, — Терпи, сейчас будет больнее.

— Ай, — она схватила его руку, пытаясь забрать несчастный бинтик, но этот парень был непоколебим.

— Я буду аккуратнее. Только не дергайся больше, ладно?

Процедура прошла успешно. Ещё бы, после всего того, что Дима сказал ей, даже самый трусливый человек доверился бы ему и сделал все, как он требует.

— Спасибо, — она прикусила нижнюю губу, и именно по этому знаку Дима смог понять, что дело совсем плохо. Ведь он сам так делал. И не раз попадался, после чего Алена всегда проводила с ним беседы.

— Что-то случилось?

— Нет, все замечательно.

— Думаешь? Я же вижу, что с тобой что-то произошло.

— Даже если так, тебе какая разница? Дим, пожалуйста, сейчас не лучшее время для душевных высказываний, — она встала и даже не взглянув на парня, прошла мимо инвалидного кресла.

— Да, конечно, сейчас не время. И возможно тебе тяжело, но мне было не легче, когда ты каждый раз приходила сюда и старательно трепала мне нервы. А я терпел... Терпел, потому что знал, что если я кого-нибудь снова оттолкну, то окончательно свихнусь. Это кресло, взгляды, тело... Думаешь, что все это пустяки? Мне нравилось доводить тебя. Так я не чувствовал себя тем, кем являюсь на самом деле. Черт, Ален, я не знаю как ты это делаешь, но мне всегда становилось лучше рядом с тобой. И только когда ты спасла меня, я понял, каким был идиотом. Ты всегда принимала меня как равного себе. Это мне и нравилось. Тем более, ты была единственной, кто знал меня как обыкновенного парня, а не как... убийцу.

Девушка повернулась к нему. Было видно, что ей хотелось что-то сказать, но она не решалась. Губы постоянно что-то шептали, но никаких слов и звуков не было слышно. Ее будто парализовало. Поэтому парень взял ситуацию в свои руки и признался в том, что когда-то пытался скрыть от нее.

— Это было примерно два года назад.

* * *

2,5 года назад.

— Ну что, готова к своему выпускному? — Дима подошёл к сестре, которая все это время смотрела в зеркало, где в отражении были видны их силуэты и поправляла свою причёску.

— Если честно, я волнуюсь, — девушка повернулась к нему и улыбнулась, когда заметила, что он опять неправильно завязал себе галстук, — И куда только смотрит твоя суженая? Кстати, она тоже там будет?

— Лиза, она моя девушка. И я думаю, что будет правильно, если мы придем на твой вечер вместе, — парень поднял голову, когда сестрица ловко переделывала за ним его старания, длившиеся около часа, не меньше.

— Да, конечно, но... Дима, ты уверен в своих чувствах? Ну, знаешь, может быть это всего лишь обычная симпатия. Или того хуже привычка. А ты сразу кидаешься словами "люблю".

— Лиза...

— Что? Неужели ты совсем ослеп и ничего не замечаешь? — девушка подошла к своему роскошному столику и открыв шкатулку, достала оттуда прелестное ожерелье.

— Кристина ждет ребенка, — едва слышно произнес парень, но даже этого хватило, чтобы ввести девушку в глубокий ступор.

— Что? — она могла ожидать всякое, но такое...

— Она беременна.

— И ты... Ты уверен, что это твой ребенок?

— Уверен, — она