Верность - Алеата Ромиг

— И я тебя не отпущу. Никакой выкуп я не приму.

— Но как же Алтон?

— У него полно забот с расследованием убийства и фальшивым браком.

Мы оба обернулись на шаги: Челси остановилась в дверях.

— Мисс Мур.

— Челси?

Мы произнесли это одновременно.

— Простите. Я не хочу прерывать, — сказала она, широко открыв глаза; один из них был окаймлен пугающим коричнево-зеленым кровоподтеком.

Рука Аделаиды потянулась к губам. — Челси… что случилось?

Пальцы девушки коснулись синяка на щеке, и она опустила лицо. — Я услышала голоса и подумала, что Алекс проснулась.

— Видишь? — сказал я. — Она здесь.

Аделаида выпрямилась. — Почему ты здесь? — В ее тоне я услышал нотки, к которым не привык.

— Потому что она моя лучшая подруга. — В этот раз мы все ждали, пока Александрия появилась за спиной Челси, держа Леннокса за руку.

Я сделал глубокий вдох. — Ну, amore mio, это то, чего мы хотели.

Александрия выпустила руку Леннокса и бросилась вокруг стола к Аделаиде. — Посмотри на тебя! — воскликнула она, обнимая Аделаиду за шею. — Ты сидишь здесь. Ты ешь.

Когда они отстранились, глаза обеих были влажными от эмоций. После того как Леннокс отодвинул стул для Челси и другой для Александрии, он вышел вперед, протягивая руку. — Миссис Фицджеральд, Леннокс Деметри.

Ее синие глаза просканировали моего сына с ног до головы. — Боже мой… ты вылитый отец.

Его губы тронула улыбка. — Очень приятно познакомиться.

— И мне тоже. Пожалуйста, называй меня Аделаидой. — Она повернулась к Александрии и взяла ее лицо в ладони. — Нам нужно поговорить.

— Нужно, но сейчас я хочу насладиться тем, что ты разговариваешь.

— Ты навещала меня?

— Да.

— Ты была в Саванне?

Александрия сглотнула. — Была.

— Откуда ты знала? Джейн звонила тебе?

Казалось, они были одни в своем собственном пузыре, пока Александрия не ответила.

— Нет, мам, Челси сказала мне, что ты нужна мне.

Аделаида повернулась к Челси, ее выражение лица стало холодным, а шея вытянулась, как когда Челси впервые вошла в столовую. — Полагаю, я обязана тебе благодарностью.

— Нет, миссис Фицджеральд, вы мне ничем не обязаны. Алекс должна была знать, что происходит с ее матерью.

— Спасибо.

Пока женщины говорили, я встретился взглядом с Ленноксом. Аделаида была права. Мой сын был младшим отражением меня, моей лучшей частью — той, что была до того, как я продал душу. В его глазах была моя награда. Его пощадило так многое.

— Мы все здесь… — начал Леннокс.

— Кому еще супа? — спросила Сильвия. — Я, может, сделала его чуть острее, чем рекомендовал врач, а для тех, у кого нет ограничений, у нас есть хлеб и…

— Хотелось бы, — сказала Александрия. — Сильвия, он потрясающий, но… — Она посмотрела на Леннокса. — …только что звонила Делорис. Мне нужно найти свою сумочку.

— И Челси, нам троим нужно вернуться в Саванну, — добавил Леннокс.

— Нет. — Это слово произнесли почти все, кроме Леннокса и Александрии.

— Почему? — спросила Аделаида.

— Лучше дать показания и убраться из Саванны, пока Брайс не вышел под залог.

Аделаида покачала головой. — Александрия, Орен только что говорил что-то о свидетельстве о браке?

— Я не выходила за Брайса. Алтон пытался заставить меня. У него в офисе был судья. Я не говорила «да». Если есть свидетельство, оно подделано.

— Мы не можем позволить ему разрушить еще больше жизней, — сказала Аделаида. Она посмотрела на меня. — Потеряно слишком много времени.

Александрия села между Ленноксом и Аделаидой. — У нас есть несколько минут до приезда Делорис. Мам, помоги мне. — Она указала на меня и Аделаиду. — Откуда вы двое знаете друг друга?

Сильвия все еще стояла рядом. Я взял ее за запястье. — Давайте пока не будем думать о еде. Сядьте с нами. Это касается всех нас.

Челси начала вставать. — Я мешаю.

— Нет, мисс Мур. Вы здесь, потому что решили помочь Александрии. Садитесь. — Я глубоко вздохнул, чувствуя на себе все взгляды. — У нас слишком много тем для обсуждения, чтобы входить в них постепенно. Позвольте мне начать. Я впервые познакомился с Аделаидой…

Она потянулась к моей руке. — Это была рождественская вечеринка… — Ее улыбка сияла, говоря мне начать нашу историю оттуда, а не с тех лет, что были раньше. Она повернулась к Ленноксу. — …первое Рождество твоего отца в качестве холостяка.

— Что? — сказала Александрия, прежде чем Леннокс взял ее за колено, пододвигая свой стул ближе.

— Позвольте им говорить. Я услышал это от Орена около двух недель назад, и до сих пор не могу осознать. Просто слушай.

Она кивнула, снова повернувшись к нам. — Хорошо. Простите. Можете определить, что значит «познакомились»?

Щеки Аделаиды порозовели. — Нет, дорогая.

— Святое дерьмо, — прошептала Александрия.

— Мы разговаривали… — я выделил это слово. — …впервые на той вечеринке. Мы были окружены другими гостями. Я планировал все эти фантастические бизнес-предложения. Вот почему я был там. Список гостей был эксклюзивным. Однако у судьбы были другие планы. — Я повернулся к Аделаиде. — Все остальные исчезли. Были только мы двое. Я никогда не был так притягателен… — Мои глаза закрылись от воспоминаний и открылись вновь. — …я был, но никогда не верил, что заслуживаю узнать любовь такого рода во второй раз в жизни.

Аделаида сжала мою руку, а Леннокс напрягся. Мышцы его лица напряглись, челюсть сжалась — так же, как в его офисе, когда я объяснял это впервые.

— Прошло несколько месяцев, прежде чем я попытался снова связаться с Аделаидой. Я не мог выкинуть ее из головы.

Как и десятилетия назад на рождественской вечеринке, остальной стол исчез. Я рассказывал нашу историю единственной женщине, чье мнение имело значение. В ее взгляде я видел любовь, которую, как я боялся, потерял навсегда. Было ли это потому, что мы гуляли по аллеям памяти, или она все еще была там?

— Он нашел меня на обеде, — сказала Аделаида. — Конечно, я тоже не могла выкинуть его из головы, но я никогда не думала… когда он стоял там, в ресторане, я на мгновение подумала, что он плод моего