Жестокие наследники - Ана Уэст

Когда я был рядом с ней, мне хотелось потерять контроль. Я хотел сбросить этот тяжкий груз ответственности, лежавший на моих плечах, и просто быть… собой. Но я не мог. Не сейчас. Не тогда, когда на кону наши жизни, а опасность подстерегает за каждым углом. Я должен был быть тем Данте, которого воспитал мой отец. Не тем Данте, который мог бы любить свободно, не боясь потерять.

Заставив себя встать с кровати, я достал из чемодана оставшуюся чистую одежду, которую мне определенно нужно было распаковать в ближайшее время. Я не думал, что мы так долго пробудем в семейном доме Сиены. Я думал, что проблема со Змеем скоро решится, но, видимо, я ошибался. Похоже, нам придётся какое-то время находиться здесь под круглосуточной охраной Сиены и присматривать за её матерью.

Кстати, о матерях… Я уже почти опоздал на встречу со своей. Я почти забыл о том, что мы договорились встретиться сегодня утром за чашечкой кофе, пока она не написала мне вчера вечером, где мы встретимся. Я должен был догадаться, куда мы пойдём. Мы уже бесчисленное количество раз бывали там вместе.

Кафе, о котором написала мне мама, находилось всего в нескольких минутах ходьбы от первой квартиры, в которую мы переехали после свадьбы. Я почти забыл об этом из-за смерти Джованни и взрыва в доках. Я сделал мысленную пометку поговорить с Сиеной о том, чтобы сдать её в аренду. Если мы не собирались там жить, то могли бы получать от этого дополнительный доход.

Я припарковал машину на улице и заплатил по счётчику. Сегодня мне не хотелось искать место для парковки в гараже, и я был готов рискнуть своей машиной всего на час или около того, пока встречался с матерью. Мы давно не разговаривали, и я, честно говоря, скучал по ней. Она была единственным стабильным звеном в моей жизни – единственным человеком, на чью любовь и доброту я мог положиться. Она была единственной причиной, по которой я не сошёл с ума за все эти годы, моим якорем.

— «Пикассо» было небольшое кафе, которое также служило книжным магазином, поэтому мама так его любила. Оно существовало с тех пор, как я был ребёнком, и я до сих пор помню, как она водила меня туда. Мне приходилось ходить туда отдельно, с няней, но мы всё равно делали это особенным событием. Теперь же мне больше не нужно было прятаться. Я мог зайти в это кафе и посидеть с собственной матерью, не беспокоясь о гневе или неодобрении отца. Это было... освобождением.

Я стоял на тротуаре на другой стороне улицы, ожидая перерыва в движении. Дом «Пикассо» был простым кирпичным зданием с квартирами прямо над ним. Ставни и тент были тёмно-зелёными. Здесь было уютно и необычно, а название кафе было написано на оконных стёклах белыми буквами. Несмотря на то, что заведение было маленьким, оно не было незаметным. В «Пикассо», расположенном на одной из самых оживлённых улиц, можно было встретить кого угодно: от студентов до бизнесменов, которые любили проводить перерывы за чашечкой кофе вдали от офиса.

Единственная проблема с этим местом? Оно принадлежало семье Розани. Ну, технически владельцы магазина платили взносы семье Розани. Моя мама знала об этом, но ей так нравилось это место, что её это никогда особо не беспокоило, и никто не запрещал ей приходить сюда через день, когда она не была занята по дому. Я действительно думаю, что владельцы любили её так же сильно, как и она любила их кафе-магазин.

— Данте! — Я посмотрел вдоль тротуара, когда мама окликнула меня по имени. Она была на противоположной стороне, её высадил один из водителей моего отца.

Я помахал рукой и начал переходить улицу. Она встретила меня в дверях и уже потянулась ко мне.

— Любимый, я скучала по тебе, — сказала она, обхватив моё лицо ладонями.

— Ты же видела меня вчера вечером, мам, — пошутил я.

— Сынок! — Она легонько шлёпнула меня по груди. — Ты же понимаешь, что я имею в виду. Я думала, что теперь, когда ты окончил учёбу, мы будем видеться чаще, но всё наоборот.

— Я знаю. Прости. Я постараюсь уделять тебе больше времени, — пообещал я.

Придержав дверь, я пропустил её вперёд. Она подождала меня внутри, а затем направилась к стойке, чтобы заказать латте и мой американо. Когда она попыталась расплатиться, я отмахнулся.

— Я угощаю, мам. Я просто рад, что ты пригласила меня сегодня утром.

— Как дела? — Спросила она с тревогой в голосе. — Я знаю, что для тебя и Сиены это было не лучшим решением, но я надеюсь, что, может быть… — Она многозначительно посмотрела на меня.

— Может быть, что? — Спросил я, подходя к другому концу стойки.

— Может быть, вы с Сиеной действительно подходите друг другу.

Вздохнув, я взял у бариста американо и протянул матери латте.

— С Сиеной всё в порядке. Со мной всё в порядке.

— Но любите ли вы друг друга? — Не унималась она.

— Мам, это был брак не по любви, и ты это знаешь.

Она фыркнула.

— Это ничего не значит. Когда я только вышла замуж за твоего отца, мы не любили друг друга. Это пришло гораздо, гораздо позже.

Мы сели за небольшой столик в глубине зала. Мама положила сумочку на стул рядом с собой и повернулась ко мне.

— Я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

— Ну, я был бы намного счастливее, если бы мы могли разобраться с... ну, ты понимаешь. — Я огляделся, чтобы убедиться, что в пределах слышимости больше никого нет. — В данный момент это давит на нас обоих.

— Могу себе представить. Я продолжаю пытаться поговорить с твоим отцом об этом, о том, чтобы он действительно помог вам двоим. И всё же он считает, что это проблема только Сиены. — Она покачала головой. — Я не знаю, как убедить его в обратном. Он думает, что если Змей действительно уничтожит Розани, то у тебя будет прямой путь к власти. А если нет, то ты всё равно сможешь сделать это через Сиену. Для Сэла это беспроигрышный вариант. Но он не беспокоится о тебе так, как я.

Я откинулся на спинку стула, не в силах сдержать удивление.

— Отец действительно говорил с тобой обо всём этом?

— Нет,